Демон пробуждается. Сборник. Книги 1 - 19 (СИ) - Сальваторе Роберт Энтони - Страница 477

— Взяли! Тяни! Крепи! — с воодушевлением кричал главарь поври.

Еще немного — и они починят утлое суденышко и поплывут домой. Даламп совершил набег на ближайшую деревушку, состоявшую всего из нескольких домов. К неудовольствию кровожадных поври, им никого не удалось убить. Деревня была пуста. Зато они разворотили стены домов и обнаружили в достаточном количестве веревки и еще много всего, что поможет им закончить починку. Теперь, когда корабль наполовину выволокли из мелководья, стала видна пробоина в корпусе. Повреждение не было особо серьезным. Даламп рассчитывал, что со следующим приливом они вновь выйдут в море.

— Взяли! Тяни! Крепи! — без конца орал Даламп Ки-дамп.

Он видел, как их суденышко постепенно приподнимается из воды.

— Эй, потерпите еще немного, ребята! Скоро мы вернемся домой, соберем новую армию и отплатим этому псу Каласу!

Работа продолжалась. Неутомимые поври, согнув спины, изо всех сил тянули веревки.

Встреча с беженцами не удивила Мидалиса; разведчики сообщили ему о трех семьях, встреченных ими на дороге. И все же вид людей, вынужденных бросить дома и бежать, спасаясь от вражеских тварей, привел принца в ярость. Он вернет этих несчастных назад и подарит им несколько отрубленных голов поври. Пусть насадят на шесты и выставят как трофеи.

— Мой принц! — крикнул ему коренастый крестьянин зим около сорока.

Человек подбежал к повозке и упал перед Мидалисом на одно колено.

— Поври выгнали тебя и других из ваших домов? — спросил Мидалис.

— Они бы сожгли нас прямо в домах, если бы люди его племени не пришли на выручку, — ответил крестьянин, указывая на Андаканавара.

Мидалис сокрушенно усмехнулся.

— Кажется, и я, и вангардцы снова в долгу перед Брунхельдом и его воинами, — пожаловался он Андаканавару.

— Кровное братание аннулирует все долги, — подмигнув, ответил рейнджер.

— Пошевеливайтесь, — прикрикнул Мидалис на солдат, — иначе все развлечение достанется Брунхельду и его людям.

Он вновь повернулся к крестьянину.

— Оставайтесь здесь. Я выделю солдат и монахов для вашей охраны. Располагайтесь и ждите. Думаю, слишком долго вам ждать не придется. Как только получите сигнал — можете возвращаться по домам.

— Если от них что-нибудь осталось, — покачал головой крестьянин.

— А если не осталось, мы поможем вам построить новые дома! — с жаром пообещал принц Мидалис.

После этого объединенное войско быстрым маршем двинулось к бухте. Принц, хорошо знавший здешние места, решил отклониться к северу, рассчитывая выйти к поросшему лесом высокому утесу. Оттуда вся злополучная бухта открывалась как на ладони.

— Там мы с тобой и встретимся, — пообещал ему Андаканавар.

С этими словами рейнджер исчез в лесу, торопясь к Брунхельду, чтобы успеть согласовать нанесение удара.

— Можешь полюбоваться, что это отродье сделало с досками и бревнами от крестьянских домов, — сказал Лиам О’Блайт, когда они с Мидалисом поднялись на вершину утеса.

Внизу громоздился сухой док, мастерски сработанный из разломанных жилищ. Вокруг него усердно копошились поври.

— Сообразительные твари, — ответил принц.

Оглянувшись назад, он заметил, что брат Делман как-то странно смотрит на поври.

— Никак ты их знаешь? — спросил у него Мидалис.

— Возможно, именно этот парусник все время стремился уйти от нас, когда мы плыли сюда, — объяснил монах.

— Из кожи лезут, чтобы вернуться домой, — сказал настоятель Агронгерр.

— Будет им сейчас возвращение, — угрюмо произнес Мидалис.

И солдаты, и монахи, и простые вангардцы немало натерпелись от «кровавых беретов», поэтому никаких тактических споров между ними не возникало.

— Разместишь своих лучников по утесу, — приказал Мидалис командору Прессо. — Пусть каждый выберет себе цель и все ждут сигнала.

Затем принц обратился к настоятелю Агронгерру.

— А вас я прошу разместить на утесе ваших арбалетчиков и расставить братьев, которые будут наносить магические удары. Вряд ли после окончания битвы нам особо понадобится энергия камней души.

Настоятель Агронгерр кивнул, соглашаясь с избранной тактикой. Поври было не более двух десятков, и настоятель сомневался, что после первого удара кто-то из них останется в живых.

Через несколько минут появился Андаканавар и сообщил, что Брунхельд со своими воинами расположился к юго-западу от сухого дока, замаскировавшись среди деревьев, растущих на берегу, у самого входа в бухту. Альпинадорцы полностью подготовились к удару.

Мидалис посмотрел на Лиама, который тут же бросился собирать силы вангардцев, чтобы выступить вместе с северянами.

— У Брунхельда людей более чем достаточно, — заверил Мидалиса Андаканавар. — Как только они набросятся на поври, ваши лучники тоже вступят в бой, и дело будет кончено.

— Здесь Вангард, — ответил принц, — и мои люди тоже должны быть в рядах нападающих.

— У нас нет времени, — объяснил рейнджер, махнув рукой в сторону сухого дока. — Похоже, мы настигли врагов в последнюю минуту. Они готовятся убраться отсюда, но Брунхельд их не выпустит!

— И капитан Альюмет тоже, — добавил брат Делман.

Все обернулись к нему. Монах широко улыбался, глядя поверх бухты в открытое море. Там виднелись паруса «Сауди Хасинты». Корабль качался на волнах, готовый перехватить суденышко поври.

Альпинадорцы тоже наверняка заметили паруса, но не знали, чей это корабль, и решили не медля уничтожить высадившихся поври, чтобы не дать им соединиться с возможным подкреплением. А может, рассуждал Мидалис, Брунхельд и его соплеменники действительно вознамерились стяжать себе всю славу этого боя?

И тут альпинадорцы выскочили из засады и с диким завыванием устремились на поври. Над головами засвистели цепи метательных молотов.

Принц Мидалис вскочил на ноги и подал сигнал. И сейчас же вниз полетел град стрел, пущенных из луков и арбалетов, а вместе с ними по врагам ударили рукотворные молнии монахов.

Когда из леса с воем и криками выскочило не менее сотни рослых альпинадорцев, Даламп Кидамп сразу понял: это конец. Страх совсем захлестнул поври, когда с вершины утеса на них полетели смертоносные стрелы.

К счастью для главаря и двух его ближайших помощников, в момент нападения они находились у самой стенки корабля, и тот загородил их от стрел.

Даламп приказал принять бой. Сам он с одним из своих помощников забрался на судно, а другому велел пробраться вперед и обрезать веревку.

Главарю оставалось рассчитывать лишь на то, что, пока его солдаты сдерживают нападение альпинадорцев, он сумеет отплыть от берега.

— Они уходят! — закричал Мидалис, видя, как суденышко поври, поднимая брызги, скользнуло в воду.

Поври, обрезавший веревку, теперь со всех ног бежал, пытаясь догнать корабль, но было поздно. По песку еще змеился обрубок веревки. Поври упал, ухватился за веревку, и судно потащило его к воде. Стрелки Мидалиса обрушили на эту живую, извивающуюся мишень град стрел. Тело поври наконец оказалось в воде, в которой тут же расплылось ярко-красное пятно.

Брунхельд тоже заметил отплывающий корабль. Предводитель альпинадорцев что-то прокричал, а затем, предоставив соплеменникам расправляться с оставшимися поври, стремглав бросился к воде. Ветер уже надувал квадратный парус на единственной мачте, однако Брунхельд, бросившись в воду, успел схватиться за веревку.

Стрелы и магические удары были готовы обрушиться на палубу уходящего корабля, но поври попрятались. Их суденышко, поскрипывая, начало разворачиваться к выходу из бухты.

— Альюмет не даст им уйти, — заметил Мидалис. — Продолжайте обстреливать палубу, — велел он Лиаму.

— Подождите! Туда нельзя стрелять! — закричал Агронгерр, указывая на Брунхельда, подбиравшегося к вражескому судну.

— Тогда стрелять только по парусу! — приказал Мидалис. — И целить как можно выше!