Сказки Албании - Татаринова И. П. - Страница 3

Агим поблагодарил старика, сел на своего коня, и примчал эго конь к трехсотлетнему старцу.

— Так и так, — говорит Агим. — Будь милостив, помоги в беде.

Старик выслушал его рассказ, призадумался, говорит:

— Не знаю я, внучек, где сестры-красавицы живут, а припоминаю, как отец мне, когда я мальчишкой был, рассказывал, что тут неподалеку родник есть, из которого сестрам воду носят. Скачи три дня, три ночи, на добром коне доскачешь!

Агим поблагодарил старика, сел на своего коня, и принес его конь к роднику. Спрятался парень за куст, дожидается. Вот видит — спускается по тропинке к источнику девушка с кувшином. Набрала воды, обратно идти собирается. Агим вышел из-за кустов и спрашивает:

— Чья ты, красавица, будешь?

А она в ответ:

— Я у старшей Красы Земли в услужении.

— Дай воды напиться.

— Пей на здоровье.

Поднесла она ему кувшин, сделал Агим несколько глотков, поблагодарил. Девушка ушла, а он опять за куст спрятался. Видит — идет к роднику другая девушка. Набрала воды, отошла от родника, а он к ней с тем же:

— Чья ты, красавица?

— Я у средней Красы Земли в услужении.

Попросил парень и у нее воды напиться. Девушка дала ему напиться и ушла. А он за куст спрятался. Вот видит — идет к роднику третья девушка. Набрала воды, он и к ней с вопросом:

— Чья ты, красавица?

— Я у младшей Красы Земли в услужении.

Как услышал это парень, попросил у нее воды испить, а сам взял в рот невестино кольцо и, пока пил, незаметно, бросил его в кувшин.

Девушка вернулась домой, отдала своей госпоже кувшин. Краса Земли выпила воду и видит — на дне кувшина кольцо ее лежит. Поняла она, кто за ней пришел, и сказала сестрам. Пошли все три Красы Земли к роднику, увидели Агима и говорят:

— Ой, парень, не уйдешь ты отсюда живым: вечером вернутся домой наши братья, они людоеды. Дай мы тебя заколдуем.

С этими словами они взяли его за руку и тут же превратили в яблоко. Младшая сестра положила яблоко в карман, и пошли красавицы домой. Вечером вернулись с охоты двенадцать братьев. А были они дивы-людоеды. Вошли братья в дом, понюхали воздух, говорят:

— Слушайте, сестры, почему здесь человечиной пахнет?

— Что вы, что вы, дорогие братья! — отвечают сестры. — Где нам человека взять! Это вы, верно, человечьего мяса отведали, вот оно вам всюду и мерещится. Ведь если зайдет сюда человек, вы его съедите!

— Не съедим, — отвечают братья.

Сестры им не поверили, стали требовать от братьев клятвы, что не съедят они человека, если найдут его в доме. Поклялись им братья горами и полями, что не съедят. Не поверили сестры такой клятве.

— Поклянитесь, — говорят, — нашими головами, тогда поверим, что не съедите.

И только после такой клятвы они расколдовали Агима и сказали братьям, что пришел он сватать младшую сестру.

— Хорошо, — говорят дивы. — Отдадим за него сестру, только пусть он нам свою силу и ловкость докажет. Увидим, что он сильнее и умнее нас, отдадим за него сестру.

Наутро дивы повели Агима в лес и говорят:

— Возьмем каждый по вязанке дров и понесем домой. Принесешь вязанку больше нашей, отдадим за тебя сестру.

И начали дивы дрова в кучи собирать. Как увидел Агим, какие кучи большие, испугался. Где ему столько дров поднять? Стал он думать, как бы дивов обмануть, и придумал. Была у него с собой веревка. Привязал он ее к одному дереву, что на опушке росло, и пошел вдоль леса.

— Что ты, брат, делаешь? — спросили его дивы.

— Не охота мне каждый день сюда за дровами ходить, — отвечает Агим. — Вот обвяжу весь лес веревкой, взвалю на плечи да сразу домой принесу.

— Что ты, что ты, — испугались дивы, — не надо! Уж лучше мы без тебя дрова таскать будем, а то, если мы весь лес сведем, на нас соседние дивы в обиде будут.

Дивы взвалили дрова себе на плечи, а парень рядом налегке идет, посмеивается. Пришли дивы домой, говорят сестрам:

— Ну, сестры, он хоть и человек, а куда сильней нас — он весь лес сразу домой притащить хотел.

На следующий день дивы позвали Агима воду с родника таскать. Взяли они по большущей бочке, а Агим захватил с собой лопату да мотыгу.

— Зачем они тебе? — спрашивают дивы.

— Не охота мне попусту силы тратить, каждый день по бочке воды таскать, я уж лучше весь родник к дому перенесу.

— Что ты, что ты, брат! — испугались дивы. — Да разве другие дивы позволят! Нет уж, мы лучше сами без тебя воду натаскаем.

Вернулись дивы домой и говорят сестрам:

— Человечий сын умней нас — он хотел весь родник целиком сюда перенести.

На третий день дивы позвали парня с собой на охоту. В лесу им попался заяц. Один див погнался за ним и поймал.

— Ну, — говорят дивы, — теперь посмотрим, как ты зайца догонишь.

Вышли они на полянку, к ореховому дереву Показали дивы Агиму высоко на дереве орех и говорят:

— Влезь, браток, на дерево и сорви орех, а коли не охота за ним лезть, пригни дерево.

«Где мне такое дерево нагнуть, — подумал Агим. — Придется лезть».

А дивы задумали погубить парня. Как только он влез на верхушку, они стали дерево раскачивать. Пригнут чуть не до самой земли, и опять отпустят, хотят Агима с ветки стряхнуть. Уцепился Агим за ветку, крепко держится. Видят дивы — не стряхнуть им парня с дерева, кричат ему снизу:

— Эй, ты там, слезай да беги вдогонку за зайцем! Поймаешь — отдадим за тебя сестру! — и выпустили зайца.

Что делать парню? Пока спустится с дерева, убежит заяц! Недолго думал Агим, повис на высокой ветке, раскачался и прыгнул на землю, да, на свое счастье, прямо на зайца угодил.

Дивы подбежали к нему, видят, что он зайца держит.

— Ну и парень! — говорят. — За такого не жалко и сестру замуж отдать.

Дома дивы позвали сестру, дали ей, всякого добра в приданое, посадили ее впереди Агима на коня и отпустили в деревню к родителям Агима.

БУЛАТ И КРАСА ЗЕМЛИ

ИЛ В ОДНОЙ деревне крестьянин. Жил, жил, да и умер. Осталась после него жена с новорожденным сыном. Хоть и трудно было бедной женщине, а все-таки вырастила она сыночка и часто ему про отца рассказывала. Исполнилось мальчику пятнадцать лет, стал он в разум входить. И вот как-то спрашивает:

— Скажи, матушка, оставил мне отец что-нибудь в наследство?

— Ничего не оставил, — сказала мать. — А что оставил, я все попродавала, чтоб тебя вырастить.

Но сын не унимался, все приставал к матери, не верил, что отец ему ничего не оставил.

Наконец мать вспомнила и говорит:

— Помнится мне, что под крышей лежал старый отцовский меч. Поищи, может быть, найдешь.

Полез паренек под крышу, глядь — и правда лежит там отцовский меч, весь ржавый, пылью и паутиной зарос.

Парень достал меч, обтер его, отчистил так, что меч засверкал, будто зеркало. Потом паренек опоясался мечом и говорит матери:

— Отпусти меня в чужие земли свою долю искать.

Мать заплакала, зарыдала, не хочет его пускать, говорит:

— Возьми отцовский меч, отруби мне голову, а потом уж ступай, мой сын, куда захочешь.

Но сын ответил:

— Да когда же это было, чтобы сын матери голову рубил! Не упрашивай, не мучь себя понапрасну, благослови меня и жди. Я скоро вернусь.

И решил он отныне называться Булатом и вырезал на отцовском мече свое новое имя. Потом обнял крепко мать, поцеловал ее на прощание. Долго-долго не могли они расстаться, так и стояли обнявшись и плакали. Наконец он отпустил мать, взял меч, поцеловал его, по старому обычаю, чтобы он ему счастье принес, и еще раз сказал матери: