Магия Ирия (СИ) - Макошь Лана - Страница 40

— Таус, это удивительно красивый цвет. Я вижу его, как алеющий черный. Он так на тебя похож.

— Мы теперь связаны. Как объяснил Сорес, во время моего нового бесконтрольного выплеска, спровоцированного сильным недосыпом, эта розаринда приобрела что-то вроде иммунитета к моей силе и стала способна меня чувствовать. И когда темнота берет верх в моей душе, она темнеет, становиться почти черной. Это мне знак остановиться и заняться медитациями, очищением сознания.

Таус умолчал о том, что ему надо успеть пустить любовь в сердце, пока роза не погибла. Если он упустит момент, когда от его тьмы, не только начнут чернеть розы, но и погибать сам куст, если даст ему умереть, совершенная чернота поселится в его сердце уже навсегда. Роза удерживала его от того, чтобы не слететь с катушек и помогала контролировать темноту. Еще Таус не счел нужным упомянуть, что перед его провалом в этот мир, цветы абсолютно почернели, и куст их сбросил все до одного, а сам начал медленно увядать.

Я восхищенно смотрела на волшебный цветок. Пышное цветение ярких карминно-черных цветов с рубиновыми прожилками было похоже на совершенство!

В коридоре послышался шум. Распахнулась дверь, и веселая толпа ввалилась в оранжерею. Возглавляла всех Мира. Она издала победный клич и укоризненно выпалила:

— Мы с ног сбились, искали вас повсюду.

Сзади послышались восхищенные вздохи Ивонны и Лины. Они завороженно озирались по сторонам. В довершение завалились три друга во главе с Борином. Я почувствовала, что Борин изо всех сил старался казаться спокойным.

Он нарочито медленно проследовал к соседнему со мной креслу, протянул ко мне руку и сжал в ней мою ладонь, посмотрел на Тауса, перевел взгляд обратно на меня. Другой рукой он достал из кармана бархатную коробочку и протянул мне.

— Малыш, — в его интонации промелькнули виноватые нотки, — ты не заметила мой подарок?

— Я уже посадила розы, — натянуто улыбнулась я, — спасибо.

Мне было неловко. Я, действительно, забыла про эту коробочку.

— О, ты опять за свое, — проронил Борин, потом спохватился и сменил тон: — Всем девушкам нравятся розы, но еще больше им нравятся бриллианты! — просиял Борин, раскрывая коробочку.

На подушечке был комплект сережек, в точности подходящий к обручальному кольцу: два огромных камня, немногим уступающие размерами бриллианту на кольце.

Я вспомнила примерные подсчеты стоимости кольца Мирой и мне стало нехорошо.

— Борин, надеюсь их можно вернуть, — сглотнула я.

Вокруг нас столпились друзья. Ближе всех стояла Мира. Она подхватила коробочку и поднесла повыше к глазам, с замиранием взирая на ювелирные изделия.

— Ты заслужила! — воскликнул Борин, — По результатам последнего обследования мне выписали двойную премию.

Он снова взял меня за руку и поглаживал ее подушечкой большого пальца.

— И подвергли дальнейшим издевательствам твой энергетический фон, — перебил его Таус.

Борин поперхнулся. Я не особенно разбиралась в потоках, составляющих оболочку тела, но посмотрела на наши руки и затаила дыхание. Вокруг моей кисти кружились маленькие ниточки шакти. Они вытягивались из пространства, сочились из моей кисти и маленькими завихрениями устремлялись по руке Борина, немедленно исчезали, соприкасаясь с его телом.

— Перестань вытягивать энергию из Дары, — потребовал Таус.

Он достал накопитель из кармана и бросил его Борину. Тот отпустил мою руку и на автомате поймал, летящий в него предмет.

— Здесь полный заряд. Будешь подпитываться какое-то время. Как у вас это работает?

Димьян приблизился вплотную, взял накопитель у Борина и повертел его в руках:

— У меня в комнате прибор из офиса. Мы сможем распечатать накопитель.

Таус сощурил глаза:

— Надо расходовать экономно. Во-первых, тебя опять изрядно потрепали. Во-вторых, надо брать понемногу, иначе тебе с каждым разом надо будет все больше и больше и закончится все тем, что ты вообще не сможешь обходиться без подпитки.

Его поддержал Димьян:

— В любом случае не стоит показывать видимые результаты в лаборатории. Удивляюсь, почему ты не вызвал подозрений. Еще и премию выплатили.

— Димьян, — обратился к нему Борин, — я надеюсь, это останется между нами?

— Это даже не обсуждается, — Димьян укоризненно вздохнул, — мы с тобой не первый год знакомы.

Борин обернулся на остальных собравшихся. Все начали заверять в своей дружбе и преданности.

— А что это за дендрарий? — сменил тему Гор, обведя рукой комнату.

Борин огляделся, словно только обратив внимание на зеленое буйство растений, и присоединился к Гору, напряженно переспросил:

— Что это такое?

Таус спокойно объяснил:

— Это моя оранжерея. Новогодний сюрприз. Я предложил Даре присматривать за ней.

Борин собрался возразить, но Таус остановил его жестом и договорил:

— Дарине необходим контакт с живой природой. Это стабилизирует ее энергетический дар, и я буду обучать ее контролю. Тебе придется потерпеть, — с едва уловимой насмешкой закончил он фразу.

Видимо, Гор был единственный, кто не владел информацией. Он в непонимании оглядывался по сторонам, в поисках поддержки.

Таус обратился ко мне:

— Дарина, смотри, у Гора ожог на левой руке.

Гор смущенно убрал руку за спину.

— Ничего страшного, случайно обжегся на улице пару часов назад. Кстати, шашлыки остывают, — опомнился Гор, — Мы искали вас, чтобы позвать к столу.

— Одну минуту, — Таус посмотрел на меня: — Дарина, попробуй поделиться шакти с Гором.

— Как? — удивилась я.

— Также, как ты делишься с растениями. Только не больше, чем на один бутон, — предупредил меня Таус.

Я подошла к Гору, он нехотя протянул мне руку. Я почувствовала тепло на кончиках пальцев и слегка прикоснулась к месту ожога. Гор поморщился, но ко всеобщему удивлению ожог посветлел, а потом и вовсе затянулся. Парень ошарашенно рассматривал здоровую кожу на руке.

— Таус рассмотрел у моей девушки некий дар жизни, — сморщился Борин, давая пояснения другу.

Гор посмотрел на Димьяна, в попытке разглядеть на его лице удивление.

— Я засек сегодня проявления положительной энергии Дары по прибору из офиса, — объяснил Димьян другу, — я в курсе, теперь ты тоже.

— Я хочу примерить сережки, — требовательно заявила Мира.

— А я хочу есть, — пробасил Гор, переварив ситуацию.

— Мясо остывает, — поддержали его девочки, и мы поспешили в столовую.

На выходе Таус придержал Борина за локоть, и я краем уха уловила, как он сказал ему:

— Тебе нельзя иметь близкий контакт с Дариной. Она не умеет контролировать свой дар, а ты вытягиваешь слишком много. Тебе это не на пользу, а ей вообще опасно.

Борин вывернул локоть из руки Тауса:

— Тебя забыли спросить, — фыркнул мой парень.

Я досадливо подумала про свою фирменную усыпляющую спираль, и про то, что надо больше уделять внимания занятиям с Таусом.

Во время обеда мы с Борином объявили о нашем отъезде к моей бабушке, и Лина напросилась с нами, ссылаясь на какие-то срочные дела. Я чувствовала ее смущение и видела, что все ее отговорки были придуманы.

Услышав об отъезде Лины, Димьян тоже засобирался. Он уговорил Лину остаться на ужин, заверив нас, что отвезет ее домой. В разговор вмешался Гор. Он, оказывается, еще час назад получил сообщение со службы о готовности номер один.

— Вызов может прийти в любой момент, — объяснил он, — Я уеду с вами, — обратился он к нам с Борином, — Мне лучше быть дома, так спокойнее. Скорее всего вызов будет утром, но ночные сборы нельзя исключать.

Ивонна тоже напросилась с нами. Она вообще все время шарахалась от Тауса, никак не могла избавиться от страха после видений чудовища, преследовавших ее последнюю неделю.

24 часть. Семейный ужин

— Бабуля! — я бросилась в объятия любимой и единственной бабушки. А про себя подумала, что, возможно, у меня есть еще одна бабушка где-то там, на просторах такого притягательного, но чуждого мне мира Ирия.