Реквием Земли (ЛП) - Гимпел Энн - Страница 9

— Потому что я верю, что в один прекрасный день вновь увижу родителей. Все равно меня либо убьют в бою, либо за то, что сейчас я сражаюсь за лемарианцев.

Мужчина резко отпрянул от ее груди, как будто она обожгла его руку. Свистящее шипение слетело с его губ, брызгая на Эйслин слюной.

— Ты одна из них. Перебежчик на другую сторону.

Вокруг нее все разразились возмущенными криками. Мертвые еще теснее обступили Эйслин.

— Схватить ее! — крикнул один из них.

— Мы нуждаемся в ней.

— Она теплая.

— Лемарианская магия может нас вернуть.

— Ох, нет, не может, — возразила Эйслин, подавляя в себе жалость и страх. — Они те, кто убили большинство из вас. Помните? — быстро проговорила она. — Если вы продолжите лишать жизни тех немногих, кто выжил, то тогда кто отомстит за вашу смерть?

Останки некогда пухленькой женщины приблизились к Эйслин. Она погладила волосы Эйслин, посылая холодок по ее телу.

— Теплая, — пробормотала она. — Я еще помню, каково это быть теплой.

Шахтер закрыл Эйслин от женщины своим телом.

— Уходи, — прошипел он Эйслин. — Ты выполняешь дьявольскую работу. Мы позволим тебе исчезнуть, но сначала пообещай мне кое-что.

— Что? — удивилась Эйслин, приготовившись солгать.

— Сразись с теми, кто убил нас. Я хочу отомстить.

«Мы все этого хотим».

Сделав глубокий вдох и выдох, Эйслин решила рискнуть, надеясь, что лемарианцы не находились сейчас у нее в голове, чтобы подслушать.

— После того, как темные боги потерпят поражение, если это вообще случится, я даю вам свое слово, что сделаю все от меня зависящее и прослежу, чтобы старейшины вернулись в Талтос, оставшись там навечно.

Мужчина повернулся к войску призраков. Сначала Эйслин не обратила внимания, но сейчас заметила, что в шахтерской лачуге собралась внушительная толпа. Тела слились в однородную вонючую студенистую массу.

— Ваше мнение? — потребовал мужчина.

— Она говорит правду, — отважился ответить кто-то.

— Ага, а я считаю, что она солжет о чем угодно, лишь бы спасти свою жалкую шкуру, — выплюнул другой.

Осознав, что она стиснула челюсть настолько сильно, что заныли скулы, Эйслин открыла рот. Несколько духов были полны решимости оставить ее при себе, в то же время другие утверждали, что еще одна жизнь уже ничем им не поможет. Эйслин вновь потянулась к своей магии и резко выдохнула, когда больше не ощутила барьер.

«Нужно быть готовой ко всему», — рассудила она и начала произносить про себя заклинание, которое должно было унести ее с этого места.

Шахтер схватил Эйслин за запястье.

— Мы еще тебя не отпускали.

На ее лице появилась кривая улыбка.

— Ты предоставил мне доступ к магии. А это значит обратное. — Эйслин затаила дыхание.

Мужчина улыбнулся ей, омерзительными практически несуществующими губами и гнилыми зубами.

— Может и так. Ступай, человек. И никогда не забывай данное обещание, — указал мужчина на дверь.

Эйслин не стала ждать очередного приглашения. Подавляя подступающую к горлу желчь, она выскочила на улицу и с жадностью глотнула воздух, не вонявший мертвечиной.

«Какого черта?»

Она резко затормозила, чуть не упав. Сидя на задних лапах и склонив голову на бок, на нее уставился самыми смышлеными, которые она когда-либо видела, янтарными глазами волк. Его серый мех с вкраплением серебряных и черных прядок сверкал на солнце.

«Я не Охотник. Зачем он пришел ко мне?»

Только те люди, кто обладал способностями Охотника, могли иметь связанных животных, как, к примеру, виверра Тревиса. Повинуясь инстинктам, подпитываемым ее магией, она подошла к волку и мысленно к нему обратилась:

«Тебе что-то от меня нужно, что именно?»

Чувствуя себя глупо, — в конце концов, ее догадки не всегда оказывались правильными — Эйслин искоса взглянула на волка и стала готовиться к прыжку. Нельзя было оставаться здесь, ведь духи могли изменить свое решение.

«Я иду с тобой», — заявил волк.

«Я не Охотник. Ты ошибся».

Волк лениво поднялся и замахал пушистым хвостом.

«Я никогда не ошибаюсь. Занеси меня в свое заклинание. Если ты этого не сделаешь, то по пакту Охотников я имею право тебя убить».

Волк медленно к ней подкрался. И Эйслин заметила, что это был кобель. Эйслин покопалась в памяти, пытаясь вспомнить все, что знала об Охотниках и их животных. Люди с навыками Охотника были более искусными в поиске врага, а также в их убийстве. Так или иначе, взаимодействие с животными увеличивало магию, поэтому людям приходилось с этим считаться. У Эйслин не получилось вспомнить, что произошло с теми, кто отказался от связи с животным. И кто вообще хоть что-то знал о том, может ли ее отказ предоставить волку право ее убить.

Соглашение или нет, но у них ничего не выйдет, если сразу все не заладится. Эйслин никогда не терпела издевательств и не собиралась начинать сейчас.

«А теперь послушай меня. — Она села на корточки, чтобы их глаза оказались на одном уровне. — Больше никаких угроз».

Волк лишь скользнул по ней взглядом и вывалил язык.

— Отлично, — пробормотала она и расширила заклинание, чтобы перенести этого кобеля с собой.

«Армия призраков, — заговорил волк. — С чем еще, черт возьми, я столкнусь на пути в Талтос?»

Глава 3

Эйслин перенесла их на руины Солт-Лейк-Сити — сплошной бетонный кошмар. Как и планировалось, она оказалась в старом районе возле бомбоубежища своего отца и некоторых его друзей, которые обустроили помещение под их домом еще в 90-х. Эйслин очень устала и понимала, что до очередного прыжка ей нужно поесть и поспать. Пока Вульфи не доставлял особых проблем, но чтобы перенести их обоих пришлось затратить в два раза больше магии. От виверры Тревиса она чувствовала силу. А вот у Вульфи даже если и было хоть что-то, то он очень хорошо это скрывал. Эйслин сделала несколько быстрых расчетов. Раньше четыре дня казались большой щедростью со стороны старейшин, но теперь Эйслин понимала, что их недостаточно.

Волк появился рядом с ней и засопел, этот звук был похож на что-то среднее между скулежом и рыком.

«Куда ты нас перенесла? Здесь не на кого охотиться кроме как на трупы». — Он сморщил нос с волчьей брезгливостью.

Проигнорировав его вопрос, Эйслин спросила:

«Как тебя зовут?»

Волк с интересом скользнул по ней взглядом.

«Зачем тебе?»

«А как мне тебя называть, кроме как Вульфи?»

«Называй меня Рун».

Эйслин прокрутила его имя в своем разуме. Оно отдавало чем-то кислым. Подняв брови, она посмотрела на волка.

«Это не настоящее имя».

«Имена имеют власть. Даже ты должна это знать, человек».

Проглотив саркастическое возражение, Эйслин указала:

«Просто убедитесь, что за нами никто не следует».

Чувствуя, что у нее отлично получилось осадить волка, Эйслин побрела в сторону дома, в котором жила раньше, пересекла заполненную щебнем дорожку, перепрыгнула через трубу и, наконец, скользнула в пролом земли, приземлившись на сгнившие ступени. Многие из них отсутствовали. Эйслин пару раз споткнулась и удержалась на ногах только благодаря перилам, от которых тоже практически ничего не осталось. Дверь с кодовым замком находилась по-прежнему на старом месте. Эйслин вставила ключ и набрала код: семь-семь-четыре-три. Дверь распахнулась.

Эйслин зашла в помещение, а вслед за ней забежал Рун. Как только все его тело, включая хвост, оказалось внутри, Эйслин захлопнула дверь и рухнула в пыльное кресло. Все погрузилось во тьму, а ей и не нужно было ничего видеть. Один только аромат в маленькой комнате напоминал об отце, слезы навернулись на ее глаза, угрожая пролиться неиссякаемым потоком.

«Твоя стая жила здесь».

Интересно, откуда волк узнал это, но Эйслин слишком устала, чтобы разгадывать очередную загадку, поэтому ее глаза медленно закрылись.