Эльфийская сага. Изгнанник (СИ) - Марлин Юлия - Страница 144

Брегон перевел взор на юг. Огненный шар солнца исчезал в пучине Великого Моря, рассыпая квадраты золота на цветущие долины и луга. На востоке чернели обрывки диких скал, теряющихся в пене шумных волн. Далеко на западе просматривалась клыкастая гряда, окруженная мраком и пеплом. Изломы Эндов. Преддверия Ночной Страны.

Король перевел взгляд с таинственных, свинцово-серых и высушенных обломков на озеро, текущее в полутемной расселине. Возле него темнели боевые порядки пеших и конных войск. Вот уже много недель флот темных эльфов продвигался к границам Далекого Запада по небесам, а непобедимая армада наемников все это время маршировала по земле. Десять тысяч мечей, копий и щитов. Десять тысяч немилосердных душегубов, палачей и мучителей. Армия достойная Его Величества из рода Дракона и Змеи.

У стола пошевелился Гелеган и Брегон сморщился. В последнее время главнокомандующий все чаще являл свою непокорность. А споры, которые он затевал со Звездочетом, так и вовсе выводили молодого короля из себя. Властитель грезил о Неугасимой Звезде, троне Гелиополя и послушной армии Теней Запада, но пока довольствовался склоками, ссорами и скандалами среди полководцев.

Солнце гасло в сумерках вечера, небо наливалось белыми звездами.

И тут… Его царственного слуха коснулось далекое эхо знакомого голоса. Король благоговейно прикрыл глаза и расслабил каменевшие от напряжения мышцы — он все-таки отозвался. Не подвел. Остался верен короне.

Плавно обернувшись, Брегон взмахнул рукой в кольцах и браслетах:

— Лорд Гелеган, подойдите. Мои замыслы изменились.

— Изменились? Но Ваше Величество…

— Молчать! — Как он устал постоянно спорить со старым герцогом из рода Черных Соколов. Как только Гелиополь покорится, он немедля отошлет ворчуна на эшафот.

— Прощу прощения, — сложился тот пополам.

Брегон заговорил властно и жестко, пресекая все попытки возразить.

— Вот мой приказ. «Кипарис» я велю отослать в Гелиополь. «Самшит» пусть немедля разворачивается и идет к Тролльботну. Сэт, где ты? — Обратился он в сумерки углов.

— Я здесь, повелитель, — прислужник выполз на коленях и поцеловал подол сверкающих королевских одеяний.

— Отчалишь на «Самшите» к Троллевому рынку (ты уже бывал там однажды, сопровождая меня, и легко его отыщешь). Погуляй по улицам и переулкам несколько дней. Купи что-нибудь, а потом отправляйся в Гелиополь и жди моего возвращения.

— Я не понимаю, зачем это…

— Не нужно понимать, тупица! Делай, как я велю!

— Простите повелитель, — слуга распластался у королевских ног, — я все сделаю.

— Этот, — Брегон топнул по полу, вычеканив долгий металлический звон, — флагманский, «Фантом», и сопровождающая меня «Андромеда» должны сейчас же сменить курс на юго-запад. Подыщите подходящий городок — там и заночуем. Когда я получу новое сообщение — мы продолжим путь.

— Сообщение? — Подал голос еще один знатный лорд, преданный Брегону всем сердцем — пожилой советник Зэхра, сын Харата. Он сидел возле жаровни и с недоумением глядел на него. — От кого?

Правитель Эр-Морвэна сверкнул ртутными глазами. В выражении его лица смешались победное коварство и наивеличайшее облегчение:

— От самого преданного сына нашего народа, дорогой маркиз.

Эти распоряжения Брегон отдал в ночь, когда Габриэл и его светлые союзники заночевали в гостинице «Волшебный Цветок» миловидного Эйр-Шира.

* * *

Ветер купался в черных глянцевых парусах. Просмоленное днище скользило по облакам, как по океанским волнам. Сполохи жгучих лучей осыпали палубу закатным огнем и отскакивали бликами от наполированного руля.

Управлять «Самшитом» оказалось даже проще, чем отбить его у двух десятков королевских стражей в тенях Блуждающего Моста. Габриэл крутанул штурвал и бросил взгляд на сияющий осколок хрустал, парящий над форштевнем. Ни солнце, ни луна не могли затмить неугасимое свечение белого камня. Ни льду, ни огню не сравниться с холодом и жаром, истекающим из его острых граней. Вот, значит, какое «чудо» Звездочет даровал Брегону в качестве подарка; вот, значит, что заставило воспарить металл и древесину словно лебединое перо. Камень Эреба. Утерянное наследие эльфийского народа.

Из облаков вынырнул аист. Взмахнув крылами, он приблизился к левому борту и мигнул холодным глазом. Темный эльф покосился на птицу и покачал головой. Враг преподнес неприятный сюрприз. Звездочет намного опасней и умней, чем можно представить. Увы, юный шерл не раз обжигался недооценивая соперников, нес потери — самоуверенно рассчитывая на помощь союзников, терял надежду — принимая не ту сторону, и потому решил — подобного с ним больше не повториться.

… Щелкнуло и цепь со звоном полегла на палубные доски. Через минуту звон повторился — чтобы вскрыть творение безумных изобретателей Троллевого рынка и освободить себя и Арианну, Остин провозился три долгих дня. Не проронив ни слова, он встал и отошел от подруги. Боль в его сердце затухала, как солнце на закате, а вместе с ней умирала и неодолимая тяга к Арианне Белый Лебедь.

До Семи Хрустальных Пик оставались считанные мили. Оправив повязку на глазу, он всмотрелся в облачную пелену. Гребни и хребты далеких гор горели в закатных лучах, ущелья и низины топил недвижный жемчужный пар. На западе сверкали воды Великого Моря, с севера грозили корявые росчерки Изломов Эндов. Восточный горизонт курился мутным туманом и, ветер, изредка меняющий направление, приносил оттуда ароматы зеленых лугов Элейского Королевства.

— Мардред сделал свой выбор, — девичья ладонь коснулась его плеча. Голос очаровал мелодией арфы. — Он сделал это ради нашего будущего.

— Да, — вздохнул Остин. — Я знаю.

В безвольные пальцы владетеля Ательстанда ткнулся влажный нос. Лютый заурчал и приподнял морду, вскидывая снежные уши с пушистыми кончиками. Но оскал-улыбка снежного зверя не утолили печали лесного эльфа. Ни что не могло их утолить.

Вечерний сумрак колыхнулся и Остин с Арианной увидели Габриэла. Он приближался мягкими, пружинистыми шагами, скользив рукой о перила борта.

— Приближаемся, — сообщил темный. — Тэль-Фосс прямо по курсу.

… Через четверть часа «Самшит» приземлился на плоской, точно столешница вершине скалы. Габриэл хитро улыбнулся — управлять судном было одно удовольствие — неведомым образом кристалл подчинялся силе капитанской мысли и исполнял простые команды вроде: «верх», «направо», «налево» «вниз». Как только дно корабля коснулось земли — Камень Эреба потух, и на палубу рухнули июньские сумерки.

Спустившись по сходням, эльфы замерли у рваного края обрыва. Прямо перед глазами возникло творение дней великой старины: семь острых вершин, казавшихся хрустальными пирамидами, замыкали долину кольцом неприступных сверкающих стен. Внешние склоны были гладкими и сверкающими, как зеркала, а внутренние опадали грозными, рокочущими водопадами и скатывались тоннами кристальной воды в округлое озеро на самом дне.

— Постелью ему были горы, покрывалом облака и мягкий лунный свет, — Арианна зачем-то прочла строчку из старинной баллады о ветряном драконе.

Габриэл отступил от края заоблачных высот:

— Разведем костер.

И вновь на хрупкие эльфийские плечи навалилась горечь ожидания. Долгого, утомительного.

— Если мы не ошиблись, Лунный город покажется в свете первых звезд, — темный эльф обернулся. Алый кусочек заходящего солнца лежал на кряже Кагахэм каплей сгустившейся крови. С противоположной стороны мигал бледный диск всходящей луны.

— На берегу? — Задумался Остин, оттолкнув ногой почерневший камень. Освобожденное пламя вспыхнуло с новой силой.

— Не уверен, — пожал плечом шерл.

— Под водой?

— Узнаем.

Послышался легкий, звонкий голосок. Габриэл и Остин глянули через плечо. Арианна сидела у края ущелья и, склонившись над клинком своего рода, тихо напевала. Божественный эльфийский перелив парил над мрачными твердынями угрюмого запада, доселе не слыхавшего ничего кроме воплей, мук и криков скорби и наполнял эти места теплом и светом.