Дневник подруги чародея (СИ) - Миронова Олечка - Страница 16

— Насколько я знаю, мы никогда не имели родства с королевской семьей Энерей. Если брать еще более древних королей, изначальных, как их называют, то данные о них и вовсе утеряны. Мы знаем лишь то, что до прихода династии Энерей, были короли изначальные, они правили во времена драконов, но исчезли вместе с драконами. Тогда появился Альберт Энерей, который построил первый замок Энерей, это было более тысячи лет назад. Что именно, мне нужно узнать? — девушка провела короткий экскурс в историю королевства.

— Меня интересует все, что может связывать вашу семью с королевской, с момента постройки первого замка Энерей. — пояснил Дармен.

— Хорошо, я попробую что-нибудь выяснить, но навряд ли я узнаю. — грустно произнесла юная графиня.

— Договорились. — сказал чародей, вставая с кресла, и явно намереваясь покинуть комнату, и поняв это, девушка наконец решилась задать так мучащий ее вопрос:

— А что с моим замужеством? Что-то уже получилось сделать?

— Чародей всегда выполняет порученную ему работу. — ответил Дармен, при этом вспомнив, что однажды в жизни, он этого не сделал, но сейчас девушке ненужно об этом знать.

И вновь обратившись вороном, он вылетел в распахнутое окно, навстречу уже ночному небу. И последнее всплывшее за сегодня воспоминание, больно кольнуло его душу, и он летал пока окончательно не выбился из сил. Сегодня он ночевал, спя на траве, на берегу реки, не в силах уже вернутся в заброшенный дом, но даже в таком состоянии к нему все равно пришел злополучный сон.

Энджин решила не тянуть с просьбой чародея, и зная, что папенька допоздна засиживался в своем кабинете, направилась прямиком туда. Постучав в дверь, она услышала знакомый голос:

— Войдите. — и увидев входящую дочь, добавил. — Энджин, ты не спишь в такой поздний час, что-то случилось?

— Нет, папенька, что вы. Я просто хотела с вами поговорить, помните, как в детстве, когда я маленькая сидела у вас на коленях, а вы мне рассказывали истории. — сказала девушка.

— Конечно помню. — и Питер обошел вдоль стола, чтобы сесть на диван, и пригласив дочь присесть рядом.

— А расскажите мне папенька, о древних королях Энерей, тех, что жили в первом замке Энерей, который сейчас разрушен. — попросила Энджин.

— Хорошо. Это было еще во времена драконов, когда… — и Питер Марамолли начал рассказывать историю, которую Энджин и так знала, но с удовольствием послушала бы от отца ее еще раз.

Питер все рассказывал и рассказывал, а юная графиня слушала, положив голову отцу на плечо, со стороны могло показаться, что девушка уснула, но нет, на самом деле, она запоминала каждое слово, чтобы не упустить и малейшую деталь. Когда отец закончил, Энджин задала вопрос, ответ на который велел узнать чародей.

— А скажите папенька, а нашу семью что-нибудь связывает с древними королями?

— Нет, Энджин, наш род не был удостоен такой чести. Но вот тебе суждено это исправить, и наконец-то стать частью королевской семьи. — и при этих словах отца, Энджин почувствовала укол совести, что она разрушит мечты отца.

— Значит сейчас нас с ними совсем ничего не связывает? — с горечью уточнила она.

— Нет, совсем ничего. — подтвердил оцет, щёлкнув дочь по носу, совсем как в детстве, а потом глянув на часы сказал. — Ох, доченька, что-то мы с тобой совсем засиделись, пора ложится спать, а то завтра маменька наша будет ругаться, слуги ей обязательно доложат.

И закончив разговор, девушка отправилась к себе в комнату, понимая, что не выполнила просьбу Дармена. А, впрочем, может ее действительно ничего не связывает с королями.

«Мой дорогой дневник, сегодня я снова дотронулась до чародея, а он снова был в перчатках, а мне бы хотелось почувствовать тепло его рук. О, великие драконы, о чем я думаю? Как такие мысли могут родится в голове благочестивой девушки? Мало того, что я общаюсь с черным чародеем, прекрасно осознавая кто он, так еще и хочу этого. Мне так легко с ним разговаривать, он стал моим вторым другом, после Оливии. Надеюсь, я не оступлюсь с правильного пути.»

Глава 7 Танцы на камнях

Энджин начала новый день с улыбки. Да, в ее жизни все плохо, но сегодня день рождения ее любимого маленького братика Джозефа. Вечером будет небольшой прием, на котором соберутся знатные люди графства, и будут преподносить подарки. Кстати, о подарках, девушка только сейчас вспомнила, что за вчерашний день так и не придумала, что будет дарить.

За завтраком, сегодня собралась вся семья, шло бурное обсуждение вечера, мать как всегда спорила с отцом по поводу количества приглашенных, ей казалось, что их слишком мало, и ее сын достоин гораздо большего, отец же убеждал ее, что это не круглая дата, чтобы собирать все графство. А сам Джозеф, вообще не проявлял никакого интереса к предстоящему празднеству, толи он был еще слишком мал и не понимал важности, толи наоборот, мыслил куда более трезво, в отличии от иных взрослых. Но так или иначе, последнее слово, как всегда осталось за Элеонорой Марамолли, а посему сегодня предстоял грандиозный праздник.

Энджин сидела во время завтрака тихо, и не проронив ни слова, и только когда трапеза была закончена, наконец-то решилась спросить:

— Маменька, позвольте мне сегодня отправится в торговые лавки Бурдоро, и купить Джозефу подарок.

Мать смерила дочь холодным надменным взглядом, подсчитав в уме, что сегодня от той никакой пользы не будет, а виконт прибудет только к вечеру, решила отпустить ее.

— Хорошо, зайдешь ко мне, я выделю тебе необходимую сумму. — а затем уже обратилась к мисс Франциске. — Под ваш тотальный контроль.

— Разумеется, госпожа графиня. — незамедлительно подтвердила гувернантка.

После того как Энджин была переодета в прогулочное платье, деньги отсчитаны, карета запряжена, а мисс Франциск дала обещание ни на шаг от себя не отпускать юную графиню, они наконец-то покинули главные ворота замка Марамолли. Хоть Энджин и редко покидала территорию замка, а уж владения отца и того подавно, она прекрасна знала, что, если нужно что-то купить, нужно отправляться на главную площадь графства Бурдоро, там находились всевозможные торговые лавки. А если сильно повезет, то можно даже застать купцов из соседних королевств, которые привозили диковинные для этих мест вещички. Впрочем, именно на такого купца девушка и рассчитывала, желая сделать брату особенный подарок.

Экипаж как всегда двигался неспешно, здесь было не принято гнать лошадей, все жили спокойно и размеренно, разве что за исключением гонцов и глашатаев. Энджин любовалась на красоты окружающих ее земель, маленькими, но очень красивыми, аккуратными деревенскими домиками, расписными лавками. Девушке очень редко удавалась бывать здесь, сначала, она была ребенком, и ее не брали на приемы и балы, а потом, она очень быстро поняла, что ей не интересна светская жизнь. Салоны ее угнетали, все эти сплетницы, чьих мозгов хватало лишь на обсуждение последней моды, или позора какого-нибудь знатного человека. И совсем другое дело, вот так, просто ехать в карете по графству, и смотреть в окно на искренние лица попадающихся людей, вдыхать аромат свежевыпеченных булочек, что шел от пекарни, или смотреть, как прямо на улице, прядильщицы пряли кружевные скатерти и платки. Это была настоящая жизнь, такая простая и понятная, где не было места лжи и заговорам, она даже завидовала им, этим простым людям.

Карета свернула за угол, какого-то большого дома, не известного девушке, и выехала на площадь, где и остановилась. Здесь было настоящие буйство красок, торговые лавки привлекали покупателей всевозможными яркими росписями, зазывала орали, что было сил. Энджин бывала тут лишь дважды, первый раз, когда они с папой так же приезжали сюда за подарком маме на именины, помнится, та выкинула его сразу же, назвав глупым и дешевым. А второй раз, они заезжали сюда по пути, на ее первый прием, так как по традиции она должна была преподнести всем дамам подарки, в качестве благодарности, за то, что ей позволили войти в свет, и с того дня она считалась взрослой.