Богиня Луны Древнего народа (СИ) - Наталья Корепанова - Страница 23

— Селена, ты ешь, не переживай. Хороший шашлык получился, — заметив мои страдания, поспешила успокоить меня леди Икэсса.

— Согласен, — подтвердил лорд Джэффас, потянувшись за вторым шампуром. — Ты молодец, Селена.

Я облегчённо вздохнула и, наконец, решила попробовать своё творение. И, проглотив первый кусок, удивлённо выдохнула:

— А ведь и вправду вкусно. Не ожидала.

Сидящие за столом дружно рассмеялись.

— Селена, — укоризненно сказал Стэнн. — Неужели ты думаешь, что я позвал бы папу с мамой, если бы было иначе? У меня не было цели тебя опозорить.

— Я знаю, — смущённо улыбнулась я. — Но всё равно страшно было. Я до сих пор поверить не могу, что колдовать научилась.

— Ну, а я в честь такого случая торт приготовила. Давайте отметим рождение новой колдуньи, — леди Икэсса прищёлкнула пальцами, и в раскрытое окно влетел громадный торт. Покружившись над столом, торт опустился на подставленное Стэнном блюдо.

— Какой красивый! — охнула я, разглядывая башенки из крема и озеро из глазури. — Целая картина. Даже есть жалко.

Леди Икэсса улыбнулась:

— Надеюсь, на вкус он не хуже, чем на вид.

И подвинула ко мне нож:

— Выбери себе, что больше нравится.

Я взяла нож… растеряно положила его обратно и жалобно попросила:

— Оставьте мне кусочек на пробу. Я просыпаюсь! Почему-то я уже выспалась.

И — проснулась.

Елена

Четверг прошёл более-менее благополучно, хотя я весь день с содроганием ждала новых пакостей от своей не в меру разошедшейся судьбы. Но она, видимо, тоже подустав, на сей раз дала мне пожить спокойно. И даже адвокат «мадам Брошкиной» до меня сегодня не докапывался.

Вечером я позвонила Ларисе:

— Ты мне до сих пор не рассказала о своей поездке. Если ты и сегодня скажешь, что не сможешь пойти со мной поужинать — прокляну!

Лариса — моя подруга. Когда-то мы работали в одной организации, тогда и подружились. Потом наши пути разошлись, но дружить от этого мы не перестали. По профессии Лариса — консультирующий психолог. Пользуется заслуженным уважением своих клиентов, которых у неё достаточно много. Но помимо работы у Ларисы куча увлечений. Самое главное — реконструкции Древней Руси. Ездит на фольклорные фестивали, сама шьёт одежду и делает атрибуты, участвует в исторических постановках. О древних славянах знает, наверное, больше любого историка. Мгновенно готова сорваться с места и поехать в любую Тьмутаракань, если только узнает, что там состоится очередная реконструкция или какое-то другое событие на древнеславянскую тему. А ещё она плетёт из бисера замечательные украшения и прекрасно вышивает. Словом, вполне себе разносторонне развитая личность.

И вот эта личность пару дней назад вернулась из Ярославля, куда ездила опять по каким-то древнерусским делам, и мне не терпелось узнать, что же они там делали на этот раз. Но ни в день приезда, ни на следующий день встретиться нам не удалось. И вот сегодня я, наконец, решила ликвидировать этот пробел в моей жизни.

Итак, я позвонила Ларисе.

Услышав мою угрозу, Лариса рассмеялась:

— Как я понимаю, при таком приглашении отказ чреват большими неприятностями? Но я всё-таки рискну — и откажусь. Ну, правда, не могу сегодня. У меня через пятнадцать минут клиентка придёт. Давай лучше в субботу позавтракаем в пиццерии.

— Ну, хоть так, — согласилась я. — Я, честно говоря, и не рассчитывала, что прямо сейчас возьмёшь и согласишься. Мне и самой никуда идти не хочется. Но надо же было немного поругаться, правда?

— Ну, да, — ехидно подтвердила Лариса. — Если за весь день ни с кем не поскандалил, считай, день прожил зря, верно?

— Ага, — улыбнулась я. — Могу тебе похвастаться: исходя из твоих слов, неделю я прожила очень плодотворно.

— Неужто со всеми учениками переругалась? — восхитилась Лариса, знавшая мою нелюбовь к склокам.

— Хуже… мадам Брошкина задолбала, — вздохнула я.

— Что за мадам? И почему я о ней не знаю? — возмутилась подруга.

— Знаешь. Говорила я тебе. Просто так не называла. В субботу встретимся — расскажу. Не хочу по телефону.

— Ну, ладно, — покладисто согласилась Лариса. — В субботу, так в субботу. А сейчас давай прощаться — ко мне пришли. Встречаемся в десять, хорошо?

— Хорошо. Пока!

Улыбнувшись, я положила телефон в кармашек сумки. Кажется, жизнь налаживалась!

Стэнн

Стэнн и Рэвалли сидели в кабинете, просматривали отчёт казначея полиции за прошедшую декаду, и Рэвалли чувствовал, как друг постепенно наливается злостью. И хорошо понимал, чем эта злость вызвана.

— Древние Боги! — внезапно высказался, оторвавшись от листочка с цифрами, Начальник Тайной Полиции. — За что мне такое наказание? Уволю! Точно уволю! За разбазаривание Королевской казны. Вот это что такое?

И Стэнн ткнул пальцем в пятую строчку таблицы.

— Унитаз, инкрустированный бриллиантами, с платиновой арматурой. У нас всё есть и нам для полного счастья только унитаза с бриллиантами не хватает? Или он боится, что из-за отсутствия платиновой арматуры у меня запор случится, от которого меня никто излечить не сможет? А это что? Письменные приборы из драконьего камня, десять штук! Десять! Из драконьего камня! Это же целое состояние! Уволю, кимрак его забери! Чтоб его нежить слопала!

Рэвалли расхохотался:

— Тебе не угодишь. То ты его в скупости обвиняешь, то уволить за растрату хочешь.

— Но ведь так и есть! Когда нужно срочно приобрести что-то действительно необходимое, начинается нытьё: денег нет, лимит на эту декаду исчерпан, средства остались только на экстренные траты. А тут — месячный бюджет целого города выброшен на ветер! Вот заставлю его за все эти излишества заплатить из собственного кармана, в следующий раз подумает, нужен ли в Тайной Полиции унитаз с бриллиантами. Хотя, пожалуй, следующего раза не будет. Уволю и унитаз на прощанье подарю. И Указ издам с запретом этот унитаз у него покупать. Пусть сам наслаждается — без работы, зато на унитазе с бриллиантами.

По-прежнему улыбаясь, Рэвалли качнул головой:

— Не горячись, Стэнн. Согласись, покупки для нашего казначея нестандартные. Раньше он на подобные вещи деньги не тратил. Может, прежде чем увольнять, выслушаешь его объяснения?

— Выслушаю, — согласился Начальник. — Прямо сейчас и выслушаю. Уже зов ему послал.

В дверь едва слышно поскреблись.

— Входите, — громко сказал Стэнн, и в полуоткрытую дверь проскользнул маленький тщедушный человечек.

— Вызывали, лорд Стэнн? — в голосе было вежливое удивление и ни капли страха.

— Вызывал, — зловеще подтвердил Начальник Полиции. — Объясните мне, уважаемый лорд Гартэммо, странный выбор ваших покупок, который вы сделали, не согласовав со мной и потратив кучу денег на совершенно ненужные излишества.

— Вы имеете в виду унитаз, инкрустированный бриллиантами с платиновой арматурой, и письменные приборы из драконьего камня, десять штук? — дотошно перечислил казначей.

— Именно их, — сердито подтвердил Стэнн.

— Приказ Короля! — гордо поднял голову лорд Гартэммо.

— Что? — растерялся Начальник.

— Приказ Короля, — снова значительно повторил казначей. — Из личных фондов Его Величества. За выдающиеся заслуги Тайной Полиции в деле защиты мирного населения от нежити.

— Кхм, — закашлялся Рэвалли, пряча улыбку. Очень уж забавно выглядел Стэнн, глотающий воздух и не знающий, что сказать в ответ на подобное заявление.

— Понятно, — наконец взял себя в руки Начальник. — Спасибо за службу. Можете быть свободны.

Казначей сдержанно наклонил голову и вышел. Едва за ним закрылась дверь, Рэвалли расхохотался:

— А ты хотел его уволить. Король бы не понял твоего поступка.

— Не ожидал я такого от Его Величества, — пробормотал Стэнн, вызывая Кэйти. — Придётся пообщаться с прадедушкой.

— Пообщайся, — продолжал веселиться Заместитель Начальника. — Выясни, почему именно унитаз? Может, Король подразумевал, что после встречи с нежитью он нам понадобится?