Приговор: Жить (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 51

— Разберёмся, — дёрнул подбородком майор. — Тогда я поехал. Тут ничего, кроме очередной выволочки, не высидишь.

Он поднялся и, кивнув другу, вышел за дверь.

Николай тоже недолго оставался в кабинете. Уточнив адрес и выцарапав-таки из какого-то секретаря сведения, что искомый ген-директор, вроде как бы, должен быть в офисе после часа, капитан поехал туда.

Проболтавшись по приёмным и секретарям, важную персону Николай всё-таки взял измором, но уже на десятой минуте разговора понял, что только зря потратил время. Холёный мужчина с брильянтовым зажимом на галстуке, ежеминутно поглядывая на часы, цедил слова, как великое одолжение. Да и все его ответы можно было бы легко свести к банальному «не знаю, не видел».

Выбравшись из очередного роскошного офиса, капитан попытался связаться с другом, но Макс на звонок не ответил. И телефон Лидочки оказался вне зоны действия сети. Окончательно решив, что день паршивый, капитан, купив по дороге пачку пельменей, отправился домой.

Едва Николай поставил на плиту кастрюлю с водой, запиликал мобильный.

— Коля, привет, — звенящий от радости голос Лидочки мигом прогнал дурное настроение.

«Неужели?» — мелькнула безумная мысль, но не успел Николай всерьёз задуматься над ней, как девушка, не дожидаясь ответного приветствия, выпалила:

— Девяносто девять целых и девяносто девять сотых процента!

— Здорово! — ахнул капитан. — Ты результаты получила?

— Да! С печатями. Правда, там имя не стоит, я же анонимный заказывала. Но, если Макса захочет, мы ещё раз сделаем!

— Лидочка, давай, я тебя сейчас подберу, и мы эту новость вывалим на голову твоему братцу прямо сегодня, — предложил Николай, радуясь, что появилось нечто, способное прогнать тоску, казалось, навечно поселившуюся в глазах друга.

— Я сама хотела тебя об этом попросить, — рассмеялась девушка. — Сил нет терпеть! И не надо меня забирать, меня Марго привезёт. Она обещала.

— Неужели мы и твою неуловимую подругу сегодня увидим?

— Разве что, в окно. Она куда-то опять торопится, неуловимая наша. Ай!

— Что такое? — всполошился Николай.

— Нет, нет, всё в порядке, — успокоила его невеста. — Это Марго не понравилось определение «неуловимая». А я что могу поделать, если она так себя ведёт?

— Ничего, — смеясь согласился капитан.

— Всё. Я заканчиваю, а то Марго грозится, что, если я буду болтать, то пойду пешком. А я даже понять не могу, на каком берегу Невы мы с ней находимся.

Лидочка завершила разговор, и Николай, отсмеявшись, набрал номер друга с твердым намереньем позвонить сто раз, если понадобиться. Но Макс снял трубку почти мгновенно.

— Привет. Сразу говорю, что ни хрена я не узнал, только зря пробегал, задрав хвост, полдня.

— Эй, я не Сморчок, — усмехнулся Николай, — передо мной отчитываться не надо!

— Да это я так, — хмыкнул майор. — Навык вырабатываю. Рефлексы, как у собаки Павлова.

— Давай, подъезжай ко мне, собака Павлова, — расхохотался капитан. — Будем у тебя рефлексы на новости вырабатывать.

— Надеюсь, новости хорошие? На паршивые у меня и так уже рефлексы — будь здоров.

— Хорошие, хорошие. Приезжай.

— Ладно. Минут через пятнадцать буду. Я тут недалеко.

Макс позвонил в дверь через двенадцать минут.

— Соскучился ты, брат, по хорошим новостям, — улыбнулся капитан. — Вон, как быстро примчался.

— Могу пойти погулять с полчасика.

— Угу, еще чего не хватало. На кухню иди, — Николай отвесил другу шутливый подзатыльник, который, впрочем, пришелся в пустоту, ибо майор увернулся.

— Так что за новости-то? — спросил он, принимая кружку горячего кофе.

— Имей терпение, — попенял капитан, хотя сам то и дело поглядывал на часы.

— Мы ждём гостей?

Настойчивый длинный и, как показалось капитану, какой-то радостный звонок в дверь не позволил ответить. Николай подскочил и метнулся в коридор. Пять минут спустя на кухню вошла Лидочка. Увидев ее Макс поднялся:

— Добрый вечер, Лидочка, — видя, что она не отвечает, он немного смутился и продолжил. — Надеюсь, Вы простили мне…

— Заканчивай эти реверансы и дай Лидочке сказать, — перебил капитан и подбодрил девушку. — Не бойся, милая.

— Я… Я не боюсь, — девушка неожиданно засмущалась еще сильнее оторопевшего Макса. — Я… Макса, ты не помнишь меня?

— Н-нет, — выдавил из себя майор, с ужасом подумав, что симпатичная Лидочка вполне могла оказаться одной из его прежних пассий.

«Да нет, же! — одернул он сам себя. — Когда это я с малолетками связывался?!»

— А так? — она вдруг подхватила короткие светлые локоны, зажав их в кулачках наподобие детских хвостиков.

— Макса… — начало медленно доходить до мужчины. — Ты чем-то похожа… Да, нет… Не может быть!

— Может… — прошептала она, опуская руки.

— Но ты… Я же сам вас… — голос не повиновался ему. Он шагнул вперед, всматриваясь в лицо, с каждой секундой становившееся все более знакомым. — Подожди… Можно, я…

Дрожащими пальцами он выровнял светлые пряди, позволив им свободно упасть на щеки девушки, закрывая уши.

— Мама, — выдохнул Макс, пошатнувшись и хватаясь за холодильник. — Вылитая мама… Господи.

— Эй, брат, — Николай, испугавшись мертвенной бледности, залившей лицо друга, ногой пододвинул ему табуретку, — от счастья не умирают.

Капитан уже успел пожалеть, что устроил подобный сюрприз. Максим, теперь не бледный, а какой-то серый, неверяще смотрел на Лидочку, а она, ломая пальцы, не решалась прикоснуться к нему.

— Но я же сам… Господи, да что же это? — невнятно пробормотал тот, и с ресниц сорвалась первая слезинка.

— Я тест сделала на ДНК, — отмерла Лида и суетливо полезла в сумку.

Но майор не дал ей договорить. Резким, почти болезненным движением он обнял девушку и притянул к себе:

— Леночка… Господи… Спасибо, Господи…

Глава 31

Начало августа. Четверг

Капитан Коробов, накинув на голову капюшон лёгкой ветровки, выскочил из арки на улицу и побежал к машине. Вчера вечером, после того, как он отвез Лидочку домой, найти более удачное место для парковки, чем за два квартала от дома, не удалось. И, конечно же, именно сегодняшнее утро встретило его проливным дождём.

Впрочем, не дождь заставлял оперативника то и дело хмуриться. Он тряхнул головой, отгоняя неприятные воспоминания, но проверенный метод не подействовал, и мрачные мысли завертелись в новом хороводе. А дело было, как обычно в последнее время, в его друге.

Узнав, кем ему приходится Лидочка, Макс не просто обрадовался. Он был счастлив, и, впервые за этот год, снова смеялся, не тая в глубине глаз звериную тоску. Видя это, Николай расслабился, решив, что возвращение сестры, в которое майор поверил сразу и безоговорочно, отмахнувшись от бумаг и не требуя доказательств, вернёт другу душевное равновесие. И происходящее только подтверждало эти его надежды. Они вместе доставили Лидочку домой, шутили и дурачились на обратном пути…

А ночью Николая сорвал с постели дикий крик, донёсшийся из соседней комнаты. С трудом ему удалось разбудить друга, который метался на влажных простынях, повторяя: «Она сгорела! Сгорела!». Кое-как он втолковал Максу, где тот находится.

— Она же вернётся. Как Леночка, правда? — как-то безнадежно спросил его друг тогда, подрагивающими пальцами убирая прилипшие ко лбу пряди, густо посеребрённые сединой.

— Да! — не задумываясь, ответил Николай.

— Глупый вопрос, — тихо проговорил майор, поднимаясь. — Зачем я до сих пор живу, если нет.

Он ушел в душ, а после, несмотря на то, что ещё не было и шести, уехал.

И вот сейчас, быстро шагая под проливным дождём, Николай никак не мог отделаться от мыслей, что произойдет, когда майор Ребров поймёт, что его невеста действительно умерла.

Ещё один человек не мог выбросить из головы горькие мысли. Ида, девушка, вчера впервые за двадцать лет обнявшая брата, вместо того, чтобы радоваться, без сна прокрутилась под покрывалом всю ночь, и даже не пошла утром на лекции. И повинно в этом было её собственное любопытство. Когда брат и жених привезли её домой вчера вечером, она не удержалась и взглянула на новообретённого родственника истинным зрением. Девушка хотела рассмотреть те самые родовые линии ауры, о которых говорила подруга. А вместо этого увидела грязно-коричневый энергетический узел в районе солнечного сплетения. Что это значило, Ида не знала. Она никогда раньше не встречала ничего подобного, да и опыта в таких делах у неё было немного.