Становление Киоши (ЛП) - Йи Ф Ц - Страница 48

Так и было. Если она заботилась о роли Аватара, о том, что когда-то будет исполнять обязанности, которые начинал делать Юн, то она должна была бросить Летающую оперу и их долги. Иначе ее запятнает обвинение в связи с преступниками.

Она будет грязной.

История Аватаров была с мятежниками, врагами тиранов, теми, кто в одиночку стоял против армий четырех народов, если нужно. Но, насколько Киоши знала, никто не был преступником. Со временем оказывалось, что ее предшественники были правы, и их показывали как воплощения справедливости.

Юн говорил, что даофэи уважали Аватара. Она посмотрела на банду своих родителей, видела, что их гонор пропал. Их плащ уверенности был разорван. Они были открыты перед живым мостом между людьми и духами.

Она не могла объяснить, что знакомого было в этой ситуации, и почему она ощущала, что должна быть с ними. Летающая опера не были невинными жертвами, как заложники Тагаки, им нужна была сила, чтобы изменить свое будущее. Они должны были справиться без нее, как…

Юн. Они напоминали ей о Юне, когда он нуждался в Киоши рядом с ним на айсберге. Они были ее друзьями, и у них были проблемы.

Киоши не бросала друзей. Она подавила свои сомнения и приняла решение.

— Я никуда не пойду, — сказала она. — Я остаюсь. И если я смогу помочь с Осенним цветением, я помогу. Я еще не выполнила свою часть сделки.

Банда вскинула головы. Ее обещание не должно было ничего для них менять. Она была мертвым грузом с самого начала, полезной только из-за Пеньпени. Но они смотрели на нее с восторгом в глазах, с той же нервозностью, которую Киоши ощущала, когда Кельсанг отыскал ее в первый раз и поднял из грязи. «Вы запачкаете себя мной?».

— Киоши, — сказала Ранги. — Подумай об этом. Аватара не должны увидеть нападающим на официальное лицо Царства Земли.

— Для полиции я еще не Аватар, — сказала Киоши. — Я поклялась перед этой группой. Я не брошу братьев и сестер по клятве.

Они заметили, какие слова она выбрала. Как и Ранги. Маг огня разрывалась между критикой слов Киоши и гордостью, что она упомянула личную честь.

— Ты не готова к настоящему бою, — сказала Ранги. — Ты — самая большая слабость группы сейчас. Ты слишком ценна, чтобы тебя потерять, и ты не можешь защититься.

— Это немного жестоко, — сказал Лек. Из всех — именно он.

— Шпилька права, — сказала Кирима Киоши. — Пока что. Нам нужно присоединиться к силам Мока к следующему полнолунию. Мы сможем обучить тебя. Мы же обещали это?

— Аватар годами овладевает стихиями! — рявкнула Ранги. — И это с лучшими в мире учителями! Вы мне не кажетесь выходцами из семей сильных магов.

Кирима усмехнулась.

— Нет, но я хотела основать такую. Я не упущу шанс войти в историю как наставник Аватара в магии воды.

Киоши почти слышала, как кипит кровь Ранги. Со стороны ее мамы ее семья принадлежала к непрерывной линии учителей магии, которых считали лучшими среди народа Огня. Они учили членов королевской семьи. Этот план требовал от нее принять стыд, который они долго откладывали. Самый важный маг в мире будет кланяться сброду.

Даофэи смотрели на агонию на лице Ранги. Они были изумлены.

— Выше нос, — сказал Лек. — Мы научим Киоши выживать, а не превратим ее в Янгчен. Считай рейд на Тэ экзаменом.

Поклонение, которое Киоши заметила до этого, пропало из их поведения. Киоши полагала, что виновата сама, раз сказала, что она для них как сестра, а не Аватар.

— Кстати о Янгчен, магии воздуха нам не хватает, — добавила Кирима. — Или примете импровизацию, или Киоши останется такой. Слабой. Беззащитной. Беспомощным ребенком в лесу, который не может…

Киоши прицелилась за плечом Киримы и вытащила большой каменный куб из дальней части каньона. Он рухнул на скалу, углы разбились. Кость, брошенная духом размером с город. Булыжник ударился о дно каменоломни, разбился на кучу обломков, которые покачивались, а потом упали на землю.

Несмотря на шум, Кирима не взглянула на оползень. Она бесстрастно смотрела на Киоши.

— Об этом я и говорю, — сказала она. — Тебе нужен не один трюк в рукаве.

* * *

Киоши ощущала, как вечер проносится мимо нее, как ветер сквозь ветки дерева. Банда пока что оставила ее. Они бодро болтали у костра. Аватар решил остаться с ними. Каждый их шаг теперь был с оттенком духовной правильности.

Киоши решила отдохнуть раньше, чем угасло солнце.

Ранги решила побыть одна. После дел в лагере она ушла в другую каменоломню помедитировать. Это было понятным. Они говорили о том, как больно им было смотреть, как они рискуют, но они не обещали прекратить.

Они не могли. Не сейчас.

Киоши смотрела, как угасают звезды из-за туч, которых не было видно во тьме, помощники в черном двигали декорации пьесы. Она ждала, пока другие уснут. Она ждала. Особого часа, который не принадлежал ни этому дню, ни следующему, когда время казалось густым как желе.

Киоши встала и прошла к следующей кубической платформе карьера, а потом к следующей. Без ходьбы по пыли это было медленно. Она забиралась и спускалась с высоты. Она не хотела разбудить других громкой магией земли.

Старик стоял у мраморного шва спиной к ней. Порой она думала, что Лао Гэ был общей галлюцинацией. Или ее воображаемым другом. И другие могли поддерживать ее, кивая и улыбаясь, когда она говорила с пустым пространством.

— Я думал, ты придешь ко мне в Хуцзян, — сказал он. — Полагаю, у тебя были другие приоритеты.

Киоши поклонилась, зная, что он это понимал.

— Простите, сифу, — но в ее мыслях бушевала тревога. Если у него была проблема с Ранги…

Лао Гэ повернулся. В его глазах была улыбка.

— Не отказывайся от любви, — сказал он. — Убийство — не священное искусство, требующее воздержания. Это второй урок.

Она сглотнула ком в горле. Она была пылкой в первую ночь, когда встретилась с ним в тайне. Но она привыкла к фальстартам, и тупик их прогресса ощущался странно. Она ощущала все больше сомнений.

— Второй урок может напугать тебя, — сказал Лао Гэ. — Ты можешь забрать жизнь до восхода солнца, позавтракать и продолжить свои дела днем. Сколько человек, которых ты пройдешь на улице, способны на такое? Больше, чем ты думаешь.

Цзянжу был таким. Он оттащил ее в безопасность, бросил Юна тому жуткому духу. В тот миг он посчитал, что его ценный ученик был бесполезным, словно отметил Х ящик груза, испорченного морской водой. Потеря, не стоящая усилий на восстановление.

А потом было то, что он сделал с Кельсангом.

— Считаешь себя другой? — сказал Лао Гэ, заметив, что она замерла.

Она еще ощущала на себе ладони Цзянжу.

— Я не узнаю, пока не попробую, — сказала она.

Старик рассмеялся, один смешок пронзил ночь.

— Думаю, ты скоро получишь шанс. В пылу боя ты сможешь оправдать этот поступок. Выпусти стрелу, ударь мечом. Ты и твоя жертва — лишь двое из многих, кто защищает себя. Так ты хочешь разобраться с тем человеком? Прикрываясь хаосом? Хочешь закрыть глаза, бросить в него как можно больше смерти, надеясь, что его не будет, когда ты их откроешь?

— Нет, — сказала она. Вспомнив, чего она лишилась, и что она не могла вернуться из-за Цзянжу, она ощутила новую уверенность. — Я хочу смотреть ему в глаза, разбираясь с ним.

Лао Гэ вел себя так, словно она остроумно пошутила, поджал губы, чтобы не улыбаться.

— Ладно! — сказал он. — Тогда мы с тобой во время рейда отделимся от остальных. Мы отправимся глубже в замок. И убьем губернатора Тэ.

— Что? — уверенность насчет Цзянжу заставила ее пошатнуться от упоминания другой жертвы. Она словно была бойцом лей-тай, пыталась изо всех сил ударить Ранги, но та обратила атаку против нее. — Зачем это?

— Для тренировки, — сказал Лао Гэ. — Для меня — потому что он — мой человек. Слушай, губернатор Тэ ужасно неумелый и испорченный. Его люди голодают, он не отдает налоги Королю Земли, чтобы обогатить свои карманы, и, если ты не заметила, с даофэями он плохо справляется.

— Это не поводы убивать его!