Любовь заказывали? (СИ) - Кристенсен Кристина - Страница 20

— Хорошо, — холодно бросил он.

Его поведение стало более нервным и сдержанным.

— Пойдем, я покажу тебе наш дом, — говорит маленькая Люси и хватает своей маленькой ручкой меня за запястье. — У нас очень много интересного!

Её задорный смех, как блаженство для меня.

Я не сопротивляюсь и даю ей увести меня. Оглянувшись, вижу как Дин нервно копается в своем телефоне, не обратив на нас никакого внимания.

Его обаяние куда-то испарилось, и, нахмурив свои угольные брови, он напряженно сжал уголки ровных губ.

Глава 20

— Какой у вас большой дом, — удивленно произнесла я, когда мы вошли внутрь.

Огромный зал был выполнен в стиле модерн: большая хрустальная люстра переливалась золотистыми оттенками, освещая помещение ярким изумрудным светом; витая белая лестница вела на второй этаж, её резные колонны притягивали своей необычной красотой. В зале был постелен огромный бордовый ковер с махровыми ворсинками. Невероятно красивые узоры обрамляли его пушистые края.

— Здесь скучно, пойдем лучше в мою комнату, — радостно залепетала маленькая белокурая девочка.

Я взглянула на её радостное детское лицо и расплылась в милой улыбке. Её теплая маленькая ручка обвила мою ладонь. Девочка была очень доброжелательна и открыта. И я уже знала откуда у неё такой мягкий характер. Сапфировые глазки, как камушки, блестели детской радостью и теплотой. Я с интересом рассматривала её светлое лицо. Её носик смешно морщился, когда она улыбалась, обнажая свои зубки.

Мы поднялись по лестнице вверх на второй этаж, где расположился огромный балкон с зелеными растениями. Низкая и худая девушка опрыскивала зеленые листья, оглядев меня исподлобья. Сколько же тут прислуги? Я ошеломленно разглядывала непривычную для меня среду. Все вокруг было для меня чуждо и удивительно. Мраморная статуя маленького ангела с крыльями стояла у огромной бежевой стены. Через широкие рамы окон пробивались светлые весенние лучи. Они падали золотыми полосами на гладкий пол, словно хотели согреть его холодную поверхность.

— Хочешь я покажу тебе своего попугая? — Люси резво запрыгала, потянув меня за собой в одну из комнат.

— Я всегда хотела попугая, — улыбнувшись, последовала за ней.

Её комната была по истине девичей: розовые обои с забавными слониками, большая розовая кровать с разноцветными подушками и шелковым навесом. А главное очень много вещей, разбросанных по полу. Я ухмыльнулась, переступая через разные мягкие игрушки.

— Он умеет разговаривать, — она протянула мне клетку с чудной птицей внутри.

— Ого! Очень здорово, — я посмотрела на зеленого попугая с белым хохолком на голове.

Он смешно закачал головой, щелкая своим золотистым клювом.

— Лю-си, Лю-си, — умная птица прощелкала слова, моргая карими глазами.

Я слегка засмеялась, с интересом слушая его забавное кряхтение.

— Он пока может выговорить только мое имя, но я с ним занимаюсь, — белокурая девочка, не отрываясь, осматривала меня.

Розовые щечки дергались, когда она улыбалась и разговаривала. Мне было забавно за ней наблюдать.

— А где мы будем заниматься?

Люси отвела меня в другую комнату, где находился мраморный камин и большое резное пианино. Сколько же в доме комнат? Эта комната была оформлена в более строгом стиле. На стене висели разные фотографии и огромные картины. В углу стояла деревянная гитара, которую я уже видела на фотографиях в квартире.

Люси бойко уселась за инструмент и открыла его. Деревянное пианино было немного постаревшим, что придавало ему больше уникальности. Белокурая положила свои пальчики на белые клавиши и улыбнулась.

— Я немного знаю ноты, — робко говорит она.

— Попробуй сыграть мне ноты "до", "фа", "соль", — кладу рюкзак на пол, доставая нотные тетради, сажусь рядом с ней.

Она не смело, но верно нажимает на белые клавиши. Тонкий звук ноты "соль" приятно волнуется в ушах.

— Очень хорошо, теперь попробуй сыграть ноты "ре", "ми", "л… — я не договариваю, как нашу игру перебивает чей-то голос.

Я резко оглядываюсь, уставившись на темноволосого парня в дверях. Боже, это вновь гневный парень, брат Дина. Он стоит в синей футболке и джинсах, засунув одну руку в карман. Его лицо уже не кажется таким злым, оно более раскрепощенное и открытое.

— Ты? — с какой-то усмешкой спрашивает он, буря во мне дыру своими темными глазами.

— Что? — неуверенно бормочу.

— Метт! — белокурая недовольно вскакивает и кричит на парня. — Уходи отсюда мы учим с Джорджи ноты. Иди, иди!

Она размахивает ручками и слегка толкает его в бок. Видно, что с ним у неё не такие родственные теплые отношения, как с Дином.

— С Джорджи? Ммм… — парень широко улыбается, не отводя от меня своего пристального взгляда.

Смутившись, я быстро отворачиваюсь, делая вид, что читаю ноты в тетради. Маленькая Люси продолжает выталкивать его, негодуя и капризничая.

— Да, все, мелкая, я ухожу, ухожу! — поднимает он свои руки, будто сдается врагу.

Улыбнувшись, его хитрое лицо еще раз поворачивается в мою сторону, оценивая меня, словно манекен в витрине какого-то дорого бутика. Это заставляет меня оцепенеть на несколько секунд, изображая немую статую. Но парень дергает девочку за белокурую косичку и уходит, оглядываясь назад. Наша первая встреча уже сложила у меня мнение об этом типе, и оно было не особо лестным.

Наконец мы с Люси спокойно смогли приступить к дальнейшему разучиванию нот. Она была очень сообразительным ребенком и буквально схватывала все на лету. Мне никогда не удавалось так легко работать с детьми. Время от времени я посматривала на дверь, ждала увидеть только одного человека, но его, как ни странно, не было. Но я продолжала оглядываться. И что же мне так хотелось вновь увидеть его? Вновь послушать пленяющий темб его голоса? Но никого не обнаруживая у входа, вновь возвращалась к игре на пианино. На душе становилось тоскливо и не уютно. Мне будто чего-то не хватало. И это что-то было его присутствием рядом.

— Что ж, Люси, я очень довольна тобой, ты большая молодец! Освоила за несколько часов программу, которая изучается по три дня не меньше.

— Мне просто очень нравиться заниматься музыкой, — она утомленно вздохнула, улыбнувшись мне в ответ.

Я пристально смотрела на неё и видела в этом маленьком чуде себя. В ней были какие-то похожие черты, которые связывали меня. Я сразу же вспомнила свое детство, как такой же маленькой девочкой мечтала о большом светлом будущем. Я мечтала стать известным музыкантом, сочиняя свои композиции. Я мечтала вселять в сердца людей любовь, надежду, веру. Но мои детские мечты были разрушены руками моих родителей, превратив мою жизнь в череду постоянных падений и разочарований. Чем больше я смотрела на, сидящую рядом, светлую девочку, тем больше завидовала её возможностям раскрыться как настоящий музыкант. Ей никто не препятствовал, никто не стоял на её большом пути, а наоборот, она была окружена заботой и поддержкой близких, которые так важны для любого ребенка.

— Ну, как у вас обстоят дела? — слышу я долгожданный сладкий голос, который заставляет меня слегка вздрогнуть и немедленно обернуться, чтобы вновь насладиться его видом.

В дверях стоит он, обаятельный и красивый. Его улыбка отзывается приятным покалыванием в районе живота.

— Дин, а я уже знаю несколько мелодий! — восклицает белокурая и обнимает черноволосого парня за шею.

— Ого, какая ты умница! — делает он удивленный вид, изогнув красивые брови.

— Джорджи научила меня, как рисовать скрипичный ключ, представляешь?

Я расплываюсь в глупой улыбке, собирая свои тетради в рюкзак.

— Она сегодня постаралась. Честно, я удивлена насколько быстро она схватывает все мелодии и ритм.

Парень целует сестру в щеку и что-то шепчет ей на ухо. Девочка сразу же кивает головой и радостно выбегает из комнаты, оставляя нас наедине. Легкое смущение тут же подступает теплым румянцем к моим щекам.