Нечаянное счастье (СИ) - Лебедева Ольга - Страница 45

И всё-таки Вирена не смогла сдержать обещание. Она просто отключилась, едва переступила порог комнаты Давида.

Райвен еле успел подхватить бессознательное тело сестры на руки, после чего, извинившись, вышел из комнаты. Вирена пришла в себя почти сразу и с трудом сдержала слёзы, досадуя на собственную слабость. В последнее время она довольно часто испытывала приступы головокружения и тошноту, виной всему была беременность, но всё равно все решат, что она испугалась, потому и потеряла сознание.

Лотта сразу постаралась оправдать обморок девушки её деликатным положением. Скрывать беременность Вирены от обитателей дома было бы глупо, всё равно через несколько месяцев всё станет очевидным.

Порадовало то, что Давид проявил благородство и не стал расспрашивать об отце ребёнка. Кажется, его вовсе не взволновал тот факт, что Вирена собиралась стать матерью, не имея мужа. Лотта подумала, что перенесённые страдания научили этого человека ценить в жизни главное - саму жизнь. Давид перенёс слишком много боли, чтобы перестать заботиться о всяких мелочах, вроде общественного мнения.

Каролина проявила гораздо больше выдержки, она как всегда, держалась достойно. Давид был очарован ею, судя по его улыбке и слабому румянцу, окрасившему впалые щёки. Лотта давно заметила, какое влияние оказывает подруга на представителей противоположного пола. Странно, что Каролина до сих пор не нашла себе мужа. Неужели все мужчины настолько глупы, что не понимают, какое она сокровище? Некстати вспомнился Ревмир Эттан. Вот уж глупец из глупцов. Упустил своё счастье, которое само просилось ему в руки.

Девушки несколько минут развлекали Давида разговорами, а потом, сославшись на дела, вежливо откланялись. Им действительно предстояло о многом позаботиться. Разложить вещи, перестелить постель, вымыть пол и проветрить помещения. К тому же нужно было приготовить ужин, да не лишь бы какой, а праздничный. Надо же отметить новоселье.

По такому случаю Эстер застелила круглый обеденный стол белоснежной скатертью и достала из буфета столовый сервиз. Лотта с Каролиной занялись приготовлением пищи, а Вирена помогала Райвену размещать живность в вольерах. Честно говоря, толку от неё было мало, девушка просто забавлялась с пушистыми зверьками, в то время как её брат переносил из повозки мешки с кормом и складывал их в хранилище. Потом наполнил кормушки и принёс воды из колодца, чтобы животные могли утолить жажду. Управился он довольно быстро, но не торопился возвращаться в дом, позволяя сестре прийти в себя после недавнего обморока.

Лотта с Каролиной за то время, что провели вместе под одной крышей, прекрасно научились работать сообща. Поговорка про двух хозяек у одной плиты не имела к ним никакого отношения. Они действовали быстро и слаженно, распределяя обязанности поровну. Пока одна мариновала мясо, вторая чистила овощи. Потом Лотта месила тесто, а Каролина готовила начинку для пирога.

Нашлась работа и для Эстер. Экономку озадачили приготовлением фруктовых напитков.

Всем известно, что ничто так не сближает, как совместный труд. Вскоре на кухне установилась приятная, располагающая к беседе атмосфера. Эстер в подробностях рассказала о несчастном случае, приключившемся с её хозяином год назад и приведшем его к такому плачевному состоянию.

Оказалось, на него было совершено нападение, но найти виновного или доказать злой умысел так и не удалось. К тому времени, как на место происшествия прибыли стражи порядка, от улик не осталось и следа. В тот день тер Давид, как обычно возвращался домой уже под вечер. Его путь оставался неизменным вот уже несколько лет. Став владетелем этих земель, он взял себе за правило лично объезжать лесные и пахотные угодья, совмещая приятное с полезным. По словам Эстер, он был хорошим наездником и рачительным хозяином.

Въезжая в неглубокую лощину, Давид слегка пришпорил хестура, который и без того ускорился, чувствуя близость дома. Натянутая поперёк дороги верёвка была почти не различима в сгустившихся сумерках. Хестур на полном скаку врезался в невидимую преграду, а всадник не удержался и вылетел из седла.

Когда Давид не вернулся домой вовремя, Эстер забеспокоилась, но выждала ещё около часа и только после этого отправила на его поиски людей. Его бессознательное тело обнаружили сразу, благодаря верному животному, не оставившему своего хозяина одного. Хестур дико храпел и не подпускал никого к раненому мужчине, успокоить его удалось далеко не сразу. К тому времени прибыл лекарь и констатировал перелом ноги, сломанные рёбра и сотрясение мозга. Всё это время Давид не приходил в себя, дышал прерывисто и часто. Выглядело всё так, будто он находится в агонии.

Эстер, вспоминая прошлые переживания, не удержалась от слёз.

- Когда хозяина внесли в дом на носилках, - продолжила она свой рассказ, после минутного перерыва, -  я чуть ума не лишилась от горя, но лекарь дал мне успокоительного настоя и сказал, чтобы я не расстраивалась раньше времени. С тех пор прошёл почти год, а Давиду лучше не становится. Вот и поместье решил продать, не иначе чувствует свою близкую кончину.

Тут женщина разрыдалась в голос, и девушкам пришлось её успокаивать и отпаивать травяным отваром.

Всё это время Лотта не могла поверить в услышанное. Неужели полученные травмы могли иметь такие удручающие последствия? Давид мог утратить способность двигаться, но чем объяснить его полное физическое истощение? Честно говоря, при их первой встрече, Лотта решила, что мужчина страдает тяжёлой формой рака или ещё каким смертельным недугом. Но, как оказалось, всё не так просто, как выглядело на первый взгляд.

Лотта присмотрелась к Эстер, размышляя, нет ли во всём случившемся её вины? Однако экономка так искренне оплакивала судьбу несчастного Давида, что было трудно заподозрить её в связях со злоумышленниками. И был ли на самом деле злой умысел, или это проделки глупых мальчишек, не думающих о возможных последствиях своих поступков? Набедокурили, а потом испугались ответственности, вот и постарались скрыть свидетельства преступления. Такой вариант тоже нельзя исключать. Обо всём этом следовало поговорить с Райвеном, но уже наедине.

Через два часа с кухни стали доноситься ароматы жареного мяса и свежей выпечки. Давид всё это время оставался в своей комнате. За всей этой суетой его так ни разу никто и не навестил. А между тем его комната находилась прямо над кухней, и запах жареного мяса буквально сводил мужчину с ума. Вот уже год, как он, по рекомендации лекаря, питался лишь кашами, да тушёными овощами. И сейчас испытывал настоящую муку, представляя, как вгрызается в сочный, пропитанный специями кусок мяса. Осознав, что придётся терпеть подобные мучения каждый день, Давид впервые пожалел о своём решении остаться в поместье.

Девушки между тем закончили свои приготовления и попросили Эстер помочь им с сервировкой стола. Лотта ещё плохо ориентировалась в новом доме и обрадовалась, когда экономка не стала отказываться, а проявила самое деятельное участие. Тут же из недр буфета были извлечены столовые приборы, соусники и салатницы, а также большое блюдо для жаркого и второе, не меньше первого, для пирога. Эстер заразилась общим приподнятым настроением и с удовольствием помогала молодой хозяйке осваиваться на новом месте. Женщина была довольна тем, что в доме снова забурлила жизнь, были слышны голоса и весёлый смех.

- Эстер, - обратилась Лотта к экономке, - добавьте, пожалуйста, ещё три столовых прибора. За ужином нас будет семеро.

- Вы ожидаете гостей? - спросила женщина, а сама уже выставляла недостающие тарелки, бокалы, ножи и вилки.

- Какие гости, дорогая Эстер? Сегодня за ужином будут только свои.

Экономка посмотрела на неё с недоумением. Вряд ли новая хозяйка не умела считать, тогда, что означают её слова?

- Чему вы удивляетесь? - улыбнулась Лотта, заметив её широко раскрытые глаза. - Верные люди, вроде вас и Сайоса, достойны того, чтобы считаться своими, а Давид и вовсе имеет на это полное право, таков был наш уговор.