Харли Мерлин и таинственные близнецы (ЛП) - Форрест Белла - Страница 65

Сантане удалось подняться, тяжело дыша и держась за бок.

— Ты сумасшедший, если думаешь, что я позволю тебе уничтожить моего друга!

Она набросилась на Татьяну, на этот раз, правда, на помощь ей вышли Ориши. Дюжина голубоватых сгустков сырой энергии закружилась вокруг Сантаны, прежде чем раствориться в ее теле и осветить ее изнутри. Пылая и кипя от гнева, Сантана врезалась в Татьяну.

Татьяна схватила Сантану за горло, нанесла серию сокрушительных ударов в грудную клетку и отбросила ее в сторону. Сантана, обмякнув, покатилась по земле. Раффи вскочил на ноги и издал душераздирающий рев. Я никогда не слышала и не видела его таким. Однако, судя по выражению лиц Астрид и Уэйда, так и должно быть, и это означало серьезные неприятности для всех нас.

— Раффи, отойди! — скомандовал Уэйд.

Раффи бросил на него взгляд через плечо. Только тогда я заметила перемену, огненно-красный свет в его глазах, как будто там извергались вулканы. Раффи оскалил зубы, с виду острые и рвущиеся вцепиться в Татьяну. Он тяжело дышал, его грудь вздымалась с каждым вдохом. Злоба и злобность, которые я чувствовала исходящие от него ранее, теперь пылали в полную силу, как будто его спокойная и уравновешенная натура была буквально растоптана, уступая место… зверю.

— Раффи! Я сказал, отойди! — повысил голос Уэйд.

— Раффи, не надо… ты убьешь ее, — прохрипела Сантана, приподнимаясь на боку. Из уголка ее рта сочилась кровь.

Одного ее вида, казалось, было достаточно, чтобы утихла внутренняя буря Раффи. Татьяна-Оберон усмехнулся, наблюдая, как Раффи тяжело выдохнул, прежде чем броситься на помощь Сантане.

— Вы слишком много себе позволяете, — сказала Татьяна-Оберон. Затем она бросилась к Уэйду, но его инстинкты были быстрее, и он сумел отбить ее ярким пламенем. Она замерла в нескольких футах от него и внимательно оглядела каждого из нас, вероятно, выискивая самое слабое место. Сантана, похоже, была вне досягаемости, поскольку Татьяна-Оберон нервно улыбнулся Раффи. Она предпочитала не переходить ему дорогу.

— И ты вот-вот закроешь свою задницу обратно! — крикнула Астрид. Она посмотрела на Уэйда. — Используй заклинание Кринкмана-Сэдлера. Эта его сфера действия.

— Что это такое? — спросила я, медленно отходя в сторону и высматривая углы атаки. Я хотела сделать свой собственный выстрел, чтобы сбить Татьяну с ног, обездвижить ее, не причинив вреда.

Через долю секунды Уэйд выпустил еще один огненный шар в Татьяну-Оберона. Она увернулась от него, но он взорвался прямо над ней, отличный трюк, который я видела у него раньше. Это заставило ее лечь на живот, кашляя и хрипя от внезапной вспышки жара, которую она вдохнула. Мне было больно видеть ее такой, но мы должны были задержать ее как можно дольше, пока не решим, что делать.

— Мне пришлось дважды проверить записи ковена, чтобы убедиться, — сказала Астрид. «Экзорцизм Кринкмана-Садлера — это сложная вещь, поскольку она требует тонны темной энергии. Есть части ковена, где стены пропитаны светлой энергией, и части, где темной. В этом саду темная энергия, и Уэйду понадобится немного времени, чтобы провести изгнание нечистой силы.

— Я в замешательстве. Мы говорим о Тьме и Свете? Как у Детей Хаоса? Та энергия, которая должна проходить через нас, настоящая? — спросила я.

— Ну, похоже, ты отстала от своей теории, — усмехнулась мне Татьяна-Оберон, затем встала и шагнула вперед, приняв атакующую стойку. Дух насмехался надо мной, рассчитывая, что предвкушение заставит меня нервничать и нарушит мою концентрацию. Как, черт возьми, я могу быть слабым звеном?

— Да. Я не темный по своей природе, я светлый, — объяснил Уэйд. — Итак, мне нужна дополнительная энергия Тьмы для выполнения экзорцизма Кринкмана-Садлера.

На этот раз он выбросил три взрывающихся огненных шара, заставив Татьяну-Оберона упасть и перекатиться, чтобы избежать очередного ожога горла.

— Это темный ритуал, — добавила Астрид. — Раффи темный, но это не та энергия, которую ты хочешь выпустить для этого, поверь мне.

— Почему бы и нет? — ответила я.

— Я объясню в другой раз! Просто стой на своем и не спускай глаз с Татьяны! — сказал Уэйд. — Мы должны найти способ удержать ее. Мой огонь не остановит ее навсегда.

Татьяна-Оберон рассмеялась.

— Удачи тебе с этим, — она подняла руки и выдала телекинетический барьер такой силы, что это было похоже на приливную волну, отбрасывающую нас всех назад. Я перекатилась по камням садовой дорожки, потом легла на спину, воздух выбило из легких.

Уэйд хмыкнул, пытаясь подняться, но Татьяна-Оберон еще не закончила. Ее телекинез был усилен силой духа, что делало его вдвое мощнее и потенциально смертельным. Она послала еще один импульс, который заставил нас всех отступить. Мне показалось, что она уперлась ботинком мне в затылок, прижав мое лицо к твердой земле и траве.

Я выругалась себе под нос, пытаясь освободиться.

— Господи, Вас, детишек, так легко одолеть, — сдвоенным голосом произнесла Татьяна-Оберон.

— Татьяна… — раздался голос Дилана с другой стороны сада.

Я успела посмотреть вперед, заметив Дилана, когда он, пошатываясь, направился к нам. Он был одет в свою лазаретную одежду-халат с открытой спиной. Если бы я не была под телекенетическим давлением призрака, я, вероятно, съязвила бы что-нибудь на счет Дилана.

Увидев нас, он нахмурился, устремив свой взор на Татьяну-Оберона, так как она была единственной стоящей.

Удивительно, но она замерла при виде него.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она едва слышным голосом.

Эмоции Татьяны вспыхнули во мне. Она пыталась дотянуться до него из глубин своего сознания, где Оберон спрятал ее.

— Астрид оставила мне один из своих планшетов, чтобы я подключился к системе видеонаблюдения и проверил место, если мне наскучат потоковые фильмы, — сказал Дилан, нахмурившись. — Что с тобой происходит?

— Она одержима, — простонала Сантана.

Плечи Дилана опустились. Его беспокойство и страх врезались в меня. Но их быстро заглушила решимость. Дилан был не из тех, кто прячется в темноте.

— Почему ты позволила этому случиться? — хрипло спросил Дилан Татьяну.

— Я пыталась помочь. Мне нужна была сила и мощь Оберона, — сказала Татьяна, каким-то образом поймав микрофон на секунду. — Но он не пускает меня обратно… — она замолчала, затем вернулась к своему жуткому двойному голосу. — Сейчас, сейчас! На чем мы остановились? А, да. Убью вас всех, а потом пойду к моей любимой Кэтрин.

— Татьяна? — выдохнул Дилан, явно сбитый с толку.

— Подожди, Кэтрин?! — закричала я в тревоге.

— Она мне нужна. Я должен быть с ней, — ответила Татьяна-Оберон. Она улыбнулась и подняла руку в сторону Дилана, в то время как другая была сосредоточена на нас.

— Кэтрин Шиптон?! — ахнула я.

Она сердито посмотрела на меня, потом улыбнулась.

— С тех пор как я узнал, что она вернулась, я искал способ найти ее.

Когда я справилась с шоком, я поняла, что это имело смысл. Все плохое, что происходило в ковене, всегда было так или иначе связано с чертовой Кэтрин Шиптон.

— Ты же с ней встречался, — сказала я, запинаясь. Теперь мне нужно было сосредоточиться на том, чтобы дать Дилану пространство, чтобы напасть на нее.

— Встречался с ней? — Татьяна-Оберон рассмеялась. — Я был с ней. Я любил ее! Я все еще люблю ее. Черт, моя любовь к ней — это то, что убило меня.

— Что произошло? — спросила я.

— Это не твоя забота, — ответила Татьяна-Оберон, горе сочилось из завладевшего духа. — Горечь и чувство вины, боль и тоска… это было похоже на яд, отравляющий мою кровь.

Это был вызов Дилану, и он его принял.

— Ты не заберешь ее у меня! — крикнул Дилан, бросаясь вперед и хватая ее, как профессиональный футболист, которым он и был. Они оба приземлились с глухим стуком и яростно боролись, катаясь и кувыркаясь в траве.

Наносились удары. Кто-то промахнулся, кто-то бил по ребрам и бокам.

Татьяна-Оберон резко развернулась и поймала Дилана в удушающий захват. Теперь, освободившись от ее безумно мощного телекинеза, я могла использовать свой собственный. Я запустила прицельный импульс, попав ей прямо в лоб. Он откинул ее голову назад, и она ослабила свою хватку на Дилане, который затем взял ситуацию под контроль.