Кровавое проклятие (ЛП) - Мари Аннетт - Страница 39

Мадригал на поляне достал еще одну стрелу.

Она сжала рубин пальцами. Чары иллюзии. Но какой? Она не знала, но если Лир носил камешек на главной цепочке чар, это было что-то для сложной ситуации.

С яростными воплями оставшиеся солдаты подняли мечи и бросились на двух инкубов. Клио оторвала рубин, активировала чары и бросила их на поляну.

Вспыхнул свет, Мадригал вздрогнул, Лицеус отвлекся. Паутина магии покрыла землю под ногами всех деймонов, озарив их золотым светом.

Еще вспышка, и вдруг на поляне стало сорок деймонов вместо десяти.

Иллюзия создавала двойников. Нимфы и химеры отпрянули от своих копий, и те повторяли их движения. Смесь деймонов и иллюзий поражала.

Сжав лук Лира, Клио бросилась в хаос.

Все было золотым, копии и оригиналы были похожими. Но не для нее и четырех других нимф. Они почти не мешкали, повернулись к Лицеусу и Мадригалу. Их копии повторяли атаку.

Клио прошла за отвлеченных инкубов, чары уже были в ее ладони, но не для атаки. Она опустилась на колени рядом с Лиром и разрезала его рубашку, чтобы убрать ладонь Лицеуса. Лир выпал из хватки отца, ударился о землю, охнув.

Лицеус обернулся, янтарные глаза потемнели. Клио пригнулась за ним, взмахнула луком Лира изо всех сил, ударила по лодыжкам Лицеуса, самому слабому месту щита.

Лицеус отшатнулся и упал на Мадригала.

Клио сжала здоровую руку Лира, чтобы поднять его, но он уже вставал на ноги. Сжав друг друга, она побежали к лей-линии. Клио вела, прорезала иллюзии, они огибали настоящих деймонов. Лей-линия была в паре ярдов впереди.

Агония взорвалась в ее плече. Она рухнула на землю раньше, чем поняла, что по ней попали. Лир схватил стрелу и вырвал ее. Он отбросил стрелу подальше, чары активировались, вихрь золотой магии обвил безвредно землю, а не ее плоть.

Терпя боль, Клио оглянулась. Мадригал выстрелил в еще одного нимфа, чтобы расчистить путь. Лицеус пошел к ней и Лиру, поднимая руку, растопырив пальцы для магии.

Лир потянулся за плечо, выхватил стрелу с черными перьями из колчана, сжал окровавленной ладонью наконечник стрелы. Красный свет засиял между ее пальцев. Скаля зубы, он выстрелил.

Стрела вонзилась в землю между ними и Лицеусом. Инкуб замер, глядя на стрелу.

Зловещее красное сияние мигнуло раз.

Лир обвил Клио руками.

Мигнуло еще раз.

Он вскочил на ноги, потянул ее за собой.

Оно мигнуло в третий раз.

Лир бросился к лей-линии, и в миг перед их падением в Пустоту стрела взорвалась, визг взрыва сделал весь мир алым.

Глава двадцать вторая

Притянув ноги к груди, Клио уткнулась лицом в колени. Она хотела плакать, но не было сил. Она должна была следить, но ей было все равно. У нее ничего не осталось.

Прислоняясь к грязной кирпичной стене рядом с ней, Лир был почти в той же позиции — колени возле груди, руки скрещены сверху, голова лежала на руках. Он почти спал. Она говорила ему, что проследит. Если бы он знал, что она слишком устала, он бы попытался не спать.

Ему нужно было отдохнуть, как ей. В каком бы состоянии она ни была, это было ничего по сравнению с болезненной пустотой в его глазах. Из него словно вырвали душу.

Она смутно помнила их отчаянный прыжок в лей-линию, утомительный поход по городу. Они не задерживались. Даже не исцелили раны. С сигнальными ловушками Лицеуса и Мадригала возле лей-линии Бринфорда им приходилось бежать и надеяться, что инкубы были пока что заняты солдатами Бастиана.

Они с Лиром были в опасности. Были обычные и волшебные способы отследить движения деймона, и Клио не знала, что может применить Лицеус. Они не должны были останавливаться вовсе, но заблудились в незнакомом районе. Сил не хватало, и они скрылись на заброшенной фабрике.

Клио заставила голову подняться, подперла подбородок руками и прищурилась, включая аспер. Ни искры магии. Она расслабила зрение, берегла остатки сил.

Может, им стоило вернуться в Надземный мир. Она не знала, почему Лир прыгнул к другой лей-линии Бринфорда. Может, у него не было времени подумать, или он все еще считал Надземный мир слишком опасный.

Или он знал, что делал. Возвращение в Алдендахар означало бурю, и кто знал, какой была ситуация в городе. Безопаснее было вернуться в Ириду, но это было слишком.

Она поежилась, подавила всхлип в горле. Ей нужно было держаться. Стиснув зубы, она смотрела на тусклый интерьер фабрики, полной ржавой техники, конвейеров. Клио отвлекала себя вопросами о том, что тут делали, и почему фабрику забросили. Пятна солнца медленно тянулись по полу, минуты становились часами, ее веки отяжелели…

Она вздрогнула, тихо охнув. Фабрика была темной, техника стала лишь тенями. Куда делось солнце? Она уснула?

Едва дыша, она активировала аспер и огляделась. Она видела только сияющую ауру Лира. Он поднял голову, разглядывая здание, как она. Ее кожу покалывало, холодок пробежал по ее коже.

Тихий шорох, и большие золотые глаза появились над конвейером. С тихой трелью дракончик прыгнул на конвейер, темное тело было почти невидимым.

Вспыхнул свет — точка над рукой в перчатке.

Лицо, скрытое повязкой, много оружия. Эш стоял рядом со своим дракончиком. Клио резко выдохнула и склонилась, уткнулась подбородком в колени. Даже небольшая доза адреналина вызвала слабость.

Дракониан обошел конвейер и присел перед ней и Лиром. Он осмотрел ее с головы до пят, потом оценил так Лира. Когда они расстались, Бастиан убежал с КЛОК, а два инкуба напали на посольство Ра. Она сжалась, ожидая от него злые вопросы.

Эш убрал повязку с лица, она повисла на его шее.

— Насколько все плохо?

Вопрос был тихим, без гнева. Не сочувствующим, но в темных глазах было понимание — эмпатия того, кто был на дне и знал, как это ощущается.

— Плохо, — прошептал Лир так хрипло, что голос был почти неузнаваемым.

— Бастиан? — спросил Эш, когда они замолчали надолго.

Клио сглотнула с болью.

— Он мертв.

— А КЛОК?

Долгая пауза.

— У Лицеуса, — Лир закрыл глаза, пустой вид усилился. — Он может понять, как использовать чары. Я… не помню, что рассказал ему.

Сердце Клио сжалось, она хотела обнять его, чтобы в его янтарные глаза вернулась жизнь.

Эш посмотрел на них по очереди.

— Что еще?

Она заставляла себя говорить, словно только от слов это станет настоящим.

— Бастиан напал на Алдендахар, территорию Ра. Он… король Ириды был там, и…

— Король Ириды тоже мертв, — закончил за нее Лир.

Эш поглотил информацию в тишине. Наверное, это не было важно для него. Он хотел лишь скрыть теневые чары от Аида.

— Что ж, — сказал дракониан. — Второй худший деймон получил КЛОК. Но он не у Самаэла, это важно.

Лир невесело фыркнул.

— Если это для тебя хорошая новость, попытка слабая.

— Судя по всему, Лицеус скрывал информацию о твоих чарах. Он вряд ли изменит тактику, — Эш поднялся на ноги. — Наша мишень изменилась, но цель прежняя. Лицеуса найти проще.

— Шутишь, — возразил Лир. — Забрать КЛОК у Лицеуса? Ты не понимаешь, как это.

— Или так, или ждать, пока Самаэл узнает о них, — Эш протянул руку Лиру. — Возьми себя в руки, инкуб.

Лир стиснул зубы. Он сжал ладонь Эша, дракониан поднял его, а потом придержал его, когда инкуб пошатнулся. Их взгляды пересеклись, глаза Эша пылали, и Клио хорошо это помнила — вызов сдаться.

— Может, он победил, — сказал Эш, — но ты не проиграл. Пока еще борешься.

Клио отвела взгляд, делая вид, что не слышала тихих и яростных слов, что предназначались не для нее. После долгой паузы Лир шагнул к ней. Она подняла голову, увидела его протянутую руку, другую ладонь он прижимал к ребрам. Засохшая кровь пропитала его одежду, покрывала кожу, но она убрала стрелу из его предплечья и исцелила рану, когда они прибыли на фабрику. Он тоже постарался подлатать ее рану.

— Идем, Клио, — шепнул он.