Улей. Отверженная (СИ) - Лужанская Алёна - Страница 65

«Принеси мне ее голову в доказательство своей преданности. И тогда я отдам тебе оставшиеся части тела».

Не смог. Был наказан за непослушание и отбыл на месяц в пустыню, что расстилалась дальше хребта Меридиана. Когда он вернулся в Улей, Королева торжественно преподнесла ему клык и с медовой улыбочкой бросила краткое «сдохла».

Печальная участь оказалась у дворняжки, которую Кир прикармливал по дороге на работу…

Ники бы долго жалела собаку, а Вторая ликовала — Первый был разбит. И под аккуратным психологическим давлением появился личный мотив — месть.

«Я должна была взойти на престол, а не та самозванка, что присвоила себе мои заслуги, — сокрушался дьявол внутри меня, именуемый тщеславием. — Первый остался бы при дворе, получил место в Правящем Совете, и вместе мы бы начали новую эру. Четвертый — просто дурак! Отказался и от меня и от власти».

Я сжала зубы и сильнее впилась пальцами в спину разведчика, несшего нас на своих больших крыльях над степью. До полудня оставалось еще несколько часов, мы успевали, но летели уже на пределе. Жар от солнца щекотал пятки, облизывал икры, поднимался все выше и выше.

— О чем думаешь? — раздалось над ухом.

Зря он обнажил мое прошлое. Крамольное желание примостить свой зад на трон вернулось вместе с памятью.

— Лучше бы ты убил меня, а не Ники… — прошептала я, разглядывая Улей с высоты птичьего полета.

Приземлились мы тихо на служебной площадке. Первый спустился следом через минут пять и разбил всю конспирацию заливистым свистом. Лязгнули двери, и нам навстречу вылетело лохматое нечто. Оно виляло хвостом и… гавкало?!

Я во все глаза смотрела, как собака кинулась к Первому, словно к хозяину.

— Она наврала, — сказал тот, почесывая за ухом своего четвероногого друга. — Я нашел Шерсть в Лабиринте. К сожалению, не мог раньше выпустить. Но новой Королеве псина нравится. Это пока единственное положительное качество, что в ней есть.

Дворняжка была уже старая, один бок свалялся от долгого лежания, на локтях были проплешины. Уши торчали в разные стороны, отвлекали внимание от умной морды. В мире людей она была ничем не примечательной собакой: мимо пройдешь — не заметишь. А у нас уже на закате своей жизни стала диковинным зверем и по совместительству подругой сильнейшего разведчика.

Знал бы Кир, на что обрек несчастное животное своей добротой… Впрочем, оно виляло хвостом и выглядело вполне довольным сложившимися обстоятельствами.

Собака, отзывавшаяся на кличку «Шерсть», гордо выхаживала рядом с обретенным хозяином и сквозь сомкнутую пасть рычала на других жителей Улья. Они расступались предо мной, кланялись. Их не смущали ни мои потрепанные одежды, ни загар, ни пятна грязи на лице. Руки тянулись к Королеве, совершенно не подозревая, что на троне сидит самозванка, нацепившая на себя чужую личину.

— Прошу за мной. Четвертый, без глупостей. Ты же теперь Командир, — усмехнулся Первый, когда мы подошли к парадному входу Красных Палат.

Конвой из разведчиков остался за дверью. Гвардейцы проводили нас в Малый Зал, бросили на меня взгляд, полный недоумения, и удалились, сказав:

— Ожидайте.

— По глазам вижу, ты все вспомнила, — шепнул Первый на ухо и схватил меня за локоть.

— Зачем ты убрал Правящий Совет? Мы так не договаривались…

— Ох, моя девочка, мы о многом не успели с тобой договориться. Внезапная амнезия спутала все планы. Ты даже представить не можешь, как все кардинально поменялось с твоего возвращения. Мы вроде как стали хорошими ребятами.

— Хорошими?! Пролив столько крови?

— Это не я, но я нашел того, кто всю эту кашу заварил, — прочитав немой вопрос, застывший во взгляде, он пояснил: — Нет, мы с тобой, Вторая, стали жертвами интриг одной хитроумной сволочи.

— Кто она?

Первый прищурился, но не успел ответить.

— Я Вторая! — громом разнеслось по залу, и к нам, стуча каблуками, подошла Королева.

Моя кровь и плоть. Сестра-близнец.

Голос чуть ниже, фигура крепче, в ее сильных руках куда более гармонично смотрелось оружие, а не чашка кофе. Поставив ее на поднос, что держал Безмолвный, тенью следовавший за венценосной особой, Королева развернулась и со всей силы отвесила мне пощечину.

— Безмозглая кукла! Из-за тебя мне отрезали крылья. Никогда за это не прощу.

За спиной заскрежетал зубами Четвертый, но, как и остальные, не шелохнулся, не бросился на защиту, не загородил собой. Абсолютно нелогичный тип!

Вытерев тыльной стороной ладони кровь с разбитой губы, я подняла на нее прямой взгляд.

— За что еще?

— Ты заняла мое место в Улье! Это я должна была сражаться за стеной с тварями, а вместо этого провела всю жизнь тут, во дворце, играя на дудке. Королеве казалось, что дудеть у меня выходит лучше остальных. — Ее лицо исказила такая злобная гримаса, что повторить ее сходу я бы не смогла.

— Почему она назначила тебя, такую тонкокостную и физически недоразвитую на службу, а меня оставила при себе, заперев в клетке?!

— Потому что наследственность плохая. Знала, что где-то да выстрелит, — пробормотал Первый, почтенно склонив голову. — И не ошиблась…

— Заткнись! — рявкнула коронованная Вторая и вновь вернулась ко мне. — Если бы не наставник, обучивший меня многим интересным вещам, я бы давно умерла от скуки. Но за эти годы своей бесполезной придворной жизни я тебя прощаю. Не всегда с наскока можно получить желаемое. Иногда надо затаиться, прикинуться непутевой музыкантшей, развлекать уставшую от жизни старуху… Впрочем, не будем об этом! Застойные времена прошли, впереди у нас светлое и богатое на перемены будущее. Улей воспрянет духом, обретет крылья, сбросит балласт, и, в конце концов, мы покинем эту мертвую пустошь.

— Все мы? — Я не удержалась от уточнений.

— Конечно, не все, — отмахнулась Королева, и, виляя бедрами, направилась к трону. — Отходы и прочий мусор оставим на наместника. Не знаю, для каких целей его прикормили, пусть теперь поработает на нас.

— Его больше нет.

Причем Ники, в отличие от Второй, ни разу не пожалела о содеянном. Должно быть, зачерствела душой.

— Нет? — Она повернулась и несколько минут буравила меня колючим взглядом. — Значит, оставим этот перевалочный пункт на произвол судьбы. Слушай, сестричка, как тебе удается так ненавязчиво влезать и портить планы? Это талант, не иначе!

— Полагаю, тоже наследственный, — снова вставил Первый, уже даже не удосужившись опустить глаза в пол.

Однако Королева не разозлилась, лишь устроилась поудобнее на законном, моем, месте, и закинула ногу на ногу.

— Понимаю твои чувства, Первый. Ты сердишься, что финал оказался другим. Впрочем, никакого обмана. Ты хотел посадить на трон Вторую. И вот она я, — послала дерзкому разведчику воздушный поцелуй.

Тот дернулся, словно от пощечины, и снова вернул разговор к моей персоне:

— Просили доставить, приказ выполнен, моя Королева. Что теперь?

— Не знаю. — Она пожала плечами. — Она была главной фигурой заговора, пока не тронулась умом и не возомнила себя человеком. Теперь главная я. Полагаю, ее можно ликвидировать. Четвертый, окажешь услугу? Ты единственный Командир, кто еще не принес мне официальную присягу.

Я обернулась. Разведчик стоял, сжав кулаки, и переводил взгляд с Ее Величества на меня.

— Я ваша новая Королева, источник жизненной силы. В скором времени вы полюбите меня, забудете некоторые… эм… нюансы и продолжите самоотверженно работать на благо Короны. Такова природа. Первый, я уверена, сделает все ради меня, только сам еще не готов это признать. А тебе, Четвертый, и вовсе повезло. Новая Королева с лицом твоей возлюбленной! Ну просто все звезды сошлись!

Смех ее был не легким и весенним, как звон колокольчиков, а раскатистым и тяжелым.

— Сейчас-то не откажешься стать фаворитом? Значимые фигуры должны стоять рядом с троном. А я сделаю тебя еще сильнее, еще влиятельнее. Уже делаю. Чувствуешь, как по венам течет мой дар?

Четвертый кивнул. В его руках начал зреть огненный шар.