Демон пробуждается. Сборник. Книги 1 - 19 (СИ) - Сальваторе Роберт Энтони - Страница 767

Могучий рейнджер приложил немалые усилия, чтобы сохранить спокойствие, и все же женщина ощутила вздымающуюся в его душе волну гнева; руки альпинадорца, все еще обнимающие Пони за плечи, непроизвольно сжались. Андаканавару уже перевалило за семьдесят, однако он по-прежнему был невероятно силен.

— Твоя дружба с этими странными созданиями, которых ты называешь тол'алфар, всегда разжигала мое любопытство, — сказал товарищу Брунхельд, и Пони удивило, как хорошо он владеет языком Хонсе-Бира. — Что эта новость означает для тебя, друг мой?

— То, что король Эйдриан перешел все мыслимые границы, — угрюмо отозвался рейнджер и перевел взгляд на принца Мидалиса. — Я — твой союзник. Мы пришли из Альпинадора, чтобы поддержать друга, однако теперь это уже нечто гораздо большее. — Он мрачно воззрился на Пони. — Твой сын имеет в моем лице смертельного врага. Хочу, чтобы ты понимала это.

Эти слова больно ранили женщину, несмотря на то что она приняла твердое решение способствовать падению Эйдриана и возвращению принцу Мидалису того, что принадлежало ему по праву рождения. Глядя в голубые, сверкающие гневом глаза альпинадорца, она не сомневалась, что видит в них смерть своего сына.

Но что она могла возразить Андаканавару, рейнджеру, выращенному и обученному Дасслеронд и ее народом? Разве Элбрайн не сражался бы за Эндур'Блоу Иннинес с той же яростью, с какой некогда Олван Виндон и отец его маленькой подружки Пони защищали Дундалис от нападения гоблинов?

Женщина кивнула Андаканавару и почувствовала, как его пальцы слегка ослабили железную хватку.

С прибытием альпинадорцев разговор возобновился, поскольку принц Мидалис счел нужным посвятить их во все детали происходящего. Однако Пони извинилась и в сопровождении одного из стражников удалилась в предоставленную ей крошечную комнату.

Настало время и ей самой кое-что выяснить.

Вскоре дух женщины высвободился из оков тела и пролетел через помещение, где продолжался совет. Похоже, только Смотритель и Андаканавар ощутили ее присутствие, когда она пролетела мимо, прошла сквозь каменную стену, словно та была соткана из дыма, и вырвалась на открытый простор.

Собиралась буря, дождь со снегом уже хлестал по стенам башни и по земле, но духу Пони это ничуть не мешало, разве что слегка затрудняло видимость.

Оказавшись над пристанью и используя указания капитана Альюмета относительно направления, она полетела над открытым морем и, поднявшись повыше, довольно скоро увидела темный остров и башню Пирет Данкард.

Снизившись и облетев остров, женщина заметила пятнадцать кораблей графа Де Лурма. Двенадцать стояли на рейде. Два были подтянуты к самой пристани и, по-видимому, подвергались ремонту, а еще один, получивший наиболее сильные повреждения, был вытащен на сушу.

Приблизившись к покачивающимся на воде кораблям, Пони убедилась, что, кроме небольшого числа дозорных, остальных членов экипажей на их борту нет, и предположила, что моряки сошли на берег, прячась от непогоды в теплых домах.

Женщина направилась к берегу, миновав поселок, а потом и саму крепость. В Данкард прибыл большой отряд королевских войск, определила она, и это снова напомнило, насколько трудна стоящая перед ней и принцем Мидалисом задача. Даже если бы принц повел на Данкард весь флот и всю армию, его ожидало бы жесточайшее сражение — а ведь здесь, без сомнения, сосредоточена лишь малая часть собранных Эйдрианом сил. Однако даже одной этой группировки достаточно, чтобы не подпустить принца к острову.

Скоро она начала ощущать слабость от долгого использования магического камня; за последние годы Пони редко совершала путешествия в духе и забыла, сколько сил они отнимают.

Вернувшись в свое тело, она испытывала одно желание — свернуться клубком и уснуть. Тем не менее, понимая, как важно сразу же сообщить о том, что ей удалось узнать, женщина вернулась в помещение, где проходил совет. Обсуждение уже закончилось, но ее друзья еще находились там, подкрепляя силы едой и напитками.

Когда измученная Пони появилась в дверях, к ней тут же обратились все взоры.

— С тобой все в порядке, девочка? — с тревогой спросил Смотритель.

Принц Мидалис шагнул к Пони и подал ей руку.

— Она использовала силу магического камня и крайне утомлена, — сказал аббат Хейни.

— Верно. — Со вздохом облегчения женщина опустилась на подушки, которые предложил ей Хейни. — Я нанесла визит в Пирет Данкард. Как мы и опасались, в море и у пристани стоят полтора десятка боевых кораблей, а в крепости полно солдат королевской армии.

— Юный Эйдриан торопится перекрыть залив, — заметил капитан Альюмет. — Данкард — самая подходящая стоянка для любого корабля, собирающегося пересечь залив и нуждающегося в пополнении припасов. А уж тем более для большой эскадры.

— Он делает все, чтобы вынудить тебя двигаться по суше, если уж ты решишься наступать, — сказал Смотритель, обращаясь к принцу.

— Или создает базу для поддержки флота, если предпочтет нанести удар по Пирет Вангард со стороны залива, — высказал предположение Мидалис.

— В любом случае позиция весьма сильная, — сказал Альюмет.

— Значит, мы должны завладеть ею, — заметил принц.

— Данкард — большая крепость, — предостерегла его Пони. — Захватить её крайне сложно. Я уж не говорю о сражении с лучшими боевыми кораблями Хонсе-Бира.

— Корабли стоят на якоре? — осведомился капитан Альюмет.

— Да, — ответила женщина. — Охраны на них немного.

— Они уверены в том, что до прихода весны напасть мы не сможем, — рассудил Мидалис.

— Или сможем? — Капитан Альюмет многозначительно посмотрел на Пони.

Та улыбнулась, прекрасно понимая, что он имеет в виду, поскольку ее посетила та же самая мысль.

— Идти под парусами в разгар зимы — безумие, — с явным сожалением в голосе возразил принц. — Любой налетевший шторм потопит корабли, а вместе с ними и надежду овладеть Пирет Данкард.

— Даже если мы пробьемся к острову, — добавила женщина, — захватить Пирет Данкард будет нелегко. Солдаты, которые пришли под знаменем Эйдриана, прекрасно обучены и имеют боевой опыт. К тому же среди них много гвардейцев Бригады Непобедимых.

— И, скорее всего, братья, владеющие магическими камнями, — вставил аббат Хейни.

— Тогда, похоже, выбор у нас ограничен, — подвел итог принц Мидалис. — Либо идти на Палмарис, либо остаться здесь и сражаться с теми, кого король Эйдриан пошлет сюда морем весной или летом, если он станет выжидать так долго.

— Захватить Пирет Данкард сложно, — сказала Пони. — Но если нападение на крепость пройдет удачно, нам удастся усилить свой флот.

Все взгляды обратились на нее.

— Я выйду в море на своем корабле и направлюсь к Пирет Данкард, — подхватил мысль женщины Альюмет. — С помощью Джилсепони мы захватим несколько кораблей Эйдриана и, возможно, сумеем затопить остальные.

— Но зимние шторма… — начал было Мидалис.

— Учтем и зимние шторма, — продолжал капитан, глядя на Пони. — Они всегда приходят только с запада или северо-запада. Если Джилсепони в состоянии долететь до Данкарда, она может обследовать и западную часть залива, сообщив нам, когда там будут подходящие погодные условия.

— Если понадобится, — согласилась женщина и, поднявшись с подушек, подошла к сидящему в кресле принцу Мидалису. — Это наш первый шанс. В разгар зимы они оставляют корабли фактически без охраны. Мы можем нанести по Пирет Данкард молниеносный удар и сразу же отступить. Даже если нам удастся захватить совсем немного кораблей, а затопить лишь несколько, мы намного лучше сумеем подготовиться к весеннему наступлению Эйдриана.

— Но сколько моряков может взять на борт «Сауди Хасинта»? — возразил Мидалис. — Понадобится по крайней мере полтора десятка человек, чтобы вывести в открытое море только один боевой корабль Хонсе-Бира. Даже если мы загрузим это судно до предела, капитан Альюмет сможет увести за собой всего три корабля.

— Значит, нужно отправить и другие суда, — заметила Пони.