Сохрани эти чувства (СИ) - Шашлов Никита - Страница 60

Юноша сел рядом с диваном, напротив Марии, и начал гладить её сухие после дождя волосы. В нём смешались чувства счастья и вины.

— Прости за то, что с тобой такое приключилось… Я должен был тебе сообщить, но совсем вылетело из головы. Из-за меня ты…

— Дурак, — словно обиженно произнесла она в ответ и положила руку на его. — Кто перед кем ещё должен извиняться? Знала бы я, что у тебя случилось…

На глазах Марии наворачивались слёзы, чем она удивила уже парня. Робким движением Мария убрала руку Зоренфелла и потянулась к нему в объятия. Они молча обнимались с минуту, пока девчонка более-менее не успокоилась.

— Всё-таки я дурочка, что заставила тебя волноваться…

— Я не лучше, Мария. Знал же ведь, что ты будешь за меня беспокоиться, но не удосужился даже написать, это моя вина.

— Не извиняйся, — фыркнула она.

— Как скажешь…

— Я рассказала о том, что произошло, — вставила слово Селлина.

— Я так и понял, — кивнул Зоренфелл. — Ну что, тебе стало легче? — обратился он к Марии.

— Угу, — всхлипнула она.

— Таблеточки пила?

— Пила.

— Молодец, отдыхай, — встал он, — я покушать чего-нибудь сварганю.

— Спасибо.

Как только Зоренфелл переместился на кухню, Селлина одарила Марию озадаченным взглядом. Она наблюдала за всей развернувшейся картиной, понимала, отчего парень себя корил, так как она была с ним всё это время, но не могла уловить логику Марии: то она называет его дураком за то, что он извиняется, то потом себя дурочкой обзывает. Помимо этого, Селлина заметила, что тон голоса Марии в разговоре с Зоренфеллом стал куда мягче и теплее, как ей показалось, также изменился её взгляд.

— Все-таки тебе нравится брат.

— Он много кому нравится, на самом деле, — не стала отрицать Мария. — Зоренфелл очень добрый человек, много кому бескорыстно помогает, пусть он и любит подурачиться, за что в школе на него злятся учителя, но он всегда ко всем внимателен и умеет находить правильные слова поддержки.

— Получается есть такие люди, которые ненавидят брата?

— Нет, думаю, таких не найдется даже среди тех, с кем он дрался. Хотя… — вспомнила она одну неприятную личность. — Возможно, есть один такой, но и он недолюбливает Зоренфелла по моей вине.

— Разве можно испытывать иные чувства к тому, кто тебя избил? — озадачилась Селлина.

— Знаешь, у парней всегда так: сначала дерутся, а потом становятся лучшими друзьями. Фиг их, на самом деле, поймешь, но так уж у них устроено, — улыбчиво ответила Мария.

Здесь Судьба и вовсе встала в ступор. Если парней не понять, то как можно понять куда более загадочных девушек? Сама же Селлина себя не причисляла ни к какому полу или расе, поскольку является совершенно иным существом, находящемся вне человеческого понимания.

Остаток дня они провели в болезненной атмосфере, но куда более спокойной, чем она была раньше. Марии удалось получше познакомиться с сестрой Зоренфелла, а сам парень смог найти успокоение в хорошем состоянии девчонок. Но на следующий день в школе его ждал непредвиденный сюрприз…

— Зоренфелл! — окликнула его Лидия во время классного часа. — Я понимаю твои обстоятельства, но не витай в облаках, когда мы ведем обсуждение!

— А какая разница? Мне не особо-то и интересно… — лениво ответил он, пялясь на тучное небо за окном.

— Ладно, так уж и быть…

«Ого, неужели она сдалась? — обомлел он. — По любому ведь что-то задумала, я её знаю… Но что? Где ждать подлянки?»

— Тогда как на счёт его кандидатуры? — обратилась она к классу.

Все одноклассники подняли руки вверх в знак согласия.

— А о чем голосование? — поинтересовался парень у Доррена.

— Ну, мы последние пару дней обсуждали представителя класса в комитете по организации фестиваля… — как бы намекнул он в ответ, глядя за спину Зоренфеллу.

— Правильно, Доррен. А ты, Зоренфелл, постараешься организовать лучший фестиваль в этой школе, будь любезен, — состроила учительница милую наигранную улыбку, появившись у него за спиной.

— А это обязательно? — с угасающей надеждой спросил парень.

— Нет, решение принято единогласно.

— Доррен?! — обернулся он к своему товарищу, после слов о единогласии.

— Ты неплохо отдохнул, так что будет тебе небольшим разогревом, — усмехнулся друг.

— И ты, Брут? — вяло вымолвил Зоренфелл, после чего обратил свой взгляд в сторону Марии.

Та в ответ робко отвела взгляд, делая вид, что она не при чём.

— Выбора у меня, получается, нет…

— Какой ты сообразительный, Зоренфелл! — язвила Лидия. — Поддержим же этого добровольца в его инициативе по организации фестиваля! — объявила она.

— Погодите, добровольца? — опешил юноша.

— Да, ты ведь даже не отказывался.

— Бали-ин… — осознал он всю плачевность ситуации.

«Может обернуть время вспять пока не поздно? — тут же подумал Зоренфелл, однако у него появились пару идей для фестиваля, из-за которых мнение несколько изменилось: — Впрочем, можно и попробовать, сложного, наверное, здесь ничего нет, а вот что я смогу устроить им в отместку… Ух…»

— Хорошо, я согласен. Но потом не вините меня… — ехидно ухмыльнулся парень.

— Учудишь что-то странное — получишь, — пригрозила Лидия.

— Прям-таки, ага. Если разобрались, то я спать, — плюхнулся он на свои руки. — Будут вопросы — выслушаю на перемене, ведь я теперь босс.

— Тогда на уроке объяснишь классу, как решать уравнения с тригонометрическим тождеством.

— А если откажусь?

— В таком случае схлопочешь двойку.

— Почему это?

— Решение данных уравнений — домашняя работа. Если ты не ответишь, то я сделаю вывод, что ты не готовился к сегодняшнему уроку.

— Ах, вот оно что… — фальшиво удивился Зоренфелл.

— Кажется ты потерял хватку, дружище, — еле сдерживаясь смеялся Доррен.

— Ничего, отыграюсь чуть позже.

— Устроишь второй раунд, да?

— Ещё какой, блин!

С возвращением Зоренфелла в школу, в классе вновь появились те самые положительные эмоции, которые он привносил одним своим наглым присутствием. Но здесь было заметно, что и мисс Лидия не отстает, то и дело поддевая его раз за разом. Таким образом учительница хотела отвлечь парня от угнетающих мыслей и занять его свободное время чем-то полезным, чтобы негативным эмоциям и места не было.

Но на этом его веселье за сегодняшний день не закончилось. На следующем уроке Лидия продолжила свое доминирование в комичном и издевательском плане над лентяем.

— Молодец, Зоренфелл, прекрасно объяснил тот материал, до которого нам ещё только предстоит дойти. Все всё поняли? — обратилась она к классу.

— Да! — ответили остальные

— В смысле? Я не понял. Что значит «до которого нам предстоит дойти»?

— В прямом, — усмехнулась Лидия. — По учебному плану к изучению этих уравнений мы перейдем лишь через пару месяцев, но благодаря твоей отзывчивости теперь все ученики имеют преимущество над параллельными классами.

— Офигеть… — опешил он. — А чего мне никто ничего не сказал? — обратился Зоренфелл к классу.

— Ну ты ведь согласился объяснить материал, так как мы могли отказаться услышать разбор сложного материала от самого умного ученика в школе? — отозвался Доррен, надрываясь от смеха.

— Да действительно!

— Вот, держи, — подала Лидия ему папку с бумагами.

— Вы меня добить хотите сегодня?

— Само собой, Зоренфелл! Там план на фестиваль, ты должен внести свои предложения и после уроков прийти на собрание студенческого совета. Не будешь проявлять инициативу — будет плохо, я уже договорилась обо всем с главой студ. совета и согласовала с другими учителями и директором.

— Поздравляю, у Вас получилось… — вяло похлопал он.

— Не волнуйся, мы тебе поможем, только попроси! — отозвался кто-то из класса.

— Ясное дело, мы же одноклассники, не стесняйся! — поддержала девчонка.

— Да? Может кто-нибудь желает стать представителем?

— Не найдется никого лучше тебя на это место, — произнесла Мария в общей массе.