Богиня Луны Древнего народа (СИ) - Наталья Корепанова - Страница 25

Стэнн с Гэйнисом тоже встали. Поклонились почтительно, проводили взглядом уходящего Короля.

— Стэнн, говорят, Селена вернулась? — неожиданно спросил дядя.

— Отец рассказал? — улыбнулся племянник. — Да, вернулась. И знаешь, словно и не было этих лет разлуки. Она совсем не изменилась. С ней по-прежнему легко и хорошо. Я очень рад её возвращению.

— Она знает, что ты — принц?

— Нет. И до свадьбы не узнает. И ты ей не говори.

— Я-то как скажу? — усмехнулся Гэйнис. — Ты ведь её во дворец не приведёшь?

— Ни за что! Начнётся опять, как у бабушки и отца: это мезальянс, во мне нет королевской крови, я не аристократка… Не нужны мне осложнения. Исчезнет опять, где я её искать буду? Лучше скажи, ты не знаешь, как можно попасть в другой мир, чтобы Селену отыскать?

— Откуда? — усмехнулся дядя. — Могу только посоветовать порыться в древних книгах. Во дворце большая библиотека, много раритетов. Да и в Высшей Школе есть, что почитать. Может, и найдёшь какие-нибудь упоминания о других мирах.

— Спасибо, дядя Гэйнис. Так и сделаю. Выпиши мне ночной допуск во дворец.

— По ночам сидеть будешь? — укоризненно качнул головой Гэйнис.

— А когда ещё? Днём — некогда, вечером — Селена приходит. Только ночь и остаётся.

— С Айтубой поговори, может, даст тебе каких-нибудь травок укрепляющих. На износ ведь работать будешь.

— Поговорю, — согласился Стэнн. — Не беспокойся, буду в Свободные дни отсыпаться.

— А ты их берёшь? — иронично усмехнулся дядя.

— Теперь буду брать, — твёрдо пообещал племянник.

— Пойдём в мой кабинет, выпишу тебе допуск, — согласился, наконец, Гэйнис и пошёл к выходу. Стэнн улыбнулся и поспешил следом.

Селена

Мы выехали за ворота, и Мурлыка, не торопясь, повёз нас в сторону леса. У Главного Начальника Тайной Магической Полиции был Свободный день, что-то типа нашего выходного, и мы решили немного покататься. Стэнн сидел сзади, и у меня было ощущение, что я сижу в надёжном и очень удобном кресле, где сам колдун был спинкой, а его руки, державшие поводья — подлокотниками.

Стражники у ворот, завидев важно выступавшего Мурлыку, уважительно вытянулись перед Начальником, положив руки на эфесы длинных мечей.

— Стэнн, — поинтересовалась я, — А зачем у вас стражники с такими мечами ходят? Неужели они ими смогут город защитить?

— Да ну, что ты. Конечно, нет. Эти мечи… как тебе сказать… символ, что ли. Тысячи лет назад было заведено, что приезжих встречали стражники с мечами, показывавшими всем, что город хоть и мирный, но всегда готов встать на свою защиту. И эта традиция так и осталась с тех времён. А вообще, мечами у нас уже лет пятьсот никто не воюет. У полиции есть бахуты, которые поражают цель за сто пятьдесят-двести метров, ну а Маги — те предпочитают сражаться вообще без оружия, одними заклинаниями. Так что мечи — это как парадная форма. Взял меч — все сразу понимают: на дежурство к воротам пошёл.

Я снова оглянулась: стражники, расслабившись, привалились к сторожевой будке и лениво оглядывали входивших и въезжавших в ворота горожан и приезжих.

— А для чего они вообще тут стоят? Они же даже не проверяют никого. А вдруг какой-то злоумышленник проедет, а они его не досмотрят, а он потом натворит дел в городе.

Стэнн тоже обернулся:

— Ну, это вряд ли. Во-первых, в полицию берут только людей, закончивших Высшую Школу и получивших диплом Стража-Полицейского. Во-вторых, в Школе их учат, как по цвету лёгкого тела определять злодея. И, в-третьих, на ворота ставят только опытных полицейских, уже хорошо владеющих этим методом.

— А что это за цвет лёгкого тела? И что такое — лёгкое тело?

— У каждого человека, кроме его плотного тела, существует еще и воздушное, духовное тело. Мы его называем лёгким, потому что оно парит возле человека и взвесить его невозможно.

— Аура, что ли? — спросила я, и тут же, засмеявшись, замахала руками: — Не обращай внимания, а то мы сейчас в терминологии запутаемся. Кажется, я поняла, что ты имеешь в виду. И ты хочешь сказать, что стражи ворот могут видеть ауру человека? Его лёгкое тело?

— Конечно. Иначе их на ворота не поставят. Поэтому им и досматривать никого не надо. Они и так понимают, есть ли у человека злые мысли.

— А ты тоже так умеешь?

— Да, — кивнул Стэнн, — я же тоже полицейский, да ещё и Тайный, и Магический. Мне без этого умения никак нельзя.

— Значит, ты и мою ауру видишь?

Я внезапно разволновалась: это что ж такое? Развелось колдунов, даже настроение от них своё не скроешь!

Стэнн рассмеялся:

— Ты рассердилась. И посинела от злости. Хотя только что была золотисто-зелёного цвета.

И, посерьёзнев, погладил меня по плечу:

— Не переживай, никто за тобой не подглядывает. Ни я, ни папа, ни мама. Мы пользуемся этим умением только при необходимости, вызванной, как правило, рабочими проблемами. Всё время разглядывать лёгкое тело — довольно утомительное занятие. Поэтому стражникам после каждого дежурства дают Свободный день. Когда-нибудь я тебя этому научу, и ты сама увидишь, как быстро тебе надоест этим заниматься.

— А кроме полицейских, это ещё кто-нибудь умеет?

— Лекари. Им это тоже для работы нужно. У каждой болезни — свой цвет. И это помогает им быстро и точно поставить диагноз. Ну, а потом вылечить уже не проблема.

— Да, — вздохнула я. — Быстро поставить диагноз — это, конечно, очень важно.

И недоверчиво оглянулась на Стэнна:

— Слушай, а неужели опытные колдуны не могут управлять цветом своего лёгкого тела? Хотя бы для того, чтобы стражников обмануть?

— Опытные — могут, — кивнул Главный Начальник Тайной Магической Полиции. — И стражники их, конечно, не выловят. Они больше за простыми жителями следят, чтобы какой-нибудь разбойник в город не прорвался. Маги им не по зубам. Но для этого как раз мы и существуем: Тайная Магическая Полиция.

— Чем больше я узнаю о вашей работе, тем интереснее мне становится, — призналась я. — Жаль, что я не смогу с тобой поработать.

— Кто знает, — пожал плечами колдун. — Может, когда-нибудь и сможешь. Жизнь длинная, никогда не знаешь, как она повернётся.

— Ну, да. Прямо вижу уже, как мы с тобой по горам ползаем в поисках злобного мага, — рассмеялась я.

Стэнн сжал мои плечи:

— Ты уже второй раз говоришь о горах. Я начинаю переживать.

— Да ну, — обернувшись, улыбнулась я. — Я ж просто так болтаю. Сама не знаю, что уж я к этим горам так привязалась.

— Вот и я не знаю, — пробормотал Стэнн. — А неплохо было бы знать.

Его тревога мгновенно передалась мне. И вправду, дались мне эти горы!

Но тут Мурлыка, слегка рыкнув, остановился. Я огляделась. Мы находились на вершине того самого холма, где несколько дней назад я встретила Стэнна. А прямо перед нами, в нескольких шагах, стоял человек и настороженно смотрел на гепьерда. На человеке был длинный тёмный плащ с капюшоном, прикрывавшим голову и скрывавшим лицо. Фигурой он немного напоминал снеговика: невысокий, кругленький, с длинным острым носом, выглядывавшим из-под капюшона.

— Не бойтесь, — поспешно сказала я. — Он вам ничего не сделает.

— Да я, собственно, и не боюсь, — лениво растягивая слова, ответил мужчина. — Просто вы появились несколько неожиданно.

— Вы — тоже, — с неожиданной жёсткостью в голосе произнёс Стэнн. — Я вас не видел, хотя дорога хорошо просматривается.

— Я сидел за этим кустом, отдыхал перед заходом в город, — мужчина махнул рукой в сторону небольшого кустика, растущего у самой дороги. — Разрешите пройти? Надеюсь, ваш зверь уже позавтракал?

Я улыбнулась, вспомнив, что точно такая же мысль о позавтракавшем звере пришла мне самой, когда я впервые после возвращения сюда увидела Мурлыку, и ответила:

— Да, конечно. Мы его хорошо покормили перед дорогой. Проходите, не бойтесь.

— Спасибо, милая леди, — поклонился путник. — Но лучше вы проезжайте, а я уж потом пойду.