Змеиное варенье (СИ) - Дорогожицкая Маргарита Сергеевна - Страница 68

Я скрипнул зубами и отвернулся, уставившись в окно. Пейзаж за окном был однообразным и печальным.

Солнце успело скрыться за горизонтом, и заснеженные поля погрузились в вечерний сумрак. Однако покосившийся мост через реку показался мне знакомым. Мы остановились перед ним, а дальше пришлось выбираться из теплого экипажа и идти пешком по плохо утоптанной дороге. Поместье Альвернутти оказалось заброшенным, что было видно даже издалека. Но дотошный Матий не поленился полностью обойти его, постучать в трухлявые двери и заглянуть в заколоченные окна, бесцеремонно отодрав одну из планок.

— Вы собираетесь залезть внутрь? — поинтересовался я, плотнее запахивая на себе тонкую мантию.

— Нет, я буду сидеть и козюлькам молиться, чтобы меня озарило!

Я остался стоять снаружи, пытаясь отогнать сомнения. Поместье Лешуа было совсем рядом, и такое совпадение мне не нравилось. Почему Серый Ангел решил похитить вояжича? Как он заманил его сюда?

Заставил Лидию помочь ему в этом? Что ему на самом деле нужно? Нишка? Но проще похитить ее, а не вояжича, из-за которого всполошился весь тайный сыск. А "Поцелуй Единого"? Да ладно, если этот сумасшедший не побоялся явиться в хранилище за серебряной вилкой, то что ему стоит потребовать рецепт за жизнь вельможи…

Офицер Матий смахнул с бровей паутину, чихнул, поднял воротник и направился к экипажу:

— Поехали в церковь. Не понимаю, что он делал столько времени в заброшенном доме…

— Может, встречался с кем-то, — я догнал офицера и пошел с ним рядом. — Извозчик утверждал, что вояжич был зол и нервничал. А учитывая, что он вез крупную сумму денег, то возможно, его кто-то шантажировал.

Я сказал и похолодел, вспомнив угрозу Лидии прижать Ивера записями из дневника профессора Камилли. Это она могла шантажировать вояжича и назначить встречу здесь…

— Вы что-то вспомнили, господин Тиффано? — охотничий блеск в его глазах был виден даже в темноте.

— Вспомнил… Профессор Камилли… Он был… Ивер Арметино был пациентом профессора Камилли?

— Хм… Садитесь… — офицер захлопнул дверцу экипажа и велел трогать, после чего пристально уставился на меня. — Почему вы спрашиваете?

— Профессор Камилли опаивал своих пациентов и… совращал. Дневники профессора были уничтожены пожаром в Кльечи, как мы думали, однако Серый Ангел мог их найти и шантажировать…

— Интересно. Я узнаю, — против обыкновения Матий не стал расспрашивать меня, а погрузился в раздумья.

Старенький священник в церкви святого Тимофея оказался глухим, как сыч, поэтому я с некоторым злорадством наблюдал за мучениями своего напарника. Он даже не стал переспрашивать церковника.

Тот ничего не видел, а уж про слышать речь вообще не шла.

— Последним пунктом назначения была церковь. Куда дальше мог направиться вояжич? Или куда его мог увезти похититель? — задумчиво пробормотал рыжий офицер, сдвинув двухуголку на затылок и растирая лоб ладонью.

— Давайте сначала выясним, для чего вояжичу потребовалась такая крупная сумма золотом, и что он делал в посольстве, — меня все больше терзали дурные предчувствия, что Лидия в этом мерзком деле запачкалась по самые уши. — Завтра, потому что сегодня все равно уже поздно и…

— Надо идти по горячим следам! Плохо, что днем был снегопад, все следы замело. В любом случае, наведаемся еще в соседнее поместье, может, там что-то видели или слышали.

Я похолодел от осознания того, что рыжий лис увидит Лидию в доме Лешуа. Офицер Матий уже интересовался моими фамилиарами, в том числе и госпожой Хризштайн, поэтому сейчас он непременно почует неладное от такого совпадения…

— Пустая трата времени, — торопливо возразил я. — Да и поздно уже. Давайте вернемся завтра с утра, когда у нас будет подписанный князем указ, иначе с нами просто не захотят говорить…

— Поехали! — непререкаемым тоном заявил офицер, и мне осталось лишь молиться, чтобы Лидия не попалась ему на глаза.

Дверь нам открыла тоненькая девчушка в одежде горничной, чье лицо показалось мне смутно знакомым.

— Помчик Лешуа у себя?

— Он никого не принимает, — голосок у нее оказался неожиданно хриплым, а когда она встретилась со мной глазами и вспыхнула, тут же опустив голову, меня пробрал ужас.

Передо мной стоял невольник из посольства, переодетый в девушку. Лидия даже не удосужилась его спрятать получше, а просто притащила в дом Лешуа. Господи, она ведь говорила мне тогда, что выкрала его и приковала цепями в подвале… Невольник торопливо спрятал руки за спину и пробормотал с несчастным видом:

— Господин никого не принимает, уходите, пожалуйста.

— Тайный сыск, офицер Матий. Доложите господину, что ему придется нас принять, иначе завтра мы явимся с обыском.

На лице мальчишке отразился смертельный ужас, он послушно кивнул:

— Сей-ик-час…

Офицер толкнул меня в бок и заметил:

— Видели, как побледнела? Задницей чую, здесь что-то есть…

— Есть, — я призвал на помощь всю выдержку, — бедняжка больше боится хозяина, чем вас, поскольку у господина Лешуа тяжелый характер. Этого его сын стал первой жертвой колдуна, после чего помчик закрылся здесь и никого не принимает. Даже инквизитору Чорек не удалось к нему попасть, он попросту выставил ее. Я пытался вам это сказать, но вы же не воспринимаете меня всерьез.

Я спокойно уселся на диван в гостиной и добавил:

— Поэтому не буду вам мешать, развлекайтесь.

Офицер задумчиво прошелся взад-вперед по гостиной, потрогал тяжелые портьеры на окнах, постоял перед заключенным в дорогую раму портретом сколь благородной, столь же и мрачной дамы, открыл крышку клавесина, провел пальцами по клавишам, извлекая какофонию звуков.

— Немедленно прекратите! Вон из моего дома! — по лестнице спускался хозяин поместья, высокий и полностью седой мужчина.

— Офицер Матий, тайный сыск. Мы ведем расследование.

— Вон, я сказал!

— Не осложняйте себе жизнь. Я всего лишь намерен задать вам несколько вопросов…

— Вы на моей земле! Не уберетесь отсюда немедленно — спущу собак!

— Мы вернемся с указом князя, и тогда вы уже…

— Вот тогда и будете здесь вонять! Вон!

Я наклонил голову, чтобы скрыть довольную улыбку, а потом поспешил встать и взять сыскаря под локоть:

— Пойдемте, офицер, я же вас предупреждал…

— А вы кто такой? — затуманенный яростью взгляд хозяина дома остановился на мне и заметил мою мантию. — Инквизитор?

— Да, инквизитор Тиффано. Извините нас, мы уже уходим.

Я потащил к выходу пыхтящего от злости Матия, начиная ему искренне сочувствовать.

— Подождите! — вдруг выдал господин Лешуа. — К вам у меня есть разговор. На кухню.

Я споткнулся от неожиданности, остановился, обернулся и покачал головой.

— Господин Лешуа, вы в своем праве выгнать нас, но в таком тоне говорить и тем более командовать у вас не получится…

— Идите! — прошипел мне офицер, толкая в бок. — Задайте ему вопросы, а не стройте из себя писклявую недотрогу.

— На кухню, святой отец, проследуйте, сделайте одолжение. Пожалуйста, — и видя, что Матий двинулся за мной, Лешуа добавил, — а вам придется подождать его за дверью, господин офицер.

На кухне витал потрясающий аромат куриного бульона, который готовила Тень. Я сглотнул голодную слюну, а служанка всплеснула руками, увидев меня.

— Господин Тиффано, а вы как здесь?

— Тень, оставь нас наедине, пожалуйста, — неожиданно мягко сказал господин Лешуа.

— Хорошо, я отнесу госпоже бульон, что-то ей сегодня совсем нездоровится…

У меня больно сжалось сердце от этих слов. Тогда я не смог защитить Лидию, а сейчас не могу быть рядом и поддержать… Нестерпимо захотелось наплевать на осторожность и подняться в ее комнату вместе с Тенью.

— Господин Тиффано, надеюсь, я вижу вас в первый и в последний раз в своем доме. Избавьте меня и мою невесту от вашего докучливого внимания.

— Господин Лешуа, я здесь исключительно по делам дознания. У вас вчера были гости?

— Нет, здесь не бывает гостей. Я никого не принимаю.