Приговор: Жить (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 48

— И в котором часу Вы с Вашим сыном вышли из дома в субботу? — майор решил не вдаваться в подробности, почему хозяйка гуляет с ребёнком по ночам.

— Вот! Наконец-то, нормальное отношение, — неизвестно, чему обрадовалась свидетельница. — А то Ваши коллеги тут панику подняли: заприте его в комнате, уберите его… Тьфу! А то, что мальчик не любит сидеть взаперти, и у него от этого будет психологическая травма, их не интересует!

Развитое воображение быстро нарисовало Максу портрет великовозрастного сыночка с лицом неандертальца и агрессивными наклонностями. «Наркоман? — мельком подумал он. — Или болен чем-то генетическим, типа умственной отсталости?»

— Мы сразу пошли на детскую площадку, с горки покататься, — продолжала, между тем, хозяйка. — Днём мамаши не дают. Сразу визг поднимают: «Уберите его с горки! Не пускайте его сюда! Наденьте на него намордник!» А я им как-то сказала: «На своих детей намордник надевайте». А то их детишки так и норовят Лорика за уши подёргать! Одна, с позволения сказать, дитятя даже как-то его укусила. Я потом две недели по докторам бегала. Откуда я знаю, может, у неё бешенство было? Так что еще неизвестно, кому намордник нужен!

— Подождите, — обрёл дар речи окончательно запутавшийся майор. — Какой еще намордник? Зачем?

— Вот и я говорю, что не нужно, — подхватила хозяйка. — Лорик зря и мухи не обидит! Да Вы сами посмотрите, какая лапушка!

Она ткнула Максу под нос большую фотографию мрачного мастифа с кокетливым голубым бантиком на ошейнике.

— Ох, ты… — отшатнулся майор и, тут же спохватившись, добавил, — … какой красавец!

— Мальчик мой! — хозяйка квартиры звонко чмокнула фотографию и поставила обратно на подоконник рядом с жестянкой из-под печенья.

«Это ж надо было так опростоволоситься, — мысленно ухмыльнулся оперативник. — Старею, что ли? Собаку за ребёнка принял».

— И как долго Вы гуляли с Лориком? — вернул он хозяйку к интересующей его теме.

— Недолго. Часа полтора. А вот когда обратно шли, этот на нас и выскочил. Чуть Лорику ножки не оттоптал и даже не извинился, негодяй!

— Кто «этот»? Мужчина или женщина? — уточнил Макс.

— А Вы знаете, я так сразу и не скажу, — задумалась хозяйка. — Темно было, да и быстро всё произошло…

— Опишите, попробуем вместе разобраться. Рост?

— Мелкий, — уверенно отозвалась свидетельница. — Худенький такой, маленький. Он мне едва по плечо будет.

— Так. А одежда?

— Светлое что-то. И широкое, то ли штаны с рубашкой на выпуск, то ли ещё что-то такое. Я не рассмотрела.

— Понятно. Волосы? Длинные, короткие? Светлые или тёмные?

— Волосы тёмные, вроде. И, наверное, короткие. Я со спины-то его не видела — когда обернулась, он уже в другие кусты шмыгнул. Но спереди вроде как прилизанные. Лица я и вовсе не разглядела.

— А обувь какая?

— Да откуда ж мне знать? Я ему на ноги не смотрела!

— Он выбежал прямо на Вас. Там асфальтовая дорожка. Постарайтесь вспомнить его шаги, — подсказал майор. — Ночь, тихо. Вдруг сбоку зашуршали кусты…

— Да, кусты шуршали… — сосредоточенно нахмурившись, проговорила женщина. — Но шаги я не слышала. Только Лорик дёрнулся в ту сторону, но мы уже домой шли, я его на поводке держала. И тут этот, как чёртик из коробочки. Нет, не слышала шаги. Наверное, на нём кроссовки были с мягкой подошвой.

— Возможно, — кивнул Макс.

Задав еще несколько вопросов, оперативник убедился, что больше из женщины ничего вытянуть не удастся. Вежливо, но твёрдо отклонив приглашение приехать вечером и познакомиться с хорошим мальчиком Лориком, Макс откланялся.

Обратно в контору майор мчался на максимально допустимой правилами скорости. К счастью, Николая никуда не успели сдёрнуть, и он был на месте.

— Вот посмотрю я теперь, что ты скажешь! — возвестил Макс прямо с порога.

Капитан оторвался от увлекательного разглядывания серых туч за окном и обернулся к другу:

— Смотря, по какому поводу.

— По поводу личности нашего маньяка! Вот, послушай, что мне свидетельница рассказала.

И майор, опустив подробности своего конфуза с собакой, поведал о поездке.

— И что ты тут такого увидел? — пожал плечами капитан. — Как и предполагалось, ни фига она не рассмотрела…

— Ну, как же?! Это точно была чёртова гвоздёвская Якудза! Не зря я на неё стойку сделал!

— Да где ты там вьетнамку нашёл?! — опешил Николай. — Свидетельница даже не поняла, баба её толкнула или мужик!

— Ну, как же? — в свою очередь удивился Макс: как это друг не замечает очевидного. — Рост, передвигается бесшумно, шмотки, как чехол для уазика, волосы прилизанные. И тебя она отпустила, помнишь? Не иначе, как на этом диктофоне что-то про её делишки было, и она это от хозяина скрывает, вот и продемонстрировала жест доброй воли.

— Мутноватый портрет получился, — хмыкнул капитан. — Мало ли, кто ходит в широких штанах и гладко зачёсывает волосы.

— А я уверен, что это была она, — упрямо качнул головой майор. — Да что тут раздумывать. Её надо колоть.

Ребров пододвинул другу городской телефон.

— И?

— Что «и»? Звони Гвоздю. Он же тебе говорил, что ты можешь задавать вопросы.

— Но отвечать-то он не обещал, — напомнил Николай, но номер все-таки набрал.

С полчаса он, под нетерпеливым взглядом Макса, пробивался сквозь заслоны секретарей и менеджеров, пока, наконец, в трубке не раздался недовольный голос Меньшова:

— Вы никак не можете оставить меня в покое? Что Вам нужно на этот раз?

— Здравствуйте, господин Меньшов, — Николай нажал на кнопку громкой связи, чтобы майор слышал беседу.

— Здравствуйте, — буркнул авторитет.

— По поводу известной Вам информации всплыли некоторые подробности, — обтекаемо объяснил капитан. — Я бы хотел побеседовать с Вашей помощницей, возможно, благодаря ей вопросы к Вам удастся закрыть.

— С Фыонг? — не сдержал удивления Гвоздь. — А она-то тут при чём?

— Ну, Вы же понимаете, что это не телефонный разговор, — ушёл от прямого ответа оперативник. — Нам бы с коллегой поговорить с девушкой в спокойной обстановке…

— Ну, хорошо… — начал было Гвоздь и неожиданно оборвал фразу. — Одну минуту…

Друзья удивлённо переглянулись.

— Нет, молодой человек, — голос Меньшова раздался после продолжительного молчания, когда Николай уже задумался, не сорвался ли звонок. — Если Вы хотите пообщаться с моей помощницей, Вам придется вызвать её к себе. И не забудьте приготовить все бумаги, которые положено оформлять в таких случаях. Мои адвокаты с интересом их изучат.

— Однако, — проговорил капитан, положив трубку, из которой неслись короткие гудки.

— Ты и после этого думаешь, что Фыонг всего лишь секретарь? — хмыкнул Макс. — Гвоздь-то был не против, а потом она его тормознула.

— Кто его тормознул, мы не знаем, — покачал головой Николай.

— Коля, включи логику. Кто ходит за Гвоздём как тень? Кто может не только слушать его разговоры, но и прервать их? Кто, в конце концов, не хочет связываться с полицией ни в коем случае? Тебе же это продемонстрировали наглядно! Даже если забыть о твоих ночных похождениях, вспомни, Якудза и банально здороваться с нами не желает!

— Мало ли, по какой причине она не здоровается? — проворчал капитан, но слова друга всё-таки зародили и в его мыслях некоторые сомнения. Что, если это и правда странная вьетнамка режет девушек, как курей? Уж ловкости ей на это бы хватило. Николай прекрасно помнил, каким быстрым, отточенным движением она уходила от возможного удара, когда появилась в кабинете той ночью. Тренированное тело не спрячешь, оно говорит само за себя.

— Я всё равно вытащу эту птицу на свет божий, — пробормотал, между тем, Макс, возвращаясь к своему столу.

— Вызовешь ее официально? — уточнил капитан.

— А хоть бы и так, если иначе не получится.

— Думаешь, следователь на это пойдёт? У нас же на неё ничего нет.

— Куда он денется. У меня после размолвки с Грибовым сложилась репутация скандалиста и любителя писать в прокуратуру, — криво усмехнулся майор. — Он не захочет ругаться с прокуратурой, поверь мне.