Плохие девочки не плачут. Книга 3 (СИ) - Ангелос Валерия - Страница 304

Выбирай. Поворачивай. Плутай. Путай следы. Тропа за тропой. Дальше и дальше, в дремучую чащу. Двигайся. Играй. Сражайся.

Каждый путь.

Каждый шаг.

Вдох.

Выдох.

Кто-то спустит курок.

И всё.

Всё абсолютно.

Сойдется в единственной точке.

***

Возвращаюсь домой под вечер. Уставшая, вымокшая под проливным ливнем, погрязшая в противоречивых чувствах. Снега больше нет, на горизонте маячит череда дождей.

Вставляю ключ в замок, поворачиваю и понимаю: дверь не заперта. Осознание сдавливает горло как железный ошейник.

Лучшая идея — бежать. Без оглядки. Не важно зачем. Не важно куда. Бежать как можно скорее. Подальше отсюда. Немедленно.

Я прохожу в коридор. Ставлю пакеты с продуктами на пол. Стягиваю насквозь мокрую куртку. Поборов дрожь, двигаюсь вперед. Замираю у порога гостиной.

Свет горит. Телевизор работает. На экране диктор с лучезарной улыбкой сообщает свежие новости.

Никого постороннего. Ни души.

Закусываю губу, нервно усмехаюсь. Сама забыла все выключить, еще и дверь не закрыла. Похоже, память играет злую шутку.

— Я очень по тебе скучал, — хриплый мужской голос враз проникает под кожу.

Куртка выпадает из моих лихорадочно подрагивающих пальцев.

— Ложь, — шепчу чуть слышно.

— Правда, — хмыкает.

Отшатываюсь в противоположную сторону, вжимаюсь в стену. Встречаю пристальный взгляд холодных голубых глаз. Ощущение точно рентгеновский луч прошивает тело. От этого человека ничего нельзя скрыть. Он каждого видит насквозь.

Наверное, таким и должен быть настоящий палач.

— Ты набрала вес, — ровным тоном замечает Вальтер Валленберг.

Рефлекторно складываю руки на груди, как будто пытаюсь защититься, закрыться, возвести между нами четкую границу.

— Да, и что с того? — хмурюсь. — Вам какое дело?

— Лишние килограммы очень вредят здоровью, — произносит невозмутимо. — Я проявляю заботу.

— Спасибо, — не в силах удержаться от гневной гримасы. — Без вас обойдусь.

— Тебе нужно переодеться, — вкрадчиво выдает он.

— Вы о чем?

— Выбери удобную одежду, — продолжает абсолютно спокойно. — Путь предстоит долгий, не поедешь же ты в мокром.

— Я вообще не поеду, — заявляю твердо. — Никуда.

— Вот как, — тонкие губы растягиваются в широкой улыбке, обнажая идеально ровные зубы хищника. — Так ты готова к встрече с Алексом?

Ха. Нашли чем напугать. Регулярно встречаемся. В сновидениях. Развратных. Горячих. Вернее, встречались. Теперь уже нет. А жаль.

Пора исправить расклад. Вернемся обратно. В реальность.

— Я нашел тебя, — говорит барон. — Значит, и он найдет.

— Где я совершила ошибку? — сглатываю. — Когда просчиталась?

Валленберг кладет папку на стол.

— Здесь новые документы. Паспорт, страховка. Даже диплом. Только не советую опять подаваться на учебу в Норвегии. Такси ждет внизу.

— Вы приехали, чтобы лично это вручить? — усмехаюсь.

— А ты бы поверила незнакомцу? — парирует он.

— Вам я точно не верю, — качаю головой.

— Справедливо, — кивает.

— Но не похоже, будто у меня есть выбор, — заключаю с горечью.

— Маргарита Орлова — красивое имя, — пожимает плечами. — Можешь остаться здесь. А можешь принять разумное и выгодное предложение.

— Убегать вечно? — смотрю на него в упор.

— Дать время, — роняет обманчиво мягко.

— Кому? — глаза обжигает боль, однако я не смежаю веки, не разрываю зрительный контакт, глотаю слезы, глотаю ком в горле. — Зачем?

Барон приближается вплотную. Его ладонь опускается на мое плечо. Чуть сжимает, словно желает приободрить.

— Пусть раны затянутся, — произносит тихо.

— Неужели не понимаете? — спрашиваю сдавленно. — Серьезно — не понимаете?! Эти раны не затянутся никогда.

— Тогда чего ты ждешь? — обдает арктическим льдом. — Беги, девочка, беги.

Отпускает. Отстраняется. Отходит в сторону. Окунается в полумрак, царящий в коридоре. Оставляет в объятьях одурманивающего ужаса.

— Кстати, доктор Шпайдель не успел поведать обо всех деталях, — бросает мрачно.

— Что? — запинаюсь. — Откуда…

— Мой внук слишком добр, — звучит нарочито елейно. — Его бывшая супруга отделалась легким испугом.

— Сломанная челюсть, — из горла вырывается истерический смешок. — Ожоги. Не очень-то вписывается в вашу версию той истории.

— Ей повезло, — выдает холодно. — Алекс разобрался с ней уже после выкидыша.

— Вы… вы, — осекаюсь. — Вы как будто сожалеете?

— От меня она бы живой не вышла.

Замерзаю изнутри.

А я?

Я бы вышла?

Дверь захлопывается.

Стягиваю мокрую одежду, бросаюсь к шкафу, действую лихорадочно. Дикая дрожь сотрясает тело. Нужно убираться подальше. Удирать. Немедленно. Сию минуту.

***

Две жизни.

Чужие.

Две чаши весов.

Это вечность.

Я держу папку с новой судьбой в заледеневших руках. Все старые документы собраны в потрепанный пакет, покоятся рядом со мной на заднем сиденье такси. Верное решение на поверхности. Не о чем переживать. Не в чем сомневаться.

Рассеянно слежу за дорогой. Ночные огни ослепляют. Крупные капли дождя хлещут по стеклам.

Я хочу исчезнуть. Раствориться. Сгинуть во тьме.

Моя мечта сбылась.

Нечего желать.

Жалеть.

Моя сказка. Красивая. Дикая. Злая. Тонет в крови, бьется в предсмертных судорогах, вопит в агонии.

Нить оборвалась.

Я хочу сгореть.

Вмиг.

Дотла.

Не сегодня.

Я перебираю документы, складываю в сумку, проверяю, на месте ли находится все самое важное и необходимое.

Вальтер Валленберг не дал никакого совета относительно направления. Предоставил право самой решать, куда двинусь дальше. Настоящее искушение.

Автомобиль тормозит у нужного терминала. Расплачиваюсь с водителем, перебрасываю сумку через плечо, поспешно покидаю уютный салон такси.

Зонт остался в квартире. Как и множество вещей. Путешествую налегке. Ручная кладь, причем весьма скромного размера. Так гораздо проще.

Выбрасываю пакет с ненужными документами в первый попавшийся мусорный бак. Не оборачиваюсь назад. Выдыхаю.

Отлично. Поехали дальше.

Шаг. Еще шаг. Вхожу в здание аэропорта, изучаю доступные направления, определяю наугад. Закрываю глаза, загадываю номер. Пальцем в небо.

Супер. Австрия. Вена. Там я еще не была. А посмотреть надо многое. И попробовать. Особенный кофе. Меланж. Волшебные десерты. Шницель. Штрудель. Тортики.

Что мы говорим здоровому образу жизни? Ничего. Шлём к черту.

Заслуженная компенсация морального ущерба.

Я должна отдохнуть. Похудеть всегда успею.

Покупаю билет на самый ближайший рейс. Улыбаюсь, чувствую воодушевление. Все будет хорошо. Теперь уже точно. Иначе никак.

Отправляюсь проходить регистрацию. Отсутствие багажа заметно облегчает процесс. Прикладываю электронный билет к устройству для считывания кода. Красный крест сменяется знаком зеленого цвета. Продвигаюсь вперед.

Говорят, дело не в дороге, которую мы выбираем. Говорят, то, что внутри нас, заставляет выбирать дорогу. Говорят. Разное. Где правда?

Я кладу свою сумку в пластиковый контейнер, мягко подталкиваю вперед, помогая проехать по стальным роликам. Пока мои вещи сканируют, проверяя соответствие требованиям безопасности, сама прохожу через специальную раму.

Странно. Валленберг вдруг рассказал об истории с выкидышем. Разве важно, когда именно его внук избивал и пытал бывшую супругу? До. После. Разве это вообще нормально? Ничего не меняется.

— Маргарита.

Кто-то касается моего плеча.

Вздрагиваю.

— Вы понимаете по-русски? — спрашивает женщина в форме сотрудника таможенного контроля.

Тупо киваю.

Никак не могу привыкнуть к этому имени.

— Вам придется пройти со мной, — продолжает она.

— Что? — не понимаю. — Что-то не так?

— Пойдемте, — мягко и в то же время жестко берет меня под руку. — Мы обсудим все в кабинете.