Сказки Албании - Татаринова И. П. - Страница 2

Промолчал Агим, ничего старику не ответил.

И на следующее утро опять ему старик наказывает:

— Не води, сынок, коз к черным скалам — я там глаза потерял.

Агим пообещал не ходить туда, а сам опять повел стадо к черным скалам. Сел там на камешек, достал свирель и начал играть. Вышла к нему пери и опять предлагает:

— Ты играй, а я плясать буду!

Так до самого вечера они состязались, но никто из них не победил.

Вернулся Агим с козами домой, опять старик говорит:

— Что-то поздно ты, сынок, с пастбища возвращаешься. Сдается мне, что водишь ты коз к черным скалам.

Опять промолчал Агим.

И на следующее утро старик ему наказывает:

— Не води коз к черным скалам — отняла там у меня глаза злая волшебница!

Не успел Агим коз к черным скалам привести, а пери уже тут как тут, его дожидается.

— Ну как, — говорит, — человечий сын, играть будешь?

— А почему нет? — отвечает Агим. — Буду, а ты пляши.

И начали они снова состязаться. И до самого вечера он играл, а пери плясала. Уж совсем стемнело, когда пери остановилась, говорит:

— Ох, устала, дай дух перевести! — и упала наземь.

Тут Агим схватил ее, привязал к сосне, а сам позвал коз, чтоб их домой вести.

Пери стала его просить:

— Развяжи меня, человечий сын, отпусти на волю!

— Хорошо, — сказал Агим, — развяжу, только сперва скажи, куда ты стариковы глаза дела.

А пери ему в ответ:

— Освободи, тогда скажу.

Агим ей не поверил, опять коз сзывать стал.

— Пошли домой, — говорит он козам, — пусть она здесь под сосной с голоду умрет.

Испугалась пери и сказала, что забросила стариковы глаза на самую неприступную скалу. Агим взобрался на скалу, отыскал стариковы глаза, взял их и опять коз скликает, домой зовет. Взмолилась тут пери:

— Не уходи, человечий сын, освободи меня!

А он в ответ:

— Скажи, как старику зрение вернуть; скажешь мне правду, не соврешь — освобожу.

— Рано утром, чуть свет, — говорит пери, — выведи старика из дому и поставь против солнца так, чтобы, как взойдет солнце, лучи ему прямо в глаза светили. А ты возьми глаза и вставь старику в глазницы, они и прирастут.

Развязал Агим пери, собрал коз и вернулся домой.

Опять старик тревожится, что Агим так запоздал. Расспрашивать стал, не водил ли он коз к черным скалам. Агим отнекивается — не водил, мол. А наутро, чуть светать стало, говорит старику:

— Пойдем, отец, выйдем во двор, постоим на солнышке.

А как солнышко взошло, повернул Агим старика к свету и все, как его пери научила, так и сделал: взял глаза и вставил их на прежнее место.

— Ну как, отец, теперь видишь? — спрашивает.

Тут Агим признался, что водил стадо к черным скалам, и обо всем, что с ним там приключилось, рассказал. Старик заплакал от радости, поблагодарил его за смелость и доброту и сказал, что теперь сам будет своих коз пасти, а парень пусть дома по хозяйству управляется. На том они и порешили.

Наутро старик собрался ухолить, позвал Агима, достал связку ключей и говорит:

— Вот тебе, сынок, одиннадцать ключей от всех комнат, а двенадцатый ключ я сам хранить буду: ты еще молод, как бы беды не вышло!

Агим осмотрел весь дом и нашел много добра в разных комнатах: где платье богатое, где утварь серебряная, где золото, а в одной комнате стоял богатырский конь. Только никак Агим успокоиться не может — хочется ему двенадцатый ключ получить и открыть заветную горницу. Стал он старика просить — отдай да отдай мне ключ. Долго не сдавался старик.

— Молод ты, сынок, — твердил, — ошибешься, наживешь беду!

Агим помолчит день-другой и опять за свое. Крепился, крепился старик, наконец покачал головой, вздохнул и отдал двенадцатый ключ. Агим отпер дверь, видит — комната, а посреди нее — водоем. Спрятался Агим за дверь и стал ждать, что за тайна такая в этой комнате скрыта, почему старик туда его не пускал. Вот сидит он за дверью и видит — влетели в комнату через дымовое отверстие в крыше три красавицы — три Красы Земли, скинули они с себя платье, стали в водоеме плескаться. А потом заторопились, говорят:

— Скорей, скорей, сестры, а то как бы не увидел человечий глаз, как мы здесь плещемся!

Сказали, оделись и улетели.

Через неделю в тот же день и час опять прилетели красавицы, скинули платья и ну в водоеме плескаться! А потом опять поскорей улетели, чтобы человечий глаз их не увидел.

А на третий раз, как стали красавицы купаться, Агим — цап! — и утащил у младшей Красы Земли серебряный пояс. Вот вышли красавицы из воды, две оделись и улетели, а третья мечется, пояс ищет. Тут парень недолго думая оседлал коня, посадил Красу Земли перед собой на седло, и понес их конь с горы. Только когда выводил он коня со двора, стукнул тот копытом о камень, услыхал старик и говорит: — Эх, сынок, сынок, предупреждал я тебя, говорил, что ошибешься, ну, теперь уж дела не поправишь. Одно запомни: если попадешь в беду, приходи ко мне за советом. Выручу!

Умчал волшебный конь Агима и Красу Земли со стеклянной горы и прискакал с ними прямо в деревню, к родителям Агима. Агим отдал матери пояс и строго-настрого наказал запереть его в сундук и не отдавать Красе Земли.

— Отдашь пояс, — сказал он, — только я свою невесту и видел, не удержим ее.

И стали с тех пор жить-поживать старик, старуха, Агим и его нареченная невеста — Краса Земли.

Прошло несколько лет. Агим превратился из подростка в красивого парня. Наступила пора свадьбу справлять, и пристала Краса Земли к своей названой матери: «Дай да дай мне мой серебряный пояс. Придут на девичник подружки разряженные, что же я, хуже других буду?»

Пожалела ее старуха, подумала: «Ну, пусть позабавится! Куда она уйдет? Запру я все окна, все двери — как ей убежать?» Как подумала, так и сделала. Надела Краса Земли свой серебряный пояс, еще краше стала. Пришли подружки, стали ее уговаривать:

— Спляши, Краса Земли, покажи нам свое искусство!

— Не умею я, подружки, плясать, — говорит, — а вот летать умею.

Удивились подружки, просят:

— А ну, покажи!

Взмахнула Краса Земли поясом, взвилась под потолок и вылетела в отверстие на крыше, через которое дым из дому уходит, и крикнула сверху матери:

— Не сердись, мать, не могу я без разрешения своих сестер и братьев за твоего сына замуж идти! Вот передай ему мое кольцо да скажи, чтобы не забывал свою невесту! — С этими словами она бросила матери кольцо, и только ее и видели.

Пришел Агим домой, мать его встречает грустная, а невесты не видно. Понял он, что случилась беда, спрашивает:

— Отчего грустишь, матушка?

— Улетела твоя невеста, — отвечает мать.

И рассказала ему все, как было, покаялась, что его наказа ослушалась.

Агим оседлал своего волшебного коня, и тот мигом примчал его на стеклянную гору, прямо к дому старика. Обрадовался ему старик, обнял, расцеловал:

— Ну, рассказывай, какая беда приключилась, подумаем, чем я помочь могу.

Агим рассказал все, как было, и спрашивает:

— Скажи, отец, с того раза, как я Красу Земли увез, приходили сюда купаться ее сестры?

— Нет, сынок, с того дня, как ты их напугал, они больше сюда не приходили.

— Скажи, отец, а где они живут?

— Не знаю, сынок. Вот что я тебе присоветую: ступай к моему старшему брату. Я сто лет на свете живу, а он двести, он больше моего знает.

Рассказал старик, где его старшего брата отыскать. Агим поблагодарил, сел на своего коня, и примчал его конь к двухсотлетнему старику. Старик выслушал его рассказ, покачал головой — ничего, мол, парень, тебе сказать не могу.

— Ступай, — говорит, — к моему старшему брату. Я всего двести лет на свете живу, а он триста. Может, он тебе что присоветует.