Беспощадная магия (ЛП) - Креве Меган - Страница 45

Лозы поползли вперед. Мы с Пришей подняли Десмонда и закинули его руки нам на плечи. Мы побежали с Финном. За шипением лоз и топотом наших ног я все еще слышала Джудит. Она уже не говорила, только издавала невнятные звуки боли.

— Нужно ей помочь, — сказала я. Я обещала. Я не могла подвести еще раз. Я не могла позволить экзаменаторам победить.

Но, когда я отпустила Десмонда, чтобы вернуться, вся масса лоз двигалась, устремляясь за нами. Несколько отростков ударили так близко, что край расцарапала мне щеку.

Мы отшатнулись, Финн сжал мое плечо. Приша прижимала руку к спине Десмонда, чтобы он не наступал на сломанную лодыжку.

— Вы ее не слышали? — закричала я небу и экзаменаторам, где бы они ни были. — Она хочет уйти! Вы не можете просто…!

Еще удар лоз задел меня, попав по груди. Я отшатнулась, врезалась в Финна. Он притянул меня к себе и обвил рукой талию.

Визг Джудит стал бульканьем.

Мои мышцы напряглись от желания бежать к ней, и хватка Финна стала крепче. Он склонился ко мне, его сердце колотилось о мою спину.

— Мы должны помочь ей, — сказала я тонким голосом. Каким был смысл всего моего обучения и всех умений, если я этого не могла?

— Знаю, — Финн вдохнул с дрожью. — Я доверяю тебе. Скажи, что есть шанс, что ты видишь способ, и я тебя поддержу.

Хорошо бы. Я верила ему. Он видел, как неправильно поступали Конфеды, направив нас сюда и ударив по нам беспощадной и жестокой магией. Может, мы выросли по разные стороны города, среди старой и новой магии, но в тот миг мы ощущали одинаковый страх, и Финн пошел бы так же далеко, как я, чтобы преодолеть его.

Но я смотрела на корчащиеся лозы со слезами на глазах. Я знала, что у нас не было надежды на спасение Джудит. Я не знала, можно ли ещё было ее спасти.

Я прижалась к нему, волна лоз полетела к нам.

— Финн! — закричала Приша.

Он схватил меня за руку, но ему не пришлось тянуть меня. Хоть совесть кусала меня за пятки, я побежала.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Финн

Если я думал, что экзаменаторам не хватало чувства юмора, то это впечатление чуть изменилось, когда мы повернули за первый угол, оставляя лозы и девушку, застрявшую в них, и увидели конец лабиринта меньше, чем в тридцати футах. Изгородь пропадала, и земля тянулась дальше, открытая и без угроз.

Мы были в минуте от безопасности, Джудит была в минуте от выживания.

Это было садистской шуткой. Я представил, как экзаменатор Ланкастер смотрит на нас на экране, перебирая серебристые волосы и ухмыляясь, и захотел ударить кого-то и беспомощно упасть.

Я ничего этого не сделал. Острые осколки агонии пронзали мою искалеченную ладонь, и тупая боль в боку превращалась в уколы, если я вдыхал слишком глубоко, но даже сквозь туман боли я знал, что полученная безопасность была относительной. Экзамен еще не закончился.

Пространство, куда мы вышли, было большим кругом, может, в милю в диаметре, окруженным темной изгородью. Земля из серой стала желтовато-коричневой, зернистой, напоминала песок. Фальшивое небо над нами источало бледно-желтое сияние. Небольшие дюны рябили слева. Около десятка узких шпилей бежевого «камня» были рассеяны по остальной долине. На их вершинах и боках выпирали гладкие платформы, похожие на диски.

Самый высокий шпиль стоял по центру, и с одной огромной платформой на вершине он напоминал большой худой гриб. Он поднимался на тридцать футов над землей. Фонтан лился каскадом по его боку в сияющий пруд у подножия.

Горло кололо. Сколько часов я не пил воду?

Десмонд опустился на землю. Он опустил ладони на сломанную лодыжку, кривясь.

— Я могу помочь? — спросила Рочио. Желание услышать да, получить шанс что-то исправить ощущалось от ее напряженного тела. Крики Джудит еще звенели в моей голове.

— У тебя есть медицинское образование? — спросил Десмонд. Она опустила голову, и он мягче добавил. — Думаю, лучше просто заморозить это. Я смогу. Надеюсь, в конце нас будут ждать магимедики, — он не выдавал тревоги, что не попадет в число тех, кто сделал это, но его взгляд был пустым. Сколько боли он испытывал?

Он склонился для колдовства, и я посмотрел на свою самую заметную рану. Хорошо, что я выбрал штаны из натуральной ткани, которую мог пронзить рассеивающий прут. Полоска ткани на руке замедлила поток крови, пока я не пролепетал чары, что закрыли пульсирующую артерию.

Я не нашел сил на сосуды поменьше. На повязке уже засыхала кровь. Лишь боги знали, продержится ли моя работа над артерией, учитывая, в каком состоянии я колдовал.

При мысли о попытке запечатать ее тщательнее, голова заболела сильнее. Может, падение было неплохой идеей. Земля казалась довольно уютной.

— Финн, — сказала Приша.

Тревога в ее голосе разбудила меня. Я раскачивался.

Рочио поймала мое предплечье. Она осмотрела мою ладонь, сжала мою руку сильнее.

— Твой большой палец, — сказала она. — Это сделала с тобой ловушка?

Я рассмеялся с дрожью.

— Я сделал это, чтобы выбраться из ловушки. Это казалось лучшим вариантом, — я кивнул на ее правую ладонь, на обрубок мизинца. — Мы теперь в чем-то схожи.

Она покачала головой от моей шутки. Ее большой палец проверил край самодельной перевязи, и я напрягся от мысли, что она увидит кошмар раны.

— Вряд ли стоит убирать ткань, — сказал я. — Я пытался запечатать худшее, но… было сложно сосредоточиться. Может не выдержать. И я уже потерял больше крови, чем хотелось бы.

Спина футболки Рочио и повязанная полоска на ее груди были в брызгах крови после того, как я оттащил ее от тех лоз — от моей футболки, теперь жутко прилипшей к телу. Металлический запах лавки мясника наполнял воздух. Я сглотнул.

— Я могу зачаровать ткань, — сказала Рочио. — Это будет проще, чем работать с раной напрямую. Может, удастся соединить ткань с кожей и сделать ее тверже, чтобы остановить кровотечение.

Она нахмурилась. Тревога на ее лице сменилась сосредоточенностью. Она пропела несколько строк.

Ткань покалывала на моей руке. Боль обожгла запястье, и я вздрогнул. Холодный бальзам хлынул на меня через миг, напоминая о чарах от головной боли, что она применила на мне два дня назад.

Она отпустила. Ладонь все еще болела, но теперь умеренно.

— Где-то еще болит? — спросила Приша.

Голова и грудь все еще болели, но это можно было вытерпеть.

— Ничего серьезного, — сказал я и добавил Рочио. — Спасибо.

Приша поджала губы, словно не верила, но не ей было обвинять меня во лжи.

Я указал на фонтан здоровой рукой.

— Я бы не отказался попить.

— И я, — сказал Десмонд и поднялся на ноги.

Рочио подставила ему плечо, и он поковылял с нами к центральному шпилю.

— Мы тут не одни, — отметила Приша.

Я проследил за ее взглядом. Пара фигур шла по низким дюнам. Через миг я заметил девушку, хромающую из одного из небольших шпилей к черному строению рядом с ним. Строение было несколькими стенами, склоненными так сильно, что ей пришлось входить ползком.

— Интересно, сколько еще добралось так далеко, — тихо сказала Рочио.

Мы приближались к центральному шпилю, и темные ямки появились на нем. Поручни? Но мое внимание привлекла струя воды, что лилась в пруд, достаточно широкий, чтобы я мог в нем лечь. Два крана на уровне плеча торчали из шпиля чуть в стороне от пруда.

Мы дошли до шпиля, и я подошел к ближайшему и помахал ладонью под ним. Вода зашумела, брызнула на уже влажную землю и потекла в канал, что вел к пруду.

Я пил из ладони, пока в горле не перестало першить, а потом уступил место Прише.

Она попила, вытерла рот рукавом и посмотрела наверх.

— Как думаешь, что в тех мешках?

Кольцо мешков висело по краю платформы в тридцати футах над нами. Они были неровными, словно набитыми. Платформа была слишком широкой, чтобы до них можно было достать со ствола, Но наверху колонн поручней были квадратные отверстия.