Механическая птица - де Кастелл Себастьян - Страница 9

Ладно, другой план. Я осторожно снял переноску с плеча и поставил ее в сторонке, борясь с желанием сказать Рейчису: «Сидеть!» Затем я вернулся к гиене, двигаясь очень медленно и осторожно.

— Слушай, мой деловой партнер — белкокот — может понимать обычных людей. Надеюсь, можешь и ты. Мы тут, чтобы помочь, ясно? Я сейчас сниму с тебя веревки, и ты пойдешь к своему хозяину. Ему, если ты заметила, мы тоже пытаемся оказать помощь. Поэтому не надо меня есть. Ладно?

Гиена неотрывно смотрела на меня, но хотя бы перестала рычать. Я присел рядом и принялся распутывать тугие узлы. Когда я снимал последнюю веревку, она нечаянно прижалась к раненой ноге зверя. Гиена укусила меня — даже сильнее, чем это делал Рейчис.

— Ой! Ай! — прокомментировал белкокот. — Говорил же тебе: никогда не доверяй вонючим гиенам.

Зверь показал зубы и похромал туда, где Фериус возилась с путами мага, все еще лежащего без сознания.

— Привет, приятель, — сказала она гиене и протянула руку, чтобы погладить зверя.

Несправедливость космических масштабов! Гиена не только не укусила ее, но даже лизнула в лицо. А потом улеглась рядом с хозяином.

Я подобрал переноску Рейчиса. Тот все еще потешался надо мной:

— Лучше приложи к укусу эту замечательную заживляющую мазь, Келлен. Готов поспорить, ты заразился бешенством. А еще ты…

— Воняю гиеной. Я в курсе.

Я присел напротив Фериус, так что освобожденный, но неподвижный маг оказался между нами. И снова меня изумил его странный выбор одежды: кожаные штаны и сапоги для верховой езды под длинным дорожным плащом, шелковый платок, закрывающий рот и нос, и шляпа жителей приграничья. Судя по полосе загорелой, обожженной солнцем кожи, которую можно было разглядеть между платком и шляпой, этот творец амулетов был не старше меня.

— Кто он такой? — спросил я вслух. — И почему болтается тут, называясь моим именем?

Фериус посмотрела на меня, прищурившись, а потом ухмыльнулась.

— Вот что. Почему бы тебе не снять этот платок и не дать магу вдохнуть свежего воздуха?

Я потянулся к платку. Гиена предупреждающе заворчала, и вдруг рука схватила меня за запястье. Ощущение от этой хватки было каким-то странным… неправильным. Я опустил взгляд и увидел, что на руке недостает двух пальцев. Это объясняло, почему он стал творцом амулетов, а не нормальным магом. Нельзя управлять высшей магией, если тебе не хватает пальцев для магических жестов.

— Келлен? — сказал голос — такой тихий и хриплый, что слова больше напоминали кашель.

Я посмотрел в темные — странно знакомые — глаза.

— Разве мы…

Я не успел договорить. Творец амулетов стянул платок, и я увидел губы. Бесспорно, женские.

А потом она поцеловала меня.

— Ладно, — послышалось бормотание Рейчиса, — такого я не ожидал.

2

ТВОРЕЦ АМУЛЕТОВ

Глава 9

ТВОРЕЦ АМУЛЕТОВ

Говоря откровенно, это был не такой уж грандиозный поцелуй. Ее губы были твердыми, иссушенными солнцем пустыни, а моя челюсть, раздувшаяся от удара локтем в лицо, почти не ощущала прикосновений. Как следствие — я едва мог шевелить губами. И, возможно, пустил слюни.

Обычно, когда кто-то использует магию шелка, обманывая твой разум, это делается, чтобы сломить твой дух видениями невообразимых ужасов. Или же — чтобы соблазнить тебя с помощью… ну, других ощущений. Ни то ни другое не подходило к нынешней ситуации.

— Нифения? — спросил я, подавшись назад.

— Разумеется, это я, Келлен. — Она улыбнулась, видя мою растерянность.

Хотя «улыбнулась» — неподходящее слово. На ее губах появилась ухмылка — дикая, разудалая гримаса, совсем не подходящая робкой девушке, которую я когда-то знал.

— Кто еще станет гнаться за тобой через полконтинента, просто чтобы спасти тебе жизнь?

— Спасти жизнь? — пробурчал Рейчис. — Вообще-то, это мы…

Гиена оскалила зубы и попыталась подняться на ноги, хотя выглядела еще более израненной и взъерошенной, чем Рейчис.

— Давай, шавка! — подстегнул белкокот. Его шерсть мало-помалу становилась черной, с темно-красными полосами. — Я весь день не ел.

Зверь припал к земле, готовясь напасть, но передняя лапа подломилась, едва лишь гиена попыталась на нее опереться.

— Айшек! — крикнула Нифения. — Ты же себя покалечишь!

— Айшек? — переспросил Рейчис. — Она дала имя гиене? Что дальше? Будем даровать титулы кучкам навоза? Пусти меня, Келлен! Мы сделаем из этой шкурки запасное одеяло.

Зверь пытался вырваться из хватки Нифении, рыча на нас обоих, хотя лично я ничего плохого ему не сделал. Нифения, однако, смерила меня обвиняющим взглядом.

— Что этот белкокот сейчас сказал?

— Он… приветствует твой талисман.

Гиена издала странный повизгивающий звук, который для меня ничего не значил, но, очевидно, был понятен Нифении.

— Он говорит, что ты врешь. И что белкокот угрожал сделать из него коврик.

— Вообще-то, одеяло. Но не воспринимай угрозы из уст Рейчиса слишком серьезно — он здоровается так со всеми. Ты привыкнешь.

Гиена зафыркала, и это, казалось, немного успокоило Нифению.

— Ладно. Передай, что я буду здороваться с ним так же, если он не…

— Прежде чем вы сцепитесь, — устало сказала Фериус, — примите во внимание, что у меня мало лекарств. Поэтому вам придется самим позаботиться о своих дурацких ранах.

Я обернулся и увидел, что Фериус опустилась на колени возле лежащего без сознания берабеска, втирая в его ожоги мазь из олеус регии. А надо заметить, что эта самая олеус регия ценится на вес золота.

— Ты же понимаешь, что мы все тоже ранены, да? — спросил я.

— Я обработаю ваши царапины, как только вы четверо согласитесь не добавлять к ним новые.

Нифения залилась краской.

— Простите нашу грубость, леди Фериус. Мы не хотели…

— Просто Фериус, деточка, — перебила аргоси. — У нас тут нет никаких леди.

— Ну отлично, — проворчал Рейчис. — Снова здорово.

Гиена фыркнула. А потом открыла пасть пошире и издала странные звуки, в которых — хоть и неразборчиво — угадывались те же слова: «Ну отлично. Снова здорово».

— Демон! — воскликнул Рейчис, медленно пятясь назад.

— Айшек, прекрати! — оборвала Нифения гиену. Мне она сказала: — Эти животные умеют копировать звуки, как пересмешники. Они не понимают чужой язык, но могут воспроизводить то, что слышат.

Словно подтверждая это, гиена повернула голову к Рейчису и пролаяла:

— Демон!

Это производило сильное впечатление, особенно учитывая, что белкокот не столько разговаривает, сколько порыкивает и ворчит. И лишь благодаря связи между нами я могу переводить слова Рейчиса на человеческий язык.

— Убей шавку, Келлен! — заорал Рейчис. — Убей их обоих! Они оба демоны!

— Они не демоны, — возразил я. Кажется, прозвучало не слишком-то убедительно.

Я имею в виду: давайте взглянем на факты. Мир очень велик. И какова вероятность, что здесь, посреди пустыни, я встречу девушку, в которую был влюблен большую часть жизни? Крайне мала, не так ли?

— Как ты нас нашла? — спросил я.

— В основном с помощью поисковых заклятий. — Она провела пальцем по серебряным иероглифам на моей шляпе. — Между прочим, эти штуковины сильно усложнили мне задачу. Всякий раз, когда я пыталась тебя разыскать, дело кончалось жуткой мигренью.