Настоящие русалки не носят кольца на пальцах (ЛП) - Боудруа Хелен - Страница 26

Мама начала говорить звоном, кажется, ей уже не хватало сил, чтобы поднять голову из воды. Скудная пресная вода ослабляла её. И после недель проведенных в плену в Данди, это, казалось, доконало её ещё быстрее.

— Ты уверена, что всё в порядке? — я подавила зевок.

«Никто из нас не уйдет отсюда, пока ты не отдохнёшь».

Меня не пришлось долго уговаривать. Свернувшись на берегу реки я заснула, как будто провалилась кому…

…Телефон разбудил меня спустя секунду.

— Папа?! — закричала я в трубку.

— Нет, Джейд. Это я. Я в «Mug Glug’s».

Кори.

Вода в ручье собралась в глубокий бассейн за нашей самодельной дамбой. Мамины глаза были закрыты, но грудь поднималась и опадала в неглубоких вздохах над поверхностью. Я проверила часы. Как больше одиннадцати? Я реально отрубилась на последние шесть часов?

— Кори, — я пыталась придумать подходящую историю. Ту, что не будет звучать, будто я, как жалкая неудачница, пригласила её в «Mug Glug’s» и не соизволила явиться.

— Тебя не было в школе. Ты не придешь? — спросила она.

Ух. Ненавижу это.

— Извини, — продолжила я. — Уснула слишком поздно прошлой ночью…

Правда.

— И проспала.

Тоже правда.

— Никак не могу прийти вовремя.

Ложь. Я видела тент «Mug Glug’s», отраженный в окнах парикмахерской, с места, где я сидела.

— Я даже не одета.

Вроде, правда, так как топ танкини, поясная сумка и рубашка, натянутая на мой зад, не позволяют считаться одетой.

На другом конце линии ничего не прозвучало. Я взглянула в окно парикмахерской. Отражение Кори стояло на улице возле «Mug Glug’s», отказавшись от дня нашего горячего шоколада. Меня убивало то, что я ввела её в заблуждение. Лейни делает то же самое? Сомневаюсь. Хотя мама Лейни владела модной студией, а моя была водным млекопитающим. Не совсем такой же уровень сложности.

— Ну, почему бы нам просто не встретиться около шлюза перед лодочным круизом? — спросила она. Я могла видеть её силуэт, пожимающий вопросительно плечами, её подбородок склонился к груди, пока она говорила по телефону. Она пыталась, действительно пыталась, и все, что я могла сделать, это цепляться за новую ложь, чтобы защитить её. — Трой сказал, что Люк получил сообщение от тебя. Ты всё ещё собираешься с нами, не так ли?

Становится всё труднее и труднее.

Я посмотрела на лодочный шлюз — единственное, что стояло между мамой, мной и океаном. Если папа доберется, пока яхта Мартинов будет переплывать через него, у нас появится шанс сбежать, и всё закончится. Тогда, возможно, я смогу вернуться к Кори.

— Извини, Кори. У меня сейчас много дел. Просто это действительно неподходящее время, — выдала я преуменьшение века.

— Что происходит, Джейд? Может быть, я могу помочь.

Если б она могла, но наша единственная надежда — папа, который, вероятно, сейчас направляется в порт Тулуз. Что, если он пытался позвонить?

— Слушай, мне жаль. Я, действительно, должна идти.

Имею в виду, к обитающим на дне слизнякам-придуркам в русалочьей ипостаси.

— Мне тоже жаль, — но её голос звучал как-то иначе. Не как прощение, а скорее, как сожаление.

Она повесила трубку прежде, чем я успела сказать «пока».

Глава 17

Я набрала папин номер, сразу же после того как Кори повесила трубку.

Сквозь воду виднелись мамины трепещущие веки. Я обнаружила её в полубессознательном состоянии под доком. Теперь необходимо вытащить её из ручья снова в солёную воду. Большой и широкий океан неподалеку будет как раз на руку.

Папа поднял после первого гудка.

— К сожалению, дорогая, я сейчас за рулём: движусь настолько быстро, насколько могу, но пока до сих пор в часе езды. Как там мама?

— Она держится, но не уверена, что её хватит надолго, — я подошла к плотине и присела на корточки за кустом, чтобы посмотреть на озеро. Парусник Мартинов направился к мосту. Я видела, как Трой и Люк сидят на палубе.

Стреляйте! Они слишком рано.

— Мартинсы направляются прямо к шлюзу на своей парусной лодке. Я думала, что помогу маме переплыть, но, может быть, мы должны подождать тебя?

Для того, чтобы переправить маму, мне придётся снова стать русалкой. Почему-то до этого каждый раз у меня не было выбора — я превращалась в русалку невольно. Сейчас же предстояло сделать выбор. И я не была уверена, что смогу это сделать.

— Как ты думаешь, она смогла бы уплыть, если бы мы перенесли её через шлюз на другую сторону? — спросил папа.

Я обернулась и взглянула на маму. Поездка из Данди вытянула из неё больше сил, чем я себе представляла. Если она даже не может уже оставаться в ручье, то как долго она продержится без воды, когда мы будем её перевозить?

— Не думаю. Особенно, если придётся ждать наступления темноты.

Люк и Трой теперь проводили необходимые приготовления для переправы. На перилах моста уже мелькали огни, сигнализируя о его подъёме. Я услышала длинный автомобильный гудок из трубки, и поняла, что папа пытается вести по оживлённой дороге и говорить одновременно. Определённо, он сейчас представляет проблему для дорожного движения, учитывая его инженерскую предрасположенность к нелокальному мышлению.

— Папа, повесь трубку, просто приезжай сюда? как только сможешь.

— Что ты собираешься делать?

— Ещё точно не знаю, — ответила я.

— Береги себя.

— Ты тоже, — ответила я перед тем, как разъединиться.

Затем сделала короткий звонок бабушке, чтобы уверить её, что я направляюсь в школу (нет!), и засунула телефон обратно в смехотворный чехол: в водонепроницаемый контейнер. Лодка неумолимо приближалась к шлюзу. Если мы хотим успеть проплыть вместе с ней, нам следует пошевеливаться. Кто-то ещё явно намеревался сделать то же самое, судя по предательски появляющимся полосам ряби за лодкой и раздражающей болтовне-звону в моих ушах.

— Урод и Уродка вернулись, — я обернулась к маме.

«Остальные не заставят себя долго ждать», — мамина грудь вздымалась и опадала, пока она говорила.

Вскоре две полосы превратились в дюжину. Обычному человеку могло это показаться стаей форели или водомерками, прыгающими по воде. Но для меня — для меня это было соревнованием.

— Ты имеешь в виду, что нам придётся драться с толпой русалок, чтобы пробиться к шлюзу? — задала я вопрос.

«Как в универмаге Хайда во время распродаж после Рождества», — пошутила мама.

— И они действительно пытаются сбежать?

Шипящие пузырьки вылетели из маминого рта: она рассмеялась.

«Нет, не сбежать. Никто и не будет пытаться… они просто постараются меня удержать».

Я поняла. Если маме удастся переговорить с часовыми, Русалочий Совет узнает, что произошло, и, вероятно, позволит ей вернуться на сушу. А затем шансы Фрешис превратиться в людей будут потеряны навсегда.

— О скольких ты говоришь? — спросила я.

«По последним подсчётам… нас около четырнадцати».

— Прекрати говорить «нас»! — желчь подкатила к глотке. — Не смей причислять себя к этим уродам!

Мама собрала всю силу и переплыла на другую сторону дамбы.

«Между прочим, Медора и Финалин стали моими друзьями».

Я проигнорировала последнюю часть. Как мама может даже думать об этих придурках, как о своих друзьях?

«Джейд, дорогая. Тебе нет нужды делать то же самое, — сказала мама, — давай просто дождёмся папу».

Посмотрев на маму, такую слабую и уставшую, я попыталась решить, что делать дальше. Я прекрасно видела Кори и Лейни, стоящих в ожидании Мартинов на определённом пирсе недалеко от шлюза. Суетливый Эдди вернулся к пульту управления после недельного отсутствия. Лодка Мартинов подплывала всё ближе и ближе.

Я почувствовала себя, как девица, попавшая в беду, в одном из старых мультиков, которые обычно показывают по субботним утрам. Этих девиц обычно привязывают к железнодорожным путям, и они с ужасом воззирают на приближающийся поезд. Сейчас самое время появиться лихому герою и спасать свою принцесску (можно я использую это прямо сейчас?). Но теперь всё зависело от меня. Я вынуждена решать сама.