Идя сквозь огонь (СИ) - Зарвин Владимир - Страница 201

— Ты все верно сказал! — не стал оправдываться Дмитрий. — Тать поймал меня на клятве, как мальчишку!

— То, что ему сие удалось, — не вина твоя, а беда! — скорбно усмехнулся казак. — Каждый меряет люд своим аршином.

Пока один клянется тем, что ему свято, иной смекает, как сию клятву против него же обратить!

Сей зверь подловил тебя не на жадности или страхе, а на благородстве. Так что я не вправе тебя осуждать…

— Не в осуждении дело! — тряхнул головой Бутурлин. — Теперь мой долг — обезвредить сего зверя! Молю Бога, чтобы он не ушел от возмездия!

— Чутье мне подсказывает, что не уйдет! — улыбнулся своим мыслям казак. — Попомни, сей изверг огребет сполна…

— Прости, я ведь толком не поблагодарил тебя за спасение… — смущеннно потупил взор Дмитрий. — Харальд сказал, что вас привело ко мне твое чутье. Скажи, ты вправду слыхивал глас Божий?

— Глас Божий? — переспросил Газда. — Нет, брат! Это был голос Тура!

Глава 99

— Может, вы мне объясните, Князь, по какому праву ваши люди приволокли меня в Торжище?! — вопросил Флориан сидящего перед ним Князя Черногузского. — Я не тать, а шляхтич, к тому же оруженосец Самборского Воеводы!

— Знаю, знаю… — лениво откликнулся старый нобиль, вороша кочергой угли в камине. — Но все же выбирай слова, юноша!

Тебя не приволокли, а доставили сюда мои вассалы, нашедшие твою милость подле зверски убитого рыцаря и его слуг. Как ты можешь объяснить мне их смерть?

— Я уже все объяснил вашим людям, Князь! — ответил старцу Флориан. — Мне нечего добавить. Пана Рож-Моровского и его слуг порешила дочь татарского вождя Валибея…

— Ты хоть сам разумеешь, что сказал? — нервно рассмеялся старый рыцарь. — Если уж решился лгать, то хотя бы лги правдоподобно!

— Клянусь, я поведал чистую правду! — вспыхнул Флориан. — Вы, Князь, человек опытный в военном деле. Осмотрев тела, вы сами поймете, что Рож-Моровский и его подручные убиты не мной.

Их раны оставлены не саблей, а гибким клинком из тех, что носят персы и другие народы Востока. Да и мне после ранения одолеть троих недругов было бы не по силам!

— Положим! — кивнул юноше пожилой воитель. — Но откуда взялась сарацинка на восточном тракте, и почему она решила за тебя вступиться?

— Потому что шляхтич угрожал ее собственной жизни! — пояснил Князю Флориан. — Пан Рож-Моровский повел себя, как подлый разбойник.

Дабы вернуть утерянное право на наследство, он пожелал расправиться со мной — победителем его брата. А дочь Валибея решил убить, чтобы не оставлять свидетелей сей низости.

К тому же, он принял девицу за моего оруженосца…

— Как такое могло статься? — ястребиные глаза старца широко раскрылись от изумления. — Ужели так трудно отличить девку от парня?!

— Она была в мужском наряде, а волосы прятала под головным убором. Я и сам посчитал ее отроком…

— Положим, — кивнул юноше нобиль, — но сего мало, дабы принять ее за твоего слугу. Ты, верно, что-то не договариваешь!

— Мы ехали по одной дороге, общаясь меж собой…

— Ты и безбожная сарацинка, союзница Султана?! — впился изумленным взором в Флориана Магнат. — О чем же вы могли толковать?

— О разном… — пожал плечами шляхтич. — Девица назвалась гонцом Великого Московского Князя, разыскивающим на землях Унии одного из его подданных. По тому, с какой легкостью она изъяснялась по-русски, ее и впрямь можно было принять за московита.

— И кого же из московских подданных она искала, в наших краях? — насмешливо прищурился старик.

— Не поверите, Князь, но того же, кого ищете вы, — не сдержал горький вздох, Флориан, — боярина Бутурлина!

— Вот как? — привстал с кресла Маршал Всех Сармат. — И зачем татарке нужен Бутурлин? Она с ним в сговоре?

— Да нет же! — поморщился молодой шляхтич, — дочь Валибея хочет ему отомстить за отца, якобы убитого боярином. Но я уверен, что Дмитрий непричастен к его смерти, так же, как и к убийству вашего сына…

— Говори да не заговаривайся, шляхтич!!! — прервал его гневным окриком Князь. — Никто не смеет меня учить, кого мне почитать убийцей сына, а кого — нет!

Рож-Моровский — не лучший рыцарь из сарматской шляхты. За ним водились грязные делишки, посему я могу поверить, что он на тебя напал, желая расплатиться за гибель брата…

Но в историю с татарской княжной, преследующей Бутурлина, мне поверить куда труднее! Скажи, откуда тебе известно, кто она такая и за что мстит московиту? Татарка тебе сама в том призналась?

— Знаю, Князь, вы не верите ни единому моему слову! — печально вздохнул Флориан, — но так все и было! Во время поединка с Рож-Моровским башлык упал ей на плечи, открыв косы.

Видя, что дальше таиться нет смысла, дочь Валибея поведала мне все! Вначале она надеялась с моей помощью разыскать Бутурлина, но узнав, что мы приятели, передумала.

Молвила, что не желает, дабы я страдал от мысли, что привел к другу убийцу…

— Хочешь сказать, что сия безбожница поступила так, как надлежит действовать добрым христианам? — передернулся от возмущения старик. — Что у нехристей есть понятие чести?!

— Как видно, есть! — пошел наперекор Князю оруженосец. — В отличие от Рож-Моровского и его подручных!

— Как ты смеешь сравнивать сию нечисть с Христовыми воинами да еще Сарматами?! — вышел из себя воитель. — Твоя дерзость заслуживает кары!

Он уже собирался отдать жолнежам наказ бросить Флориана в подвал, но в сей миг на пороге светлицы возник взволнованный Янек.

— Вельможный Князь! — с поклоном обратился он к своему суровому господину. — Сталось непредвиденное! К западу от дороги горит болото!

— Как болото? — вперил в него недоуменный взор Князь. — Что за бред ты несешь?!

— Не все болото, мой пан… — срывающимся от волнения голосом вымолвил юный шляхтич. — …Остров на болоте, где скрывались людоеды!

— Что ж, невелика беда! — усмехнулся, обретя спокойствие, старый нобиль. — И какова причина пожара? Сами нелюди не совладали с огнем или им кто помог?

— Я допросил селян, видевших пожар издали! — отчитался перед Владыкой Янек. — Все рады такому известию, однако никто не знает, что за напасть постигла душегубов…

Народ лишь молвит, что сие — божья кара, посланная иродам за их злодеяния…

— Немного же ты смог узнать! — презрительно поморщился старый нобиль. — Впредь с такими докладами ко мне не являйся!

— Есть еще сведения… — продолжил прерванную мысль оруженосец. — Если Вельможный Князь позволит, двое возчиков сказывают, что нелюдей поджог некий московский боярин…

— Опять боярин? — перевел взгляд с Янека на Флориана старик. — Уж не Бутурлин ли это? Надеюсь, Янек, ты препроводил сих бездельников в Торжище?

— Они ждут на крыльце, мой пан! — подобострастно звякнул шпорами юный шляхтич. — Покликать их сюда?

— Ни к чему тащить холопов в господские покои! — надменно скривил губы Князь. — Пусть стоят, где стоят! Я сам выйду на крыльцо…

— И ты, шляхтич, ступай за мной! — обернулся он к Флориану. — Может, что новое узнаешь!

На крыльце острога их уже ждали двое возчиков, одетых в бурые крестьянские армяки. Старший из них, степенный бородач, походил видом на деревенского войта. В его же поджаром спутнике с перевязанным глазом Князь признал бывшего жолнежа.

— Кто будете? — с присущей ему суровостью вопросил задержанных Маршал Всех Сармат. — Отвечайте немедля!

— Я — Авдей, войт из Милицы, Вельможный Князь, — с поклоном ответил Владыке бородач, — а это мой зять, отставной ратник Северин…

— Что ратник, я и сам вижу! — насмешливо прервал его Черногузский. — На холопа не смахивает! Скажи, парень, в каком сражении ты окривел?

— На южной границе, Княже, — ответил Северин, — в той же сече, где пан Тадеуш Крупка сразил знаменем турецкого Пашу…

— Значит, Крупка добыл славу, а ты око утратил! — кивнул ему Князь. — Что ж, так бывает!

Хоть ты и низкого сословия, но воин, а воину не пристало лгать. Скажи начистоту, откуда ты знаешь, что болотных татей поджег московский боярин?