Невеста дракона (СИ) - Ги Юна - Страница 34

Мы встретились взглядом. Его глаза алчно сверкнули, и иллюзия рассеялась. Холод и отвращение к нему и к себе окатили с ног до головы. Я зябко поежилась.

Медальон на груди не отзывался теплом или дрожью, холодный камень будто и не сдерживал в себе ни капли магии. Неужели он больше не защит меня от Альвига? Я была согласна вновь очутиться внутри камня, лишь бы не встречаться с этим алчущим взглядом темного мага, не поддаваться его жестоким в своей соблазнительности иллюзиям.

Как действует медальон? Может быть, передав знание о том, кто я — он потерял свою магическую силу? Или я вычерпала ее до дна, спасая Драгона от ран и переместив нас в мир воспоминаний? Может медальону нужно время, чтобы наполнится магией вновь? Кажется, я могу наполнить его, черпая истинную, природную магию из источников, скрытых в этом мире. Но не знаю, как. В сердце проснулось страстное желание овладеть магией Аарен, стать настоящей Аарнирн.

Сжав медальон, я оглядела лес внизу. Потоки магии. Где их найти? Они пронизывают мир? Я заметила слабо светившиеся пятна то здесь, то тут, рассыпанные по лесу, словно брызги. Обман зрения? Или источники, где черпать магию проще всего? Город драконов расположился на скале, а значит, здесь могло быть множество пещер, уходивших глубоко под землю. Там, в глубине, плескалась истинная магия. Я присмотрелась к пятну и попыталась вытянуть свет оттуда. Бледное сияние потянулось к медальону. Ликование наполнило сердце.

От Альвига не укрылась моя попытка колдовать.

— Мы будем непобедимы, — с жаром зашептал Альвиг. И его голос врезался в уши.

— Я принадлежу Драгону!

Крик разрезал небо, достиг дракона-императора, и тот обернулся. Быстрый взгляд. Тело напряглось, готовясь побеждать любой ценой. Упругий взмах крыльев черного дракона, и Драгон уже поравнялся с нами, а секунду спустя разрезал пространство, вклинившись между мной и Альвигом.

ГЛАВА 25 Противостояние

Ездовой паук-бабочка недовольно вскрикнул, но отодвинулся, давая место. Мой белый дракончик, за чьи спинные гребни я с отчаянием цеплялась, радостно глянул в сторону черного дракона Драгона. Дохнул паром и получил успокоительный дружеский рокот в ответ. Взмах крыльев. Рокот. Пламя и молнии. Мягкие электрические искры пробежали по телу белого дракона, отдаваясь во мне приятной дрожью.

— Аарнир моя, — уверенно произнес Драгон.

Драгон закрыл меня от Альвига, но все же я видела и слышала темного мага, его исказившееся гримасой злости лицо и голос, полный алчущей ненависти.

— Пусть сама выбирает мужчину по вкусу, — плюнул он словами, будто ядом.

— Мой выбор — Драгон! — крикнула я, в попытке заглушить шум ветра. Но мне это не удавалось так легко, как магу и дракону.

И все же Альвиг услышал мои слова. И отбросил их.

— Я еще не участвовал в игре за твое сердце, — произнес он. — Сражение за трон — формальная церемония. Драконы отринули свой заколдованный медальон, а значит, вас с Драгоном не связывает магия. Я всегда могу отобрать тебя. Владение Аарнирн сделает меня могущественным, способным завоевать империю. Император Драгон? Больше не будет помехой, твои молнии не достигнут цели, если я обзаведусь домашней магессой из рода людей.

Сердце в страхе заколотилось. Подняв испуганные глаза на дракона-императора, я хотела закричать: это правда?

— Нас связывает истинная любовь. Истинную пару нельзя разбить, — Драгон выглядел увереннее каменных стен, что сдерживают буйство стихий, пряча за собой от раскалённых лучей солнца, от пронизывающего холода зимы и дарят спокойствие и уют обитателям дома, защищенных твердостью каменной воли.

— Драконьи сказки, — фыркнул Альвиг. — Истинные пары встречаются раз в тысячу лет. А вы двое решили, что легенда относится к вам. Ты будешь моей, — произнес он, глядя мне прямо в глаза. Темная иллюзия заставила меня вновь окунуться в мир его желаний. Жестокой страсти. И темной, чудовищной магии. Альвиг был уверен, что с легкостью получит меня, стоит лишь поманить. Такой напор пугал. И эта уверенность в том, что истинная пара — драконья легенда. Альвиг не впервые говорил об этом. Он обволакивал разум то искусительной страстью, то подавлял волю сомнениями, то заставлял замирать сердце в страхе перед своей властью. Такова изощренная в своей чудовищной красоте сущность темных магов.

И все же, я верила в Драгона. Дракон-император на черном ездовом драконе. Прямая спина, широкие плечи, сильные руки — левая сжимает пластину на спине дракона, правая — наготове к сражению. Выхватить из-за спины украшенный вспыхивающими рунами меч или бросить заклинание-молнию в противника. Сильные бедра мягко покачиваются в такт движениям гибкого тела ездового дракона. А ноги сжимают чешуйчатое тело. Я чувствовала, как вся моя вселенная сужается до одного единственного человека — человека-дракона. Черные волосы, собранные в тугой хвост, мягко развивались на ветру, тяжелый подбородок и украшенное шрамом лицо. Нежные губы. Я задержала взгляд, представив, как мужчина осторожно касается моей кожи, прижимая губы к шее.

Альвиг, заметив, как я скользнула страстным взглядом по телу и лицу противника, зло взревел и, выбросив вперед кисть, выпустил темное заклятие. Магический хлыст, сосредоточение тьмы и ненависти, сухим щелчком рассыпался, встретив завесу из электричества. По воздуху пробежали искры. Драгон лишь усмехнулся, он не дернулся к мечу, даже пальцы на правой руке не дрогнули — магическую защиту он поставил задолго до нападения темного мага.

— Тебе не победить дракона-императора. Никому не победить, — твердо и властно произнес он.

Альвигу оставалось лишь бессильно злиться.

До тех пор, пока на магическую завесу не упал черный пепел. Я в удивлении обвела взглядом небо — невесомые, черные хлопья заполнили ясную синеву. Еще редкие здесь, на горизонте они создали угрожающую пелену. А вдалеке я увидела источник — руины Даргоро-Даз, место, где рухнула статуя, теперь напоминало подземный вулкан, изрыгающий пламя и пепел.

Испуганно я вскрикнула — пепел, ложась на электрическую завесу, вспыхивал! И сжигал защиту. Обугленные по краям дыры пропускали запах горящего воздуха. Альвиг захохотал:

— Даргоро-Даз, драконья твердыня. Вы спрятали в ее глубинах чудовищ, в надежде приручить их! Но чудовища — принадлежат темным! Мне! — протянул он. И голос его сам напомнил чудовище. Живой, тягучий, проникающий в глубины разума, чтобы заполнить, а затем разрушить.

Драгон обеими руками схватился за спину черного дракона. Лицо императора не дрогнуло, лишь приобрело твердую решимость.

Неуловимое движение. И он уже словно заправский акробат балансирует, стоя на спине моего летящего дракона. Секунда. И он протянул мне руку, в приглашающем жесте. “Возьми мою ладонь, — говорил его взгляд”. Заворожённая, я позволила сжать свою слабую кисть его горячей. Он потянул меня к себе. Короткая команда вырвалась из уст, и ездовые драконы разом бросились вниз. В страхе, я ощутила, как отрывалась от безопасной чешуи. Ощущение невесомости — прекрасно, но только если не заканчивается свободным полетом. Что, в свою очередь, тоже имеет очарование. Но только в случае спасительного парашюта за спиной. У меня же его не было.

Я обратилась в огромные, испуганные глаза. Драгон сжал меня в объятиях. И я расслабилась. Мы камнем падали вниз, а я чувствовала лишь тепло его тела и желание своего. Волны отвердевшего воздуха по сторонам, и раскрыв зажмуренные глаза, я увидела, как черный и белый драконы взлетают навстречу Альвигу. Разъярённый взгляд темного мага, исказившееся в ненависти лицо. И красное пламя, закрывшее путь мага к нам с Драгоном — драконы напали разом.

Улыбка — я почувствовала, что против происходящего — сражение и наше падение — улыбаюсь. Нежно и любяще. Уткнувшись носом в грудь Драгона, я продолжала улыбаться, чувствуя себя весьма престранно. Как глупо. И все же, я был счастлива. Пусть мы погибнем, но погибнем в объятиях друг друга. Эти необычайные ощущения столь захватили меня, что я перестала чувствовать и время, и даже свободное падение, свист ветра в ушах, камень, глубоко внутри, что тянул к земле. Решившись оглянуться, я поняла, что Драгон, с той же глупой улыбкой смотрит на меня. Он ласково провел рукой по моим волосам, погладив по голове. Что-то прошептал и поцеловал в кромку волос. Стало тепло и уютно.