Давай никому не скажем (СИ) - Лель Агата - Страница 61

— Чего ты хочешь, Ян? — тихо спросила я, борясь с неконтролируемым желанием встать на цыпочки, и поцеловать эту венку.

— А чего хотите вы? Бьюсь об заклад, что чего угодно, но точно не уйти сейчас отсюда.

Его взгляд потемнел, а губы пылали, словно после поцелуя.

Мысли разбежались словно рассыпанные по полу бусы, я смотрела только на его губы, а потом меня будто наотмашь ударили. Его губы пылают, потому что он целовал другую!

Наваждение спало.

— Иди, заставлять ждать даму некрасиво, — коснулась его груди, и попыталась освободить себе путь.

Он опустил взгляд на мои руки и изменился в лице. Схватил рукав рубашки и резко поднял вверх.

— Что это?

На моих запястьях красовались багряные синяки. След вчерашней хватки Толика.

— Кто это сделал? Он? Твой мужик? — его глаза потемнели, голос звучал требовательно и жёстко.

— Не твоё дело!

— Кто. Это. Сделал! — повторил, чеканя каждое слово.

— Сосед… — тихо произнесла я и опустила голову.

— Жди здесь, — отрезал Ян и вышел из комнаты. Я даже не успела ничего возразить.

Замялась, не зная, как поступить — остаться или всё-таки уйти. Потопталась у порога и слегка приоткрыла дверь.

— Всё, иди, — услышала его твёрдый голос за стеной.

— Но зачем? Почему? — капризно запричитала Минаева. — Зачем ты вообще меня сюда позвал? Зачем сказал лечь? Я думала, мы займёмся чем-то интересным, а не будем как два идиота молча лежать на пионерском расстоянии! Для чего был нужен был этот концерт?

— Иди, я сказал! — уже жёсче повторил он, и я услышала, как Полина вышла в коридор. Боясь быть замеченной, быстро закрыла дверь.

— Идиот! Псих! Придурок! — стуча каблуками по лестнице, прокричала она.

Ян открыл дверь и, молча взяв меня за руку, завёл в свою комнату. Усадив в кресло, сел напротив на застеленную кровать.

— Рассказывай, как это произошло.

***

— Господи, пожалуйста, Ян, пойдём отсюда! — не смотря на то, что его крепкая рука сжимала мою ладонь, я дрожала как осиновый лист.

Мы стояли возле высокого монолитного забора, и свободной рукой Ян давил на звонок.

Я понятия не имела чей это дом, куда мы пришли, для чего.

Внутри, звякая цепью, надрывались собака и, судя по грозному лаю — не маленькая.

После того, как я всё ему рассказала, Ян вышел кому-то позвонить, а когда вернулся, накинул ветровку и сказал, что мы уезжаем. Куда и зачем он не ответил, только повторял, что бояться нечего и всё будет хорошо. Даже пытался шутить по дороге, но по сосредоточенному взгляду и ходящим желвакам я понимала, что он задумал что-то нехорошее.

Когда мы подъехали к моей остановке, я решила, что сейчас мы пойдем в барак и он накинется на Толика с кулаками, но когда мы уверенно прошли мимо дома и направились в сторону частного сектора, я вообще перестала что-либо понимать.

За забором раздался скрежет затвора, и дверь открыл невысокий парнишка неопределенного возраста. Окинув меня быстрым, но цепким взглядом, протянул руку Яну.

— Это Бес, мой друг, — коротко пояснил Ян, и мы втроём молча вошли в дом. Минуя летнюю кухню, завернули в пропахшую табаком комнату. — Проходите, не разувайтесь. Присядьте пока сюда, — он скинул с продавленной тахты какие-то тряпки. — Можете пока почитать… ну-у… — окинул взглядом практически голое, не считая стола, дивана и пары кресел, помещение. — Блин, Бес, у тебя тут даже газет нет! Ты хоть как-то развлекаешься вообще?

— Некогда мне развлекаться, — ровно проговорил тот, застыв в дверном проёме.

Скрестив руки на груди, Бес прислонился к косяку и смотрел настолько обыденно, как будто к нему каждый день водят незнакомых людей.

— В общем, вы пока тут посидите, я скоро, мне с Бесом кое-что перетереть нужно, — Ян сел на корточки напротив и сжал мои руки в своих ладонях. — Нас не будет… ну… примерно…

— Час, — скучающим тоном подсказал Бес.

— Ну вот, всего лишь час, фигня какая. Вы вон тетрадки свои пока проверьте, что ли, — кивнул на мою пухлую сумку.

— Ян, мне страшно! Пообещай, что не сделаешь глупостей! — вцепившись его руки, с тревогой заглянула в глаза.

— Пардоньте, но этого я вам пообещать не могу, — он улыбнулся, и убрал с моего лица выпавшую прядь. — Да не волнуйтесь вы так, Яна Альбертовна, я ж не один. Со мной, вон, мой бесстрашный товарищ Бес.

— А имя-то у него хоть есть? — стрельнула взглядом на изучающего потолок хозяина дома.

— Есть, наверное, — обернулся. — Бес, как тебя звать-то?

— Витя, — так же безэмоционально ответил тот.

— Ну вот. Со мной Витёк, я в надёжных руках, — Ян снова улыбнулся и, чуть привстав, поцеловал. Так нежно, будто трогал губами воздушное безе, но в то же время настолько страстно, что у меня, не смотря на волнительную ситуацию, сразу же снесло крышу.

Когда мы наконец отлипли друг от друга, я увидела, что Виктора уже нет. Какие тактичные у Яна друзья.

— Всё, я скоро, — Ян подмигнул и рывком застегнул ветровку до самого горла. — Туда и обратно, одна нога здесь, а вторая в овраге.

— Ян!

— Простите, чёрный юмор. Всё, я скоро, — быстро клюнув в щёку, Ян, пригнув голову, вышел из комнаты.

Вскочив с кресла, подбежала к окну: Ян с Виктором молча вышли из дома и скрылись за железным забором.

Странная у них дружба, и Бес этот странный. В Яне два метра дури, а в этом… ну с меня росточком от силы, тоже мне — бесстрашный товарищ.

Вернувшись обратно в кресло, нетерпеливо забарабанила пальцами по подлокотнику. Какие уж тут тетрадки, думать ни о чем не могла, кроме как о том, что же задумал этот абсолютно чокнутый мальчишка.

Часть 44. Ян

Ян

Только лишь выйдя за пределы калитки, Бес, перебирая ногами, монотонно, будто пересказывая скучную лекцию, заговорил:

— Короче, я пробил — Зуев Анатолий, шестьдесят третьего года рождения. Был осуждён, дважды, и оба раза по 117 статье, — заметив мой вопросительный взгляд, добавил: — Изнасилование без отягчающих. Первый раз по малолетке на летней дискотеке бабу какую-то в кустах зажал, а второй, лет семь назад, сожительницу свою. Но там знаешь, вилами на воде, там такая баба была, как я понял — не бей лежачего. Короче, она психанула и заявление на него накатала, после чего нашего друга опять закрыли. Вышел три года назад по УДО, сошёлся с женщиной, заделал ребёнка.

— Дина и Павлик? — напряг память, вспоминая имена.

— Ну. Они. В общем, ведёт затворнический образ жизни, нигде не работает, ни с кем из прошлого не контактирует. Поговаривают, что сидел с опущенными, но это не проверенная информация. В общем, всё, — закончил рапорт Бес, и едва не зевнул.

— Ты прям как бабка у подъезда — всё знаешь, — усмехнулся.

— Жизнь заставила, — Бес впервые за всё время слегка улыбнулся. — А она кто? Девчонка твоя?

— Угу.

— А чего на «вы» с ней?

— Уважаю сильно.

— Высокие отношения, — Бес качнул головой и дальше мы шли молча, думая каждый о своём.

Что мне нравилось в Бесе, это то, что он никогда не лез под кожу и не задавал лишних вопросов. Даже сейчас не спросил, с чего вдруг я решил разыскать этого Зуева. Надо, значит надо.

У Беса ниточки в криминальной сфере из всех концов страны тянутся, хотя сам он никогда не сидел. Пацаны шептались, что отец его отбывает пожизненное в "Чёрном дельфине"*, но опять-таки, говорить можно много, давно не верю в «сороку на хвосте».

Бес без разговоров пошел со мной «на дело», считая, что впрячься с товарищем — это только плюс в карму. Даже не зная, что именно это за дело. Просто поверив на слово.

Когда подошли к общажке, на улице уже порядком стемнело. В окнах горел свет, из открытых форточек доносился щебет телевизора, разговоры, плачь детей и лязгание столовых приборов о тарелки.

Тормознув напротив её блока, скрылись под ветками старого трухлявого дерева.

На первом этаже у раскрытого окна сидела одинокая фигура. Человек курил, не спеша поднося сигарету ко рту.