Помощница ключницы (СИ) - Никитина Алена - Страница 29

Но я уже не слышала ее, лишь сильнее всматриваясь в происходящее и боясь упустить даже мимолетное действо. На моих глазах происходило то, чем в деревне пугали детишек и проклинали заезжих магичек. То, что представлялось мне страшнее смерти, на деле, оказалось, пускай и трудным, но все-таки защитным ритуалом.

«Не стоит верить всем на слово».

Господин проректор был краток. Он назвал время смутным, призвал к присяге в верности Академии, которой обязаны многие из преподавателей. Его быстрая речь, непонятные для меня слова сливались воедино, что толком разобраться не получалось. Но одно было очевидно: горячность господина проректора была убедительной, потому что к ступеням потянулась вереница преподавателей.

— Я думала никто не согласится, — проговорила тихо. — Кто пожелает добровольно, хотя бы на время перестать использовать магию?

— Проректор тер Ассан может быть весьма убедителен, когда захочет, — задумчиво протянула девушка.

Перед мужчиной появился небольшой, но высокий круглый стол, накрытый красной тканью и золотой сундук, вызвавший переполох среди преподавателей.

— Заволновались, — как-то слишком довольно протянула помощница проректора за моей спиной, — сила артефактов Хранителей в действии, — я даже обернулась, чтобы убедиться, что она не потирает ладошки от предвкушения.

— Ты о чем это? — шепотом спросила ее.

— Видишь золотой ларец? — не оборачиваясь, я кивнула. — В нем Печати Хранителей — сильнейшие артефакты нашего времени. Их магию обойти нельзя, подделать — невозможно, а тем, кто попытается быстрая смерть покажется просто подарком. Это будет необычная печать.

— Какой ужас, — прошептала, испытывая почти что страх перед безобидным на вид сундуком.

— Ужас в том, что имена и дела Хранителей поносились очень долгое время, а уж какие дела приписали на их счет и представить страшно! Про убиение младенцев слышала?

— Д-да, — от ее яростного напора, даже чуть вжалась в шторку.

— А все из-за чего? — нет, от меня она не ждала ответа, продолжив сразу же: — Доверились не тем, — с непонятной горечью сказала она. — Вот и поплатились…

— Мэриэй? — я тронула ее за руку и сказала, совершенно не думая: — Единый, он же все видит и справедливость никого не минует. Просто время нужно, если они действительно не виноваты, то смогут это доказать…

— Только времени у них нет, — я вообще мало понимала, о чем говорит эта странная девушка. Кто такие Хранители? Кто кому доверился?

— Так, — между тем, совсем другим голосом сказала Мэриэй, — Аиша забудь, о чем я говорила, и занимайся тем, что поручил господин тер Ассан, — она вновь окуналась в бумажки и добавила: — Если проштрафимся, печати меньшее из возможных кар…

Ох и странная помощница у господина тер Ассана, под стать самому проректору! Но к наблюдению вернулась, а то мало ли. Золотой ларец теперь был открыт, из него господин тер Ассан вытащил что-то завернутое в белое полотно. А едва развернул его, я увидела обычную с виду связку ключей, пускай и большего размера, и золотые. Это ж сколько такие стоят? Да тут не только свадебку закатить удастся, тут, наверное, все село разом купить можно, да и не одно…

Проректор что-то тихо нашептывал, а затем приложил ключи сначала ко лбу, а затем к основанию шеи стоящего напротив мужчины. Того слегка зашатало, но он устоял, вцепившись руками в стол. Прикрыв глаза, я увидела, что мужчина теперь был в каком-то светящемся коконе, что менял форму и цвет. Поклонившись проректору, он неуверенными шагами спустился вниз. Все повторялось вновь и вновь, и мои глаза уже пекло от усердия, но я никак не могла различить ни одного смердящего пятна. Либо я утратила возможность, либо все преподаватели чисты…

— А теперь? — вновь задала уже опостылевший мне вопрос Мэриэй.

— Ничего, — разочарованно простонала я. — И снова ничего…

— Хорошо, — деловито кивнула она, что-то отмечая на своих листках.

Между тем, пройти оставалось троим преподавателям, одной из них была молодая женщина. Внутри зародилось какое-то смутное беспокойство, и я не могла понять почему: женщина была «чистой». Я смотрела за тем, как она с достоинством, высоко подняв голову, поднимается по ступеням, придерживая полы мантии. Как подходит к столу и едва заметно склоняет голову то ли в приветствии, то ли в согласии. Но в том момент, когда золотые ключи коснулись ее лба, раздался дикий нечеловеческий вопль. И даже зажатые уши не спасали, а после него наступила неприглядная тьма…

Сладкий запах.

Холод.

До мурашек знакомые запахи и звуки…

— Аиша! — услышала я окрик над собой и почувствовала, как меня встряхнули. — Аиша!

— Я…да, — прохрипела, открывая глаза. Прохрипела?!

— Слава Единому, — пробормотала Мэриэй, — я думала ты не очнешься! Тер Ассан же точно нас со свету сживет…

— О чем ты? — с ее помощью я села и посмотрела туда, где должен быть стол, проректор…

— Есть несомненный плюс в том, что ты заорала, — она опустилась рядом со мной, потирая виски, — если бы ты не заорала, нас бы всех сейчас отсюда выносили, — проговорила девушка, а я смотрела на накрытые черными мантиями тела, что лежали на сцене. — А вот то, что ты заорала…

— Что с ними? — мой шепот был и дрожащим, и испуганным. Неужели это я … их?!

— Это пособники твари, — услышала я голос тер Ассана где-то сбоку от себя. — Как вы?

Я подняла взгляд на него: мужчина выглядел куда бледнее обычного, почему-то держался за правый бок, но с явным беспокойством окинул взглядом и меня, и свою помощницу.

— Ничего, живы, — быстро проговорила Мэриэй, поднимаясь. — А вот вам бы в лекарскую не мешало бы, — но едва поймав мрачный взгляд проректора, проговорила: — Молчу, конечно же, молчу, а чего я, собственно, лезу? — крайне недовольно протянула она, уперев руки в бока.

— Проректорское здоровье на то оно и проректорское, чтобы сам проректор о нем и беспокоился, верно Аиша? — и на меня посмотрела. А я что? А я кивнула, после чего она добавила: — Вот и отлично, ну пойду я, что ли, да? Там же меня студиозы ждут, их еще надо на такое же собрание пригласить. Дела, и никакой доплаты за смертельную опасность здоровью…

— Мэриэй! — практически прорычал господин тер Ассан, глядя на быстро удаляющуюся фигурку, а я бочком-бочком отползала от гневного мужчины, отчаянно надеясь, что меня-то и не заметят. И когда свобода уже была близка, почувствовала на себе тяжелый проректорский взгляд:

— Аиша…

— Простите, господин тер Ассан, — поспешно проговорила со слезами в голосе, — оно само как-то получилось. Единым клянусь, я не хотела…

— Да помолчите вы хотя бы лучину! — прорычал он, подходя ближе. А затем, помилуй Единый, уселся рядом, вытянув свои длинные ноги. Так и сидели: он с закрытыми глазами и я, боявшаяся издать хотя бы малейший звук. Несколько мгновений ничего не происходило, а я все ждала, когда же надо мной начнется расправа. И когда спустя еще пару мгновений ее не последовало, решилась задать тревожащий вопрос:

— Господин проректор, а… это я их убила?

— Нет, — он устало покачал головой, и перед нами вдруг появилась скамья. — Это та тварь позаботилась, чтобы пособники не могли ничего сказать.

— Я до последнего ничего на них не видела. Только, после того, как Мэриэй растолкала, и поняла, что кричала, — вновь виновато глянула на него.

— И правильно сделали, — поморщившись, сказал господин тер Ассан, а я удивленно на него посмотрела:

— Но я ослушалась вашего приказа.

— Да что вы, — как-то невесело усмехнулся мужчина и, опираясь на скамью, поднялся, — сейчас мы вас благодарить должны. Ваш крик тварь на дух не переносит, — он попытался улыбнуться, но вновь схватился за бок.

— Но если не я их убила, то кто? — скорее сама себе задала вопрос и потому совершенно не ждала ответа:

— Я, — перевела удивленный взгляд на господина проректора, а он продолжил: — В момент, когда они начали плести свое заклинание, я использовал единственное, которое знал из боевого арсенала Чтецов…