Нечаянное счастье (СИ) - Лебедева Ольга - Страница 46

- Но хозяин не может... - начала было возражать Эстер.

Однако Лотта её прервала:

- Не волнуйтесь за Давида, мы устроим его со всеми возможными удобствами.

В это время Райвен с Сайосом затаскивали в столовую массивное кресло, даже по виду мягкое и чрезвычайно удобное. Как раз такое, чтобы больной мог чувствовать себя в нём комфортно, насколько это вообще возможно в его состоянии. Мужчинам приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы не поцарапать паркет, перетаскивая эту махину из гостиной в столовую. Даже вдвоём они с большим трудом справились с этой задачей. Вся мебель в этом доме была основательной, сделанной из плотной древесины. Простые стулья весили столько, что Лотта могла их только передвигать.

Наконец кресло установили возле стола.

- Ну вот, - подвела Лотта итог эпопеи по перетаскиванию предмета мягкой мебели, - теперь Давид сможет принимать участие в общих трапезах.

Эстер всплеснула руками и бросилась к лестнице, ведущей на второй этаж, причитая, что нужно подготовить хозяина к ужину, а времени на это почти не осталось. Разумеется, она совсем забыла, что Давид уже выбрит и выглядит вполне прилично. Осталось только помочь ему одеться и обуться. И тут Эстер замерла на середине лестницы. Она не подумала о самом главном - хозяин просто не сможет самостоятельно спуститься вниз. Женщина старательно искала выход из сложной ситуации, но так и не смогла ничего придумать. Зато Райвен правильно понял её смятение и в один миг оказался рядом.

- Я помогу, - просто сказал он, беря Эстер за руку, а экономка вздохнула с облегчением. Как же приятно переложить свои заботы на плечи сильного мужчины. И тут же опечалилась, потому что вспомнила, что не так давно и Давид был вот таким же статным и красивым. Теперь же на него невозможно смотреть без слёз. И с каждым днём ему становится только хуже, не смотря на все её старания.

Впервые за прошедший год Давид был счастлив. Оказывается, для того, чтобы испытать это чувство, не нужно слишком много - лишь вкусный до умопомрачения ужин в хорошей компании. Сегодня он смог хотя бы на время забыть о своей незавидной участи и насладиться приятной беседой, вкушая такие яства, вкус которых он почти успел забыть.

Эстер неуклонно исполняла все рекомендации лекаря. Из лучших побуждений, конечно же. Но Давида уже с души воротило от её пресной еды. Даже сегодня экономка умудрилась притащить ему отдельную тарелку с размазанной по ней кашей. Но тут взбунтовалась Лотта. И он был благодарен ей за своевременное вмешательство, хотя крепко задумался над тем, так ли уж верно было его первое впечатление о жене Райвена. Тихая и скромная девушка не смогла бы заставить Эстер сдать свои позиции.

А какую страстную речь она произнесла. При этом воспоминании, Давид расплылся в широкой улыбке. Он с большим удовольствием выслушал бы её ещё раз, а потом снова насладился вкусом рубленого мяса со специями, приготовленного на пару специально для него. Правда, несколько слов показались ему незнакомыми, но их смысл легко угадывался. Лекаря она назвала коновалом и пожелала ему самому до конца жизни питаться той бурдой, которую он рекомендует своим больным.

- Давид мужчина, а вы кормите его едой для младенцев, - всё больше распалялась Лотта, гневно тыча в перепуганную Эстер своим тоненьким пальчиком. - Откуда, по-вашему, он должен черпать силы для выздоровления? Мясо - вот что вернёт Давиду силы и здоровье, а не эта липкая гадость.

Потом она случайно взглянула на мужа, который всё это время смотрел на неё с лёгкой усмешкой, и внезапно замолчала, смутившись. Но не отступила, а сама положила на тарелку Давида мясные шарики и небольшую горку салата из свежих овощей. На гарнир предлагались отварные клубни перуната - аналога земного картофеля, но прежде, чем его добавить, Лотта вопросительно посмотрела на Давида, а получив его согласие, положила на тарелку несколько штук, обильно полив их ароматным соусом.

Потом повернулась к Эстер, всё ещё пребывающей в шоке от её нападок, и сказала:

- Прошу прощения, кажется, я была излишне резкой.

Экономка кивнула, глядя на то, с каким удовольствием Давид приступил к еде. У хозяина в последние месяцы совсем не было аппетита, поэтому он так сильно похудел. А может быть, новая хозяйка права, и не стоило слепо доверять советам лекаря? В голове Эстер поселились сомнения и страх, что причиной затянувшейся болезни Давида могла стать она сама.

Маленькая ладошка опустилась на её подрагивающие пальцы.

- Всё наладится, - в голосе Лотты звучало сочувствие. - Не вините себя и не держите на меня зла. Давайте лучше приступим к трапезе, пока всё не остыло, не зря же мы так долго трудились.

Тут девушка лучезарно улыбнулась и Эстер не смогла сдержать ответной улыбки. Мир за столом был восстановлен. Ужин прошёл в тёплой атмосфере, которая ещё долго согревала сердце Давида и дарила робкую надежду на то, что всё ещё может быть хорошо.

Глава 15

Весь вечер Лотта старательно сохраняла на лице приветливое выражение, хотя внутри у неё всё кипело от негодования. Мало того, что эта глупая курица Эстер чуть не уморила Давида голодом, так она ещё посмела упорствовать в своём заблуждении и притащила несчастному больному мужчине тарелку с какой-то склизкой мерзостью, один вид которой внушал отвращение и вызывал рвотные позывы.

А ведь часом ранее на кухне эта женщина лила такие горькие слёзы, что трудно было не поверить в то, что она действительно переживает за хозяина всей душой. Видя, как терзается Эстер, Лотта даже прониклась к ней сочувствием. Как могла, постаралась её успокоить, заверив, что вскоре всё изменится к лучшему. Не хотелось думать о том, что экономка намеренно доводила больного до истощения. Любые обвинения в её адрес не имели никакого смысла, потому что не были подкреплены доказательствами.

Неплохо было бы переговорить с лекарем, может быть, тогда хоть что-то прояснится. Хотя, чего ожидать от местной медицины? Хорошо ещё, что не стали пускать больному кровь, как это сделали бы пару сотен лет назад в её мире, когда в моде были кровопускания. В таком случае Давида уже не было бы в живых.

Лотта старалась не смотреть на то, как Давид с трудом сдерживается, чтобы не наброситься на еду. Аккуратно отправляет в рот маленькие кусочки, подолгу смакуя на языке давно позабытый вкус мяса. Кажется, не одна она испытывала в этот момент чувство сострадания к мужчине, доведённому до полного истощения. Эстер выглядела совершенно подавленной. Смотрела на Давида глазами побитой собаки и всё порывалась что-то ему сказать, но слова застревали у неё в горле. Тогда экономка хваталась рукой за ворот платья и шумно сглатывала застывший в горле ком. Еда на её тарелке так и осталась нетронутой.

Однако, не смотря ни на что, вечер удался. Правда, Давид не смог оставаться с ними дольше получаса, но определённо, он был счастлив, когда покидал их тёплую компанию. Райвен проявил такт и помог Давиду с трудом, но зато на своих ногах дойти до дверей столовой. И только выйдя в коридор, подхватил его на руки, понимая, что подъём на второй этаж является для больного непосильной задачей.

Лотта сидела так, что прекрасно всё видела. И, тем не менее, она задумчиво улыбалась, глядя вслед удаляющимся мужчинам. Каролина, сидевшая спиной к двери, посмотрела на неё вопросительно, но подруга только пожала плечами, не желая делиться с присутствующими своими мыслями.

Вскоре и Сайос, поблагодарив хозяйку за приглашение на ужин, отправился спать. За весь вечер он произнёс не более десятка слов. То ли не знал, о чём следует говорить, то ли присматривался к новым обитателям поместья. В основном говорила Лотта, втягивая всех в беседу, задавая наводящие вопросы и подбадривая мягкой улыбкой. Райвен с удовольствием наблюдал за женой, впервые примерившей на себя роль хозяйки дома, и не мешал ей наслаждаться своим новым положением.

Зато когда они остались в спальне одни, он не удержался от вопроса: