Пришлая (СИ) - Русс Алана - Страница 99

— Условия демонов мне известны, — нахмурился Велор.

— Тогда к чему твое негодование?

Эдмонд вновь засопел, а Велор распрямился и с силой впился тонкими пальцами в деревянные подлокотники.

— Если я правильно тебя понял, единственное, что ты предлагаешь: добраться до девчонки раньше людей и убить?

Арис склонил голову и одарил сына пристальным взглядом темных глаз.

— На мой вопрос ты не ответил, — сощурился он. — К чему твое негодование?

Велор, едва сдерживая порыв презрительно фыркнуть, повел плечами. И пусть Арис говорил негромко и спокойно, брюнета не покидало стойкое ощущение, что его отчитывают, словно неразумного юнца.

— Я не негодую отец, — контролируя голос, ответил Велор. — Просто не понимаю, почему бы нам не использовать более лояльные методы. Девушка целитель, — подался вперед мужчина, — разве не было бы разумнее…

— Как ты думаешь, — перебил Арис сына, — почему с нами сейчас нет Бернара?

Брюнет он внезапности вопроса пару раз недоуменно моргнул.

— Может, потому что Лео единственный в этой стране, кто осознает ценность каждой жизни? — с насмешкой бросил он наконец, нарочно назвав ненавистное отцу имя.

Однако Арис мастерски владел собой. Он лишь коротко и властно кивнул старшему сыну.

— Эдмонд, оставь нас, пожалуйста.

Тот нехотя поднялся, широкими шагами пересек гостиную и, бросив предостерегающий взгляд на брата, мол: «Глупостей не делай», вышел.

— Что с тобой происходит в последнее время? — всеми силами пытаясь придать голосу участливые нотки, промолвил Арис.

Велор усмехнулся.

— В последнее время?

— Мать говорит, что ты сам не свой, с тех пор, как вернулся на Иппор, — пояснил он. — Так в чем же дело? Я не узнаю тебя.

— Хм, — по тонким губам темноволосого мужчины все еще блуждала надменная улыбка. Об истинных причинах своего поведения Велору явно говорить не хотелось. По крайней мере, с отцом. — Быть может, это оттого, что я сотню лет провел в совершенно отличном от этого мира месте? Как думаешь?

Арис тяжело вздохнул. Налил вина и себе, и сыну.

— Моей вины в том нет.

— Я знаю, — ломано ответил Велор, крутя в руках бокал с темно-бордовой жидкостью. — Но винить меня в том, что я теперь не такой, как прежде, тоже нет смысла.

— Верно, — примирительно кивнул мужчина.

Оба какое-то время молча пили и смотрели на полыхающие поленья.

— Федерация сейчас уязвима, как никогда, однако, если мы упустим момент, все может измениться, — наконец вымолвил Арис. — Мы должны всеми силами пресечь даже саму возможность создания коалиции людей и остальных государств Иппора, и мне нужна твоя поддержка, сын, — посмотрел он на брюнета прямо, прожигая ледяным взглядом, казалось бы, теплых глаз. — Не разочаровывай меня снова, прошу.

Велор, словно враз обессилев, запустил пальцы в свои зачесанные назад волосы.

— Я не понимаю, — с жаром заговорил он, все еще глядя в пол, — почему мы не можем обеспечить этой лекарке защиту? И пусть она человек. И что? Она будет полезна. Убеди короля!

— Лекарей нам тут более чем достаточно, — с прежними властными нотками в голосе изрек Арис Лайн-Этор. — И запомни, людская нога больше не ступит на порог нашего дома!

— Нашего дома? — тоже повысил голос брюнет. — Здесь больше нет ничего нашего, если ты забыл. Мы живем тут лишь из милости!

— Я повторяю, — с грохотом вернул на столик бокал с недопитым вином мужчина, — подобной глупости произойти я больше не позволю. Федерация собирает магов, и одному Соресу известно, что они с ними там делают, а значит, наша страна не может себе позволить, чтобы какая-то девчонка…

— Это больше не твоя страна, — поднялся Велор во весь рост. — Ты больше не советник.

Арис замолчал, словно пережевывая все то, что так легко позволил себе сказать его сын.

— Как бы то ни было, я служу государству. Утром я пойду к королю, — тоже поднялся он, невозмутимо оправив свое угольно-черное одеяние. — И я настоятельно рекомендую тебе не попадаться на глаза ни мне, ни монарху. Если попытаешься мне помешать, я, несмотря на то, что ты мой отпрыск, порекомендую ему отправить тебя в Сокрытый тьмой лес защищать селян.

— Будто бы степень нашего родства когда-либо имела для тебя значение, — процедил Велор. — Воля ваша, отец. Поступайте, как знаете, — откланялся он.

Арис нахмурился и, не сказав больше ни слова, покинул покои, а Велор с такой силой захлопнул воздушным потоком за ним дверь, что пламя на поленьях дрогнуло и, разбрасывая искры, взвилось до самого отверстия обросшего сажей дымохода.

Глава 16. День откровений

Осень принесла с собой затяжные, мелкоморосящие дожди. Все вокруг посерело, вымокло. Кроны деревьев пожелтели, облетели, а особо упорные листья, не сброшенные ветром, уныло свисала теперь с ветвей.

Но жизнь в академии по-прежнему кипела, и студиозусы шустро сновали между корпусами. Кто сумкой прикрывался, кто водоупорный магический щит выставлял: все средства хороши, лишь бы не вымокнуть до нитки.

— Вы идите, — отправившись как-то утром на занятия, кивнула я Уме с Дионом. — Я догоню.

Друзья с пониманием переглянулись, а я, накрывшись сумкой, уже бойко шагала по лужам за драконом, который, кажется, совершенно не обращал внимания на такую безделицу, как непогода.

— Шарар!

Его я не видела уже давно, чуть больше недели, но всячески искала с ним встречи. Парень обернулся на зов, смерив меня внимательным взглядом.

— Идите, — как и я, махнул он одногруппникам, среди которых был и Калеб, брат Окары.

Тот, как водится, недовольно прищурился, увидев меня но противиться не стал. Ушел.

— Здравствуй, Елизавета.

Говорил Шарар как и всегда спокойно, уверенно. Внушая доверие.

— Здравствуй, — несмело улыбнулась я. — Наконец тебя отпустили из лазарета. Смотрю, ты в полном порядке?

— Да, в порядке. А ты?

— И я.

— Хорошо.

Безмолвно продолжала давить из себя улыбку, жмурясь от ветра и дождя. Заметив это, Шарар легко повел ладонью и возвел надо мной магический зонт. Противная морось тут же прекратилась.

— Спасибо! — потрясла я головой, избавляясь от капель на коротких волосах.

— Пожалуйста, — кивнул дракон, возобновляя путь.

Какое-то время молча шли рядом, чтобы не выйти за пределы «зонта», и оттого ненароком соприкасались плечами. Наконец, я первой отважилась заговорить.

— Шарар, ты мне жизнь спас. И Окаре тоже.

— Знаю.

Я снова замолкла. Что ни говори, а мой спаситель немногословен. К тому же студенты уже заприметили нас и теперь недоуменно косились, и это смущало еще пуще, окончательно лишая дара речи.

— Если я могу что-то сделать для тебя, — будучи уже у дверей замка, остановилась я на ступеньках. — Все что угодно! Только скажи!

— Калеб мне друг. Спасти его сестру, это мой долг. Да и ты ничего не должна мне, — задумчиво склонил на бок голову Шарар. Взгляд его необычных глаз задержался на мне. — Это был всецело мой выбор. Ты меня не просила.

— Но я же должна тебя отблагодарить, — запротестовала я, все еще стоя перед ним.

— Не должна.

— Но я хочу!

Моему упорству я сама порой завидую. Парень словно бы удивленно отступил на шаг и теперь его лицо было на одном уровне с моим.

— Раз так, то, — дракон помедлил, — пообещай, что в следующий раз, когда замыслишь что-то, я буду первым, к кому ты обратишься за помощью.

Я ошарашено моргнула, а Шарар продолжал. И говорил он все с большим и большим жаром.

— Пообещай, что я буду знать, обо всех твоих выдумках, — дракон поднялся на ступеньку, и теперь был совсем близко. Так близко, что я без труда могла разглядеть в его глазах каждый оттенок и полутон: от темно-янтарного, до солнечно-золотистого. — Пообещай, что ты позволишь мне защитить тебя, Елизавета.

— Шарар…

— Пообещай, — настойчиво просил он.

— Хорошо, — ломано ответила я. — Обещаю.

Парень облегченно выдохнул и кивнул.