Капкан для лисички (СИ) - Синеокова Лисавета - Страница 22

— Хорошо. Тогда, Игорь, твоя задача становится вполовину проще.

Лис криво улыбнулся и кивнул, а после пригласил зайку в свою черную ауди. Полина осмотрела машину, нахмурилась, а потом тряхнула головой, словно прогоняя какую-то мысль, и устроилась на пассажирском сиденье.

Я села рядом с Егором. Когда Геннадий Захарович завел машину и тронулся, рысенок наклонился ко мне и тихо спросил:

— Том, ты же не против поехать?

— Нет, конечно, — так же тихо, поддерживая атмосферу таинственности, ответила я.

— Хорошо, — кивнул Егор. — А этот Игорь тебе нравится?

Неожиданный вопрос.

— Да Игорь как Игорь. Нормальный вроде, — пожала плечами я. А что тут еще ответишь?

— Угу. Может, и нормальный, только приставучий, как банный лист, — озвучил мои мысли парнишка.

— Он к тебе приставал? — удивилась я. Когда бы успел? Вроде я все время рядом была.

— Не то, чтобы ко мне… — буркнул Егор.

А мне вдруг так приятно стало ощутить заботу парня, который вроде бы еще ребенок, но уже мужчина, что даже отражению змейской довольной ухмылки в боковом зеркале заднего вида я значения не придала.

***

Антонина сидела под козырьком остановки, съежившись, скрестив ноги и пытаясь не заснуть. День у совушки был категорически неудачный. На сутках у Тони выпала пломба, поэтому после них пришлось топать в стоматологический кабинет. После часового стресса в стоматологическом кресле девушка отправилась в кино на свежий фильм наслаждаться акустикой, масштабом и пустым залом утреннего сеанса. И вроде бы настроение стало светлей, и по дороге домой она уже представляла, как уютно устроится в ванне, а потом и под одеялом. Однако, случай, тот еще шутник, приготовил ей очередной сюрприз: уходя на сутки, совушка, как выяснилось, забыла ключи от квартиры. Томы дома тоже не оказалось, а телефон, как назло, разрядился именно в момент острой необходимости связи. И теперь, подышав условно свежим воздухом на протяжении нескольких часов, Тоня, насупившись, сидела и придумывала страшные кары загулявшей сестре. Оставить без выпечки! Нет! Отрезать интернет! Завить плойкой шерсть на хвосте, пусть кучерявится!

Совушка понимала, что Тома ни при чем, и если кому и завивать хвост, то ей самой, она ведь забыла ключи и телефон на работе не зарядила. Но придумывать страшное возмездие самой себе было не так увлекательно. А воображаемая лисичка может и пострадать немножко. По-родственному. Сестры ведь должны помогать друг другу, а Тоне сейчас никак нельзя было спать, хоть и очень хотелось.

Когда она мысленно дозавила последнюю прядку на рыжем хвостике и повязала пышный розовый бант, рядом с остановкой притормозила машина. Стекло двери опустилось, и совушка увидела, что с водительского сиденья на нее смотрят знакомые глаза филина.

— Кому сидим? — поинтересовался он.

— Да никому, — шмыгнула носом Тоня, понимая, что простуды, похоже, не избежать. — Ключи от дома забыла.

— Давно сидишь? — задал второй вопрос Владимир.

Совушка поежилась.

— Понятно, — хмыкнул мужчина. — Садись в машину.

Антонина недоверчиво посмотрела на филина, явно сомневаясь, стоит ли принимать приглашение.

— У меня печка работает.

Аргумент был железобетонный. Тоня покинула насиженное, но так и не нагретое толком место на дружелюбной металлической скамье и переместилась в теплый салон. Владимир хмыкнул и тронулся. Нежась в объятиях велюровой обивки, совушка даже не сразу поинтересовалась, куда негаданный спаситель ее везет.

— А куда едем? — спросила Тоня.

— Греться едем. А то на Снегурочку похожа… уснувшую мертвым сном.

Девушка насупилась. Посмотрела бы она на него, просидевшего несколько часов на улице. Незаметно для себя совушка соскользнула в сон, убаюканная размеренным покачиванием автомобиля. Пробуждение вышло резким. Чего-то стало катастрофически недоставать, и Тоня открыла глаза. Машина стояла неподвижно, и даже мотор уже был заглушен. За окном красовалась недавно отстроенная многоэтажка. Район был чужой. Володи в машине не было.

Совушка огляделась, пытаясь понять, что происходит. Дверь с ее стороны открылась. Филин наклонился и замер.

— О, уже проснулась? Тогда пойдешь ножками.

— Куда? — не поняла Тоня.

— Греться, — напомнил парень.

Антонина выбралась из машины, осмотрелась, и до сонного мозга понемногу стало доходить происходящее.

— Ты меня к себе привез, что ли?

— А куда мне тебя еще везти было? — вопросом на вопрос ответил Владимир.

— Нет. Так не пойдет. Я к тебе не пойду. Спасибо, конечно, но я не согласна.

Отогревшаяся в машине девушка была настроена твердо.

— Не пойдет, так не пойдет, — пожал плечами филин, а потом подхватил не ожидавшую подвоха девушку и закинул себе на плечо.

— Ты что творишь?! — взвизгнула совушка, пытаясь то ли вырваться, то ли уравновеситься. — Отпусти меня сейчас же!

— Антонина, угомонись!

От этого тона, от этой фразы, сказанной ей уже второй раз, Тоня разозлилась. Что он себе вообще думает? Пришел. Раскомандовался! Она, если уж на то пошло, ни о чем его не просила и ничего ему не должна.

— Отпусти, ск-к-казала! — проклекотала взбешенная девушка, теперь уже точно начавшая вырываться.

— Значит так, — произнес Владимир, привлекая внимание к словам звонким шлепком по совушкиной попе.

От такой наглости девушка застыла, захлебываясь воздухом и не в силах выбрать из огромного списка наиболее подходящий этому осовевшему филину эпитет.

— Идти тебе некуда, иначе не синела бы на остановке, как жертва алкоголизма. Позвонить сестре или подружке, видимо, не можешь, иначе уже бы это сделала. Выбор у тебя небольшой: либо ко мне греться, либо обратно на остановку на свидание с воспалением легких. Так что успокойся и прими безвозмездную помощь адекватно.

Набравшая полные легкие воздуха для грубой отповеди Тоня замерла, а потом сдулась и прекратила сопротивление. Противно рациональный мужик со своей гадской дедукцией был прав, и девушка, хоть и нехотя, это признала.

Но прежде, чем она успела хоть что-то сказать, почувствовала второй шлепок, не уступающий первому в звонкости.

— За что?! — возмутилась девушка. — Я ведь уже не дергаюсь!

— Вот и не дергайся, — согласился Владимир.

Его губы расправились в довольной улыбке, которую Тоня увидеть не могла. Подкинув ношу, чтоб устроить поудобней, он направился к подъезду.

— Ладно… ты прав, — выдавила из себя Антонина. — Теперь-то отпусти?

— Отпущу, — согласился филин.

И отпустил. Перед дверью квартиры на втором этаже. По пути собрав удивленные взгляды пары стойких соседских бабулек, которых не брали ни мороз, ни жара, и коллекцию неприятных пожеланий — от слабости стула до слабости стула, комбинированной с приступами аллергических чиханий — от совушки. Правда, мысленных. Потому что в третий раз по попе не особо хотелось.

От тапок Антонина отказалась. Оказалось, что у Владимира по всей квартире теплый пол. Так что не только тапки казались кощунством, но и в принципе хотелось растянуться прямо тут, в прихожей и уснуть. И ничего больше для счастья не понадобилось бы, кроме, разве что, подушки.

— Иди в кухню, — распорядился филин. — Ставь чайник, а я принесу таз.

— Зачем? — не поняла девушка.

— Тоня, ты же медработник, — укоризненно покачал головой Владимир и пояснил:

— Ноги парить.

Совушка фыркнула и пошла, куда послали, под нос пробурчав 'медработник… а ты тролль' и не замечая еще одной довольной ухмылки.

Через полчаса она сидела в кухне, блаженно ощущая горячее тепло от воды в тазу, окутывающее ноги, и исходящего паром чая с лимоном и медом, о кружку с которым грела ладони. Заказанная филином пицца как-то незаметно кончилась, а готовить что-то на чужой кухне было неловко.

— Хорошо-то как, — промурлыкала девушка, сделала глоток и чихнула.

— Не нравится мне это, — произнес Владимир и поднялся со стула.

— Что не нравится? — не поняла Тоня, машинально шмыгая носом.