Настоящие русалки не носят кольца на пальцах (ЛП) - Боудруа Хелен - Страница 27

Должна ли я нырнуть в озеро и заставить себя очутиться под водой? Стать снова одной из них? Я мгновенно представила себе паническое ощущение того, как вода заливает мои лёгкие, чуждый моему естеству хвост, в который превращается нижняя половина тела… могу ли я сделать что-то, что я ненавижу всей душой, если это означает спасение для мамы?

Нечего и думать.

Я вскочила и начала отвязывать лодку от ствола осины, разбрызгивая ручей рядом с мамой.

— Мы не для того зашли настолько далеко, чтобы сдаться прямо сейчас! Ты готова? — я начала отталкивать руками лодку, направляя её к течению.

Мама всплыла и убрала свои волосы с лица.

— Ты уверена? — её голос был уже едва шёпотом.

— Как никогда.

— Сожалею о каждом, кто попытается остановить тебя, — сказала мама с улыбкой, затем скрылась под водой.

«Милый купальник, между прочим».

— Идеален для надирания некоторых русалочьих задниц.

Я опрокинула лодку в направлении течения и рухнула в озеро, вытягивая маму на свою спину. Вода обожгла горло и заполнила лёгкие. Я изо всех сил пыталась выровнять дыхание, стараясь не поддаться желанию удержать его и вынырнуть на поверхность. Я не могла. Не у лодки Мартинов, которая направляется прямо к шлюзу. Кто-нибудь обязательно увидит.

Я сдерживала ноги вместе, отталкиваясь вперёд свободной рукой и держа маму другой. Ноги уже начали сливаться, но солёная вода около шлюза намного ускорит трансформацию моих ног в русалочий хвост.

Как рыба в воде.

«Извини за тернистый путь», — прозвенела я маме. Ответный смех заставил меня улыбнуться. И даже чувствуя грубый неестественный моему телу хвост, я понадеялась, что сделала правильный выбор.

Заняло всего несколько минут, чтобы добраться до основания моста. Мама была права. Фрешис крутились у замка, как стая детей у выхода из школы в последний день перед каникулами. Они толкались и пихались, в ожидании поднятия тяжёлых металлических ворот.

Извините меня, но каким образом мы должны пробраться сквозь них? Некоторые казались большими. Весьма внушительными. Между прочим, одна из них выглядела примерно на мой возраст.

Она поймала мой взгляд и посмотрела назад: за меня.

«Малолетняя преступница?» — спросила я маму.

Она скользнула мне за спину. Кажется, морская соль дала ей немного энергии, но всё равно всё её тело выглядело истощённым.

«Это она дочь Медоры и Финалина, — ответила тихо мама, — её зовут Сирена».

«Семейная наследственность или что-то из-за этого?»

«Нет, она родилась здесь…, — прошептала мама, — …в неволе».

«Ты имеешь в виду, что она никогда не видела океан?» — ком подступил к горлу, но у меня не было времени задерживаться на обсуждении Закона о Малолетних русалочьих, особенно при виде пробирающихся сквозь толпу к нам Финалина и Медоры.

«Только помни, — предупредила мама, — у этих ребят на уме только два вопроса: как пробраться в океан и как превратиться в людей».

«И они полагают, что у нас есть ответ по крайней мере на один», — добавила я.

Довольно много.

Я подняла перцовый баллончик:

«Отказываетесь от своей карьеры переносчиков обломков?» — прозвенела я, пока они приближались.

Финалина и Медору передёрнуло при виде баллончика. Они провизжали что-то в сторону мамы.

«Что они говорят?»

«Они пришли, чтобы заключить сделку», — ответила мама.

«Скажи им, чтобы шли сосать лягушек!»

«Давай выслушаем, что они хотят предложить.»

Впечатляюще! Финалин сдерживал лёгким движением руки всю стаю. Очевидно, что он обеспечивает питанием и обещает крышу над головой, судя по тому, что Фрешис следуют его командам как жалкие овцы. Медора разговаривала с мамой на пониженном звоне. Я сразу же всё поняла.

Они хотят присоединиться к нам и стремительно прорваться сквозь часовых.

Ни за что!

Наглость! Абсолютная, неслыханная наглость!

Я уже могла разглядеть приближающийся корпус лодки Мартинов. Папы же нигде не было видно. Я дёрнула маму в сторону. Сейчас или никогда, и у нас больше нет времени на раздумья.

Они думают, что раз уже у меня есть перцовый баллончик, то я с радостью помогу им сбежать. Ну уж нет, забудьте.

Мама убрала развевающиеся волосы от моего лица.

«Дорогая, подумай: Финалин может просто махнуть рукой, и мы останемся в истории. Нужно быть более умной в этой ситуации. У них больше возможностей, чем у нас.»

Дочь Финалина и Медоры дрейфовала позади них. Глаза у неё были красные, будто она плакала.

Её родители притянули её к себе и посмотрели на нас в ожидании ответа. И тогда я осознала, что они не делают это для себя, — это всё ради неё. Я видела это в их глазах. Вот почему они действовали так странно, когда выяснили, что я — дочь мамы.

Финалин и Медора заслужили гнить здесь. Но, с другой стороны, Сирена не просила об этом, так же как я не просила, чтобы от меня забрали маму.

«Мы возьмём её, — прошептала я и указала пальцем на Сирену, — только её.»

Мама повернулась ко мне.

«Ты уверена? Что делать, если они не согласятся?»

Предупреждающий сигнал прозвучал сквозь воду, мост начали подымать. Большие металлические ворота шлюза застонали.

«Им придётся. Попроси их отозвать других, чтобы мы могли поговорить.»

Финалин и Медора, должно быть, провели свою преступную часть жизни, торгуя по контрактам по переговорам, потому что после пары минут, сопровождаемых звоном, остальные Фрешис рассеялись, так же как и дно лодки Мартинов прошло над нами.

«Отлично, у нас есть три минуты, скажи им, что мы проведём её и только её, она должна плыть с нами в одиночке. Это сделка.»

Был произведён обмен звонами и тонами. Поначалу я не думала, что они пойдут на это. После того как они продержали маму в плену в прошлом году, после попыток сбежать я просто представить себе не могла, что они сдадутся без боя.

Так или иначе, мы должны двигаться быстрее. Лодка Мартинов уже на границе шлюза. Скоро ворота закроют, и мы снова останемся в затруднительном положении. Снова.

Затем случилось чудо.

Медора и Финалин обняли дочь.

А затем отплыли.

Мы проделали это с максимальной осторожностью в тот момент, когда ворота со скрипом начали закрываться. Потребовалось ещё немного времени, пока вода снова поднялась на уровень океана, и Эдди смог открыть вторые ворота.

Мама и я ждали под кормой Мартинсов. Сирена забилась под носовую часть.

«Она напугана,» — прошептала мама.

Несомненно, историями о сверхмощном оружии (перцовом баллончике). Мама попыталась успокаивающими тонами убедить её присоединиться к нам под корму, но Сирена не сдвинулась с места.

«Не могу поверить, но мне стало жаль её.» Я вздохнула.

«Это потому, что ты хороший человек,» — сказала мама, погладив меня по волосам.

Вряд ли обо мне можно сказать, как о хорошем человеке, если судить по событиям последних дней. Я подумала о том, как бросила Кори в кофейне, затем сказала Люку, что поеду на лодке с ними, а затем не явилась. У меня было много чего, с чем следовало бы примириться.

И да, я чувствовала себя странно по отношению к Сирене из-за того, что мои симпатии зашли так далеко. В конце-концов, она была порождением этих придурков, которые украли мою маму почти на год.

Но всё это изменится, если мы пройдём через часовых.

Мама подплыла к шлюзу, сквозь который протекала океанская вода. Она закрыла глаза и позволила течению пройти сквозь неё. Может, это была соль или обещание того, что ждало её за стеной, но энергия безусловно вернулась к ней.

Я посмотрела вверх, сквозь воду, пытаясь выяснить, как долго нам придётся ждать. Люк и Трой привязали парусник около берега и спустились к Кори и Лейни на бетонный пирс, огибающий канал.

Силуэты девушек мерцали сквозь воду, пока они садились. Лейни протянула руку, чтобы Люк помог ей забраться, затем она исчезла из поля зрения — забралась в лодку.

Люк лёг на пирс и посмотрел в воду. Я проскользнула под лодку и выглянула из-под борта. Что-то упало? Если так, то надеюсь, что это одна из дорогих серёжек Лейни.