Судья и палач (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 21

— И? — улыбку с ее лица как ветром сдуло.

— Объясни мне, в чем отличие, — выдал майор. — Ты говорила, что у вас не бывает измен и разводов?

— Разумеется, нет!

— Ну, с изменами понятно. Это я одобряю, хоть и не понимаю, как вы добились такого высокоморального общества. Но развод… Мало ли какие обстоятельства могут в жизни случиться…

— Окстись, Макс! Какие еще обстоятельства? Узы богов — это раз и навсегда.

— А если не сошлись характерами? Ошиблись в выборе? В сексуальном плане не подошли друг другу, в конце концов?! — воскликнул Макс, не заметив очередной предостерегающий взгляд друга.

— Так не бывает, — пожала плечами девушка. — Сюзерен не может ошибиться в выборе и соединить две неподходящие друг другу души. Если в семье нелады — это вина супругов, их лень, эгоизм, нежелание избавляться от недостатков… Это повод задуматься над своим поведением, а не разводиться.

Макс, разинув рот, смотрел на магичку, не понимая, шутит она так, или говорит серьезно.

— Прости, но до меня не доходит, кто лучше самих людей, то есть магиков, может решить, с кем им лучше жить?! Кого любить, с кем растить детей? — выдохнул он, наконец. — Это же какой-то апогей тирании!

— При чем тут тирания?! — моментально ощетинилась Агафья. — Сюзерен дает совет. Магик вправе отказаться от него, и никакого наказания за сим не последует!

— Сюзерен — это бог магиков, Макс, — пояснил Николай, опасаясь, что друг наговорит резкостей.

— То есть на вашей Ории жрецы командуют? — не сумел остановиться майор.

— Нет, — усилием воли заставив себя говорить спокойно, отозвалась девушка. — Сюзерен живет среди нас. Он сын Создателя. И никаких жрецов у него нет. Любой магик может прийти к нему за советом. И Он не откажет. Хотя, этим не злоупотребляют. Большинство магиков переступают порог Небесного чертога лишь дважды в жизни. Когда получают Предназначение и партнера. Точка. Со своими мелкими проблемками мы должны справляться сами. Стыдно бежать к Богу с ерундой.

— Мило… И как сии подарки выглядят?

— Не понимаю твой вопрос. Никак не выглядят. Когда магику исполняется восемнадцать, он, отучившись в общей школе, приходит к Сюзерену за предназначением. Всезнающий касается его головы и сразу знает о нем все. Таланты и склонности, страхи и желания, мечты и надежды… И говорит, где лучше всего приложить свои силы и умения. Через пять лет, пожив вне школы или закончив Магическую Академию, это уже зависит от Предназначения, магик возвращается в Небесный Чертог, и все это повторяется. Сюзерен знает характер стоящего перед ним лучше, чем он сам. Не удивительно, что Милосердный создаст идеальную пару. И главное тому доказательство то, что на Ории просто нет такого понятия, как развод. Теперь тебе понятно? Ни о какой тирании в данном случае не может быть и речи. Только добрый совет того, кто мудрее нас.

— Погоди, погоди, — замотал головой Макс, ошалев от лавины шокирующей информации. — Ты мне как-то говорила, что по вашему тебе тридцать восемь лет, так?

— Так, — кивнула магичка. — Год у нас чуть длиннее земного, но это не существенно.

— Так ты что ж… Получается, что ты… Уже пятнадцать лет замужем? Дети, наверное, уже есть?

— Я, пожалуй, пойду телек посмотрю, — сказал вдруг Николай, поднявшись. — Не вздумайте тут опять переругаться.

Он выбрался из-за стола и вышел в коридор.

— Ты мне не ответила, — напомнил майор, едва заметив его уход.

— Нечего отвечать, — проворчала магичка. — Нет у меня ни супруга, ни детей. И никогда не было. Я отказалась от Выбора Сюзерена. И, как видишь, живу и здравствую. Никаких санкций за моим отказом не последовало. Я спокойно работала в Теневой страже. Даже сделала карьеру, как вы тут выражаетесь. Так что на собственном опыте могу сказать, что Советы Сюзерена — это именно советы, а не приказы.

— Извини за наглость, но ты сама себе противоречишь. Измен у вас нет, партнер один и навсегда, но ты, по твоим словам, замужем не была…

— Все верно. Не вижу никаких противоречий.

— Агафья, если тебе тридцать восемь лет, то как же ты решала проблему, прости, интимного характера…

— Какую еще проблему? Если ты пытаешься применить ко мне человечьи стандарты, и так вот заковыристо желаешь выяснить, был ли у меня сексуальный партнер, то мой ответ: нет.

— Так ты, что, девственница? — ляпнул, вконец обалдев, Макс.

— Создатели! За что мне это?! — картинно вскинула к потолку взгляд Агафья. — Да. Да, демон меня забери. У людей сие считается уродством?! Любой магик принимает узы богов невинным, как вы выражаетесь! И дело не в физических изменениях, порицаемых вашим обществом, ты, примитивный орангутанг! Случись близость до обряда, аура изменяется необратимо! Магик теряет магию! Навсегда!

— Так вот почему ты морочишь мне голову и тянешь со свадьбой! Ты вообще не собираешься выходить за меня замуж! Ты не хочешь потерять свои фокусы!

— Все-таки ты идиот… — устало констатировала магичка.

— Еще какой! Как я мог тебе поверить?! Ты же всемогущая ведьма! Великая иномирянка! А я всего лишь какой-то там человечишка, да?! Как это мы, грозные колдуньи, падем так низко?!

Она непонимающе смотрела на мужчину, медленно осознавая, что именно он ей сказал. Магичка судорожно глотнула воздух, пытаясь не выпустить наружу нарастающее со скоростью урагана бешенство. Ей это не удалось. Перед глазами поплыл красный туман.

— Ты меня достал! — Агафья резко поднялась, вцепившись в столешницу с такой силой, что побелели костяшки. — Хотел знать причину, почему я тяну со свадьбой?! Пожалуйста! У магиков дети рождаются поздно! Один случай из тысячи, чтобы родители были моложе ста лет! А ты мне все уши прожужжал о том, как мечтаешь о потомстве! Я не хотела лишать тебя этого!

— Но обряд… Твоя магия… Ты же боишься ее потерять… — оторопел Макс, разом растеряв весь свой пыл.

— Я не боюсь что-то потерять! — в ярости прошипела она. — Узы богов я могу призвать сама, хоть сейчас! Всего-то пару капель нашей крови и простейшее плетение! Ты. Ты и твои мечты, которые я боялась разбить! Вот единственная причина, почему я тяну со свадьбой!!! Но я же злобная стерва с манией величия! Такой ты меня считаешь, как выяснилось! Так, вот, у меня для тебя тоже сюрприз, дорогой! Я не отношусь к людям! Я другая! Я магик! Когда ты это поймешь?! Смотри! Смотри, какая я!

На побледневшего мужчину глянули бездонные омуты, а не глаза. Белка почти не было видно, только сгусток жидкого живого огня, рассеченный вертикальным, как у кошки, зрачком. Из-под пальцев магички потянулись струйки едкого дыма. В воздухе запахло жженым пластиком. На мгновенье майору показалось, что вокруг девушки пляшут язычки пламени.

— Что здесь, черт вас дери, происходит?! — на крики из комнаты прибежал Николай.

— Момент истины, — не оборачиваясь, отозвалась магичка, слегка отрезвленная его появлением.

Пушистые ресницы опустились, скрывая нечеловеческий взгляд. Она с трудом разжала сведенные судорогой пальцы. Там, где только что лежали ее руки, на столешнице обнаружились черные подпалины.

— Кажется, я испортила твой кухонный стол. Прости. Завтра же куплю новый. Я не умею восстанавливать пластик… Он не живой, как металл или дерево.

— К дьяволу стол, — Николай обнял ее за плечи, взглядом осадив дернувшегося было Макса. — Он все равно шатался. Теперь будет повод его выбросить. Пошли, посидишь в тишине, успокоишься окончательно. Или лучше душ прими. Мне это обычно помогает.

— Да, ты прав, — пробормотала магичка, позволяя себя увести. — Холодный душ будет как раз в тему.

Когда Агафья полчаса спустя вернулась на кухню, Николай сидел за столом один.

— Он уехал домой, — ответил мужчина на ее вопросительный взгляд. — Сказал, что ему надо подумать.

— Ясно.

— Ты тоже хороша…

— Не спорю, но… Помнишь, я тебе говорила, если любит меня, то примет такой, какая я есть… А если не примет, значит, любил не меня, а свое представление обо мне… Я, наверное, путано объясняю?