Пришелец в семье (ЛП) - Кох Джини - Страница 39

— Видишь? Пуфы замечательные.

— О, пожалуйста, — сглотнул Фингал, — не позволяйте им есть нас.

— Дай мне повод не делать этого. Начнем с того, что ты разоблачишь амазонскую сучку-оборотня.

Вокруг потрясенные взгляды. За исключением одного, исходящего от женщины. Она выпрямилась, замерцала и на ее месте появилась более старшая версия Мойры в комплекте с растрепанными светлыми волосами и костюмом Зены/Чудо-Женщины.

— Я тебе не враг, — тихо сказала она.

— Точно. Чаки, подойди ко мне. Я серьезно, если что.

Чаки просьбу выполнил.

— Потрясающее ощущение.

— Она кастрирует тебя быстрее, чем ты подумать успеешь.

— Нет, — сказала оборотень, — я не стану этого делать.

— Я видела твою сестру, или приятельницу, или кто она там тебе на самом деле. Не верь ей.

— Они здесь не по моему приказу, — она покачала головой.

Приказу?

— Как тебя зовут?

— Это невозможно выразить...

— Ой, хватит! Знаем, знаем! Тут на Земле центарийцы уже десятки лет живут. Все люди, что с ними работают, признают, что мы достаточно медленные, чтобы понимать ваши сказочные языки. Позволь напомнить, что земляне мастера в превращении комплексов своей неполноценности в массовые, разрушительные крестовые походы. А сейчас, прежде, чем я попрошу своих очаровательных пуфиков вкусно позавтракать, прекратите уже свою песню, мол, мы говорим слишком быстро для ваших жалких ушей и назовите мне имена, которые я могу понять и на которые вы будете отзываться. Или умрите. В смысле, буквально.

Пуф зарычал погромче. Интересно, за ними нужно ухаживать, или у них самоочищающийся мех? Любят они спать на подушках хозяев или предпочитают свое собственное лежбище.

— Малышка? Я не хочу, чтобы они находились в нашей спальне, договорились?

— Вот еще.

— Подумай об этом, хотя бы минутку, пока наши пленники перестанут писаться.

Я подумала.

— Ладно, когда мы спим, как насчет такого?

— Возможно. Народ, она ведь не шутит. Она защищает ближних, она устала и расстроена. Сегодня чуть не погиб один из ее лучших друзей из-за сумасшедшей психопатки, и меня не пускают к вам в зал, чтобы удержать ее. И приказы она не выполняет. Так что делайте то, что она говорит. Потому что мне лично все равно, что с вами произойдет.

Оборотень кивнула.

— Прошу прощения за действия моей подданной. Я королева народа Свободных Женщин Рената. И мы здесь в качестве эмиссаров Планетарного Совета, а не как эмиссары Альфа Четыре.

Глава 29

Чаки наклонился к моему уху и прошептал:

— У нас есть тут тщательно продуманная хитрость. Узнай, кто больше выигрывает.

— Интересно. Пол?

— Да, Китти.

— Мне бы пообщаться с Эйсом, пожалуйста.

— Замечательно, — вздохнул Гауэр, после чего прошла небольшая пауза. — Да, Китти, Эйс здесь.

— Эйс, те злые существа, про которых ты говорил, что идут к нам, находятся в этом зале?

— Нет, Китти.

— А эти злые? Чтобы, прежде, чем они начнут нас убивать, отправить их с нашей планеты.

— Нет, Китти. Они очень боятся.

— Они перестанут бояться, если мы с Чаки и пуфами выйдем из зала?

— Нет, Китти. Они боятся то, что произошло и того, что может произойти.

Я задумалась.

— Эйс, это одна из тех вещей, что ты хочешь сказать, но не можешь выразить?

— Да. Китти разберется в этом без помощи Эйса, — весьма уверенно сказал Эйс.

— Хм, ладно, великолепно. Как всегда, большое спасибо, ты самый лучший, больше вопросов нет и все такое.

— Мойра вот-вот очнется, — испуганно проговорил Эйс. — Пожалуйста, попроси кого-нибудь снова усыпить Мойру.

Я услышала, как Джефф отдает соответствующий приказ.

— Эйс... а где сейчас напарница Мойры?

— Эйс не уверен, Китти.

— Она в какой-то из наших крепостей или в Городе Грехов?

— Нет. Эйс не знает точно, где сейчас напарница Мойры, — ответил Эйс все еще испуганным голосом.

— Может, выясняет, сколько может потерять. Игра сил, но пока не имеет никакого смысла.

Я же задумалась о королеве Ренате.

— Эйс... у них получилось покинуть планету, потому что сеть вышла из строя, так ведь? Потому что лидер Свободных выяснила, как можно тонко играть другими. А некоторые из Свободных не хотят играть, особенно с мужчинами. И их окружающая планету разумная сеть с этим согласилась. Это верно?

— Да, Китти, — облегченно ответил Эйс. — Эйс знал, что Китти узнает правду. Китти правильно думает.

— Да, она знает, — громко сказал Чаки. А я услышала, как Джефф выругался себе под нос.

— Да, хорошо. Ладно, тогда, пожалуйста, пусть Пол вернется, а сам можешь возвращаться, расслабиться или чем ты там занимаешься.

— Да, Китти, — небольшая пауза, потом Гауэр уже своим голосом сказал: — Ну, это было весело.

— Итак, королева Рената, как давно ваша защитная сеть начала разговаривать с людьми?

— Несколько лет назад, — она закрыла глаза и заплакала. — До этого времени мы пытались понять, почему у нас отняли звезды. Мы знали, что можем до них добраться, и что у нас было в прошлом. Мы обвинили в чрезмерной агрессии наших мужчин.

— Но без них сами стали еще больее агрессивными, так ведь?

— Да. Но мы считали себя правыми, — она вздохнула. — Когда моя мать заняла трон, она увидела нас такими, какими мы и были: жестокими людьми, завязанными только на месть. Она знала, что этот путь неправильный. Благодаря ее правлению, мы стали меньше ненавидеть и пытались больше прощать.

— Это было мудро с ее стороны. И сильно.

— Она такой и была, — огляделась королева Рената. — Она послала сообщение на другие планеты, попросив их понизить воинственность и быть более дружелюбными. Нам прислали помощь и поддержку. Но никто не удалил сеть. Мама понимала — столетия опасности не прощаются за несколько лет.

— И какая реакция последовала?

— Наш народ разделился. Однако, со временем, когда другие планеты начали присылали нам подарки — разные полезные вещи, делавшие нашу жизнь лучше, большинство людей приходило к образу мыслей мамы.

— Но некоторые нет.

— Это и была сеть, — вклинился Фингал.

— Чувак, у тебя есть имя?

— Да. Грегори, — пробормотал он. — Можно, я продолжу?

— Конечно, просто подумалось вдруг, что твои родители вряд ли назвали тебя Фингалом или Уимпи.

Чаки захохотал. Как и Джефф с Гауэром. Грегори не сказать, чтобы выглядел наслаждающимся шуткой.

— Продолжай, Грег.

— Грегори, — сквозь стиснутые зубы процедил Грегори.

Приятно иметь защиту в виде существа с другой планеты, а не только в виде моих центаврийцев.

— Без разницы.

— Защитная планетарная сеть разумна. Она... осознала себя и стала разговаривать с некоторыми жителями планеты. Уверен, вы не поймете, но...

— Гм, Грег? Я сейчас скажу медленно, и посмотрим, поймешь ли ты меня. Ты в курсе, что люди с Альфа Четыре поставили такую же сеть вокруг Земли? — он кивнул, но на лице отразилось удивление. — Ну так вот, я с ним общаюсь. Сейчас он в одном из наших людей, все еще в нашем мире и мы ему нравимся. Сильно нравимся. Он нас больше не сдерживает. Просто работает вместе с нами над тем, чтобы держать подобных тебе людей подальше. Мы — команда: наше сверхсознание и мы. И мы устали от того, что все, кому не лень, общаются с нами как с грязью и обращают внимание только тогда, когда что-то от нас хотят. Имей это в виду, прежде, чем сказать подобное.

— Я скажу проще, — рыкнул Джефф, — если снова посмеешь заговорить с кем-то из нас в таком тоне, особенно здесь, превратишься в Пуфин Завтрак. Понял?

Есть повод для гордости — Джефф самолично придумал клевую обзывалку.

— Ох, конечно же. Извините, Ваше Величество.

— И перестань меня так называть!

— Он на самом деле не в восторге от принудительного королевского титула, Грэг. Может, тебе стоит, ну, знаешь, снисходительно так нам убогим объяснить, что к чему?