Невеста гнома (Жена гнома) (СИ) - Чигарина Георгия - Страница 35

 Шепот. Он походил на шуршание ветра. Звук бегущей воды. Успокаивающий. Гипнотизирующий. Желтые глаза посмотрели в сторону этого шепота. Я видела, как мышцы роува ослабли. Он отказался от своей цели? Похоже на то. Вместо этого сел. Мужчина, что говорил слова, начал медленно к нему подходить, выставив вперед руку. Песик смотрел на него и не шевелился. Потом медленно лег на пол, положив морду на лапы. Зевнул и закрыл глаза. Мужчина погладил его по загривку. Послышалось довольное урчание. Зверь завалился на бок, подставляя здоровое пузо. Очередные слова и пес затих. В руках мужчины появился нож. Я зажмурила глаза и заткнула уши руками. Меня трясло. Чьи-то руки легли на мои. Тепло. Запах горького табака. Слезы. Они стекали медленно по моим щекам. Теплые руки отвели мои от ушей.

 — Иначе было нельзя. Он узнал сюда дорогу. Будет вновь и вновь приходить. Искать вход в пещеры, чтоб кого-нибудь съесть. Или мы, или они нас, — сказал он.

 — Я крови боюсь. И страшно, — ответила я.

 — Сейчас я тебя выведу отсюда. Тогда и откроешь глаза. Хорошо?

 — Как он здесь оказался? — раздался голос откуда-то сбоку.

 — За мной пришел. Из Дома. В столовой гулял, — ответила я. Попыталась встать. Теплая ладонь крепко взяла меня за руку, выводя из здания. — Не могу понять, как он здесь оказался.

 — Они иногда забредают в шахты. В город редко попадают. Обычно их уничтожают еще на подходе к городу. Упрямые животные. Пытались их приручить, но не получилось. Гордые и свободолюбивые.

 — Мне показалось, что тебе это удалось сделать, — сказала я.

 — Только усыпить. На небольшое время, — ответил он. На улице играла музыка. Праздник продолжался. Я посмотрела на мужчину, который продолжал держать меня за руку. Фегле. Я и не знала, что он вернулся.

 Мы подошли к дому. В столовой лежали поваленные столы. Риж пытался дотащить топор до лестницы, ругаясь на чем свет стоит. Фегле оставил меня внизу и поднялся наверх за считаные секунды.

 — Отец, давай топор назад в комнату отнесем.

 — Тут псина. Девчонку... — с трудом переводя дыхание, сказал Риж. — Сожрет. Надо защитить.

 — Да защитили ее. И псину в ковер превратили.

 — Все хорошо, — сказала я, поднимаясь следом.

 — Я попытался. Да видно время ушло, — пробормотал Риж, давая увести себя в комнату.

 — Живая! — сказала Дира, выходя из комнаты. — Здорово же он тебя цапнул. Вся нога в крови.

 Тут я и заметила, что была ранена. Кровь стекала по ноге тремя тонкими ручейками. Голова закружилась. Я начала медленно оседать.

 — Тихо. Не падать. Сейчас с тебе раны обработаем. Все нормально будет, — крепко сжимая мне ладонь, сказал Фегле. — Пойдем в кабинет.

 — Не люблю кровь.

 — Я помню.

 Лекарский кабинет. Никого нет. Видимо чего-то случилось и за ним послали. Обычно он всегда оставался на месте. Я села на кушетку. Платье испорчено полностью. Глубокие царапины виднелись от бедра до колена. И опять меня замутило. Я прикрыла глаза. Фегле налил теплой воды.

 — Ложись.

 — Я сама...

 — Грохнешься.

 — Больше падать не хочу, — сказала я. — В последний раз нос сломала, когда падала.

— И как это случилось? — спросил он, обрабатывая рану на ноге. Я начала рассказывать, чтоб отвлечься. Помогло.

 — Получается, что в тот праздник я нос сломала и заболела. А в этот меня чуть не съели, — закончила я.

 — Главное, чтоб в привычку не вошло, — ответил Фегле. — Так праздники справлять. Каждые полгода раны получать — от тебя ничего не останется. Невыгодной женой будешь.

 — Не напоминай, — я невольно поморщилась.

 — Так неохота замуж выходить?

 — Я не понимаю в этом смысла, — призналась я.

 — Давай я здесь все уберу, а ты переоденься.

 Почему-то я засмущалась под его взглядом и поторопилась уйти к себе. Руки медленно дрожали. Надо было найти приключений на пятую точку. А ведь я этого не хотела. Серое платье с зеленым поясом, воротником и манжетами. На куртке дыра. Ее я решила зашить внизу. Все равно нитки с иголкой и ножницы были при мне в сумке. Справиться бы только с дрожью в руках.

 В комнату влетела Нига. Кинулась ко мне. Зачем-то начала меня трясти за плечи да с такой силой, что у меня зубы застучали, а голова стала болтаться из стороны в сторону.

 — Ты меня добить хочешь? — спросила я.

 — Я слышала, что случилось!

 — Меня чуть не съели, — сказала я

 — Вот именно. Поэтому я тебе и говорила, что ты должна на празднике быть.

 — Роув запланировал посетить нашу столовую?

 — Не говори глупостей. Может произойти, что угодно, а мне за тебя отвечать.

 — Нига, жива твоя подопечная. Отпусти ее, — заглядывая в комнату, сказал Фегле.

 — Не верю своим глазам. Вернулся и в гости не зашел?

 — Считай, что зашел, — ответил Фегле. — Там тебя внизу ищут. Старейшина.

 — Тебе рассказать нужно, что случилось, — сказала она, беря меня под руки и заставляя спуститься на первый этаж. Там стояло несколько мужчин, которые ставили назад стулья. Они пригласили меня сесть и стали спрашивать о случившемся. Откуда песик появился и как я от него убегала. Как я убегала? Да ноги в руки и бегом. Откуда-то появился кружка с травяным отваром. Руки перестали дрожать сами по себе.

 Вскоре меня оставили в покое. Нига убежала на праздник. Я осталась зашивать куртку, пообещав Ниге, что потом присоединюсь к ней. Дома оставаться мне не разрешили. Сказав, что только больше бояться начну. Фегле сел напротив. Достал трубку и табак.

 — Здесь не дымят.

 — Когда другие вернутся, то дым рассеется, — ответил он.

 — Спасибо, что помог.

 — В твоих краях могли бы мимо пройти?

 — Когда как, — ответила я. — Люди опасаются за свою жизнь. А тут была опасность. И сильная опасность.

 — Ты хорошо стала говорить на нашем языке.

 — Выучила, — ответила я. Больше мы не разговаривали. Он курил свою трубку с горьким табаком, я ставила заплатку на куртку.

 — Помнишь тебе подарки дарили? Когда мы мерзли на постоялом дворе?

 — И?

 — Теперь если примешь подарок, значит согласна, чтоб за тобой ухаживали. В ловушку не попади.

 — Я видела, как девчонки принимали ото всех подарки.

 — Значит рассматривали сразу несколько кавалеров. Выбирали. Ветреные. К ним немного отношение другое.

 — Но все равно к ним сватаются.

 — Почему и нет? Вкусы у всех разные. Порой такие женщины бывают, что хорошо голову дурят и лбами сталкивают. Ради развлечения. А у нас ведутся.

 — А я слышала другое. Что у вас уже заранее все распределено. Кто с кем гуляет и кто к кому сватается, — ответила я. Он посмотрел в мою сторону, но промолчал. Я думала, что отвечать не будет, но ответил.

 — Кто в обозы ходит — у них прав больше. Можно еще в пути с кем-то контакт наладить. Дорога длинная. Иногда это удается, иногда нет. Здесь же своя очередь. Никогда не угадаешь сколько женщин обоз привезет. Один год у нас всего три женщины было на город. Пятьдесят женихов и три невесты. А другой раз невест набрали больше, чем было женихов. Да и возраста единого нет для создания семьи. Сегодня кому-то приспичило осесть, а завтра не будет столько желающих. Такая мысль единицам придет. Очередь есть. Но все проще. Смотрят кто с кем сойтись может. У кого с кем симпатия будет. Договориться всегда можно.

 — Ты говоришь про симпатию, а если любовь? Может же два человека влюбиться в одну женщину?

 — А кто говорит про любовь? Симпатии вполне достаточно, чтоб семью создать.

 — Выгода и договоренность? Я уже от этого сбежала.

 — Тебе нужна любовь? — спросил он.

 — Не знаю, — опять почему-то я смутилась, словно глупость сказала. Как раз дошила заплатку. — На праздник пора.

 — Я тебя провожу, чтоб больше в неприятности не попала, — сказал он. Я только плечами пожала. Возвращение Фегле было неожиданным. И почему-то это меня заставило растеряться. На празднике мы разошлись в разные стороны. Меня опять атаковал красно-рыжий строитель, а Фегле разговаривал с Шеной.