Качели судьбы (СИ) - Пафут Наталья - Страница 83

— Знаешь, на самом деле, никто толком не знает что это такое и откуда взялось, и почему сейчас исчезает.

Айрин помолчала.

— Кто-то из наших преподавателей считали, что это связано со смешанными браками между нашими расами — людьми и дракатонами. И с наследием Анхарата. У нас есть легенда, что тот самый император Дракатии Анхарат был очень странным существом. До его появления, в мире ведь не было магии. А потом, при смешении наших рас, у нас, у людей, стали появляться магические способности больше, чем у вас. А потом произошла война, Дракатия самоизолировалась, практически закрылась и людская магия во всем мире стала исчезать. Сейчас нас, магов, очень мало, а сильных, практически единицы.

Дракатон лежал на локте, покусывал длинный шелковистый локон девушки и внимательно слушал,

— Хотя противники этой теории утверждают, что даже в редких случаях смешанных браков между расами сейчас маги не рождаются у таких родителей.

Айрин вырвала изо рта дракатона свой локон. Эссейл задумчиво взял другой, прикусил,

— Примерно двести лет назад стало очевидно, что магия исчезает. Тогда тогдашний главный маг Незеримис приказал контролировать браки пар с древней кровью и всех девушек-магичек. Тогда-то мы и потеряли свободу…

…Эссейл лежит на кровати, вспоминает, вытянув ноги, положив голову на подушку и закрыв глаза. В дреме мысли его странно путаются, воспоминания плавают, перемешиваясь. Сознание расплывается, — это уже не бодрствование, но еще и не сон, и как тень пробегает в голове усталость. За ней смутно колышется отдаленный гул чьих-то криков, посвист стрел, а вот снова тихий голос Айрин…

— Древняя кровь это драгоценные капли крови, которые позволяют нам быть магами. Можно быть магом или, если Древней крови совсем мало, то носителем.

— А как вы определяете сколько ее там у вас?

— Для этого есть маги, когда ребенок рождается, святая обязанность родителей принести младенца в специальный Дворец магии, где маг проверяет его кровь и провозглашается имя ребенка,

— Имя? Зачем?

— Эссейл! Даже в далекой Дракатии это все знают! Имя человека дается в зависимости от количества Древней крови в нем и это независимо от его социального статуса. Магия в нашем мире священна и будь ты нищий бродяга или император, имя тебе будет присвоено и ты поступишь в академию магии! Первая буква имени указывает на потенциальную силу магии. Ну и соответственно указывает на высокий статус.

— То есть ты Айрин — «А»…

Айрин грустно кивнула,

— Да, я родилась рабой. С таким именем не рождались уже больше двадцати пяти лет. Тебя тоже проверял маг. Я там была. К сожалению, Эссейл, ты полный, абсолютный ноль. Помнится, маг даже удивился. Такого он еще не встречал — у всех есть хоть что-то от Древней крови, ну хоть капелька. А от тебя у него все зазвенело в ушах от пустоты…

…Но вот тьма сна подкрадывается к полусонному дракатону, и с ней — рокот отдаленного камнепада или это гроза гремит, свист хлыстов, крики, крики… А откуда-то издалека, как будто их разделяют леса и горы, доносятся каплями падающие слова Айрин, которые мало-помалу приобретают смысл и проникают в сознание…

— И имя у меня соответственное.

— Да, поэтому здесь, в Суларии, с таким именем, ты нижайший из самых низких. Я в жизни ниже «Т» имен не встречала, даже среди прислуги.

— А у дракатонов та же система?

— Я не очень знаю. Но у них странно все очень, например, все наместники Дракатии носят одно и то же имя — Кати Гаскелл… — слышит Эссейл ускользающий голос Айрин среди отдаленных воплей людей.

Слова эти настигают его на самом краю воронки, куда он соскальзывает.

Всплывает сытое, самодовольное лицо:

— Ах, этот, — говорит кто-то, — урод, где вы берете драконов! Где…где…где-е-е-е… — А потом он слышит свой голос, он кричит сначала громко, потом сипло — голос сорван навсегда и голос его звучит глухо, словно рот заложен ватой. — Этот… Дерьмо паршивое…Сейчас мы его…

И опять он падает, падает, и опять вторгаются тени, и бесконечные волны их заливают беспомощного мужчину, они все темнее и темнее… «Помогите! Айрин! Спаси! Тону! Помо…»

…Ужасный вопль, леденящий кровь в жилах у каждого, кому приходилось его слышать. Что могло сниться этому человеку, доводя его до жуткого, душераздирающего воя, от которого он сам просыпался в холодном поту? Какие страхи овладевали им в ночных грезах?

— Эссейл, любимый, проснись, возвращайся!

Девушка обхватывает любимое лицо,

— Ты со мной, не бойся, я с тобой, любимый, держись за меня. Мы вместе, навеки…

Часть 5.

Глава 1

8 августа 2405 года

Погода прояснилась и обещала тихое, ясное утро; хороводы звезд чудными узорами сплетались на далеком небосклоне и одна за другою гасли по мере того, как бледноватый отблеск востока разливался по темно-лиловому своду, озаряя постепенно крутые отлогости дракатских гор на юге, покрытые девственными снегами. Направо чернела мрачная, таинственная пропасть-овраг, и туман, клубясь и извиваясь, как клубок змей, сползал туда по морщинам огромной скалы, будто чувствуя и торжествуя приближение солнечного дня.

— Спаси и сохрани нас, Боги!..

В голосе Лиззи зазвучали похоронные нотки.

Как только она произнесла эту фразу, первые лучи солнца пробились сквозь утренний туман, разгоняя серую мглу на склонах гор. С веток деревьев, с кустов, растущих в разросшемся саду, падали крупные капли, а высокая трава пригнулась к земле после недавнего дождя или росы. Воздух был на удивление чист и прозрачен. Студенты вышли на крыльцо и напряженно замерли, вглядываясь в небо. Несмотря на всю прелесть окружающей природы — великолепные цветы, росшие среди нежной травы, миролюбивое воркование горлиц и других птиц — все были подавлены.

Мирная утренняя трапеза, сопровождаемая чтением отрывков из дракатонской книги, не смогла рассеять чувства тревоги, навеянного прекрасной погодой. На данный момент было очевидно, что студенты не будут спускаться в долину.

— Мы теперь все умрем? — Дрожащим голосом спросила Мелинда,

— Ничего подобного, — пробурчал Заррот, — посмотрим еще кто кого,

— Пока еще ничего не ясно, — ответил Николя, — но я уверен, в ближайшее время они еще дадут нам о себе знать. Хотя теперь угроза не столь велика — ведь мы представляем себе, какого рода опасность нам грозит, и постоянно готовы ко всяким неожиданностям и стараемся обеспечить минимум риска всем нам. С нами метналист, Драйт, контролируй атаки, с нами огневики. Эти твари боятся огня. Мы в безопасности во дворце. Мелинда, мы справимся. Вереса…

Николя обернулся в поисках девушки.

— Где Вереса?

— Еще не приходила, спит наверное.

Николя кивнул. Все еще раннее утро, скорее всего девушка еще отдыхает. Айрин и Эссейл тоже еще не пришли.

— Да и Глена нет.

— Ай этот Глен, — фыркнула раздраженно Лиззи, — У него каждый день новые капризы: три или четыре часа ему теперь надо посидеть одному, видите ли, погрустить, повспоминать, да притом еще тщательно запирается в своей комнате, то ему холодно, то слишком много огня в камине, еда ему не нравится. Надоел!

— А эта его новая страсть к парфюму и сигаретам! — Вздохнул Кейст, — весь провонял.

Несмотря на эти ненормальности, Николя радовался, что Глен заметно поправился: слабость и вялость худенького студента исчезли, он был свеж и полон сил как никогда.

А вот и Глен вошел в столовую, посмотрел в окно, глаза его еще больше оживляются, на красных губах веселая улыбка.

Джеймс принес пачку бумаг: тут были большие листы в виде разорванных книг, были небрежно оторванные полулистики и клочки

— Это я нашел в деревне, — сказал студент, — как по разным почеркам, так и по подписям это что-то вроде летописи жизни дракатонской деревни и одновременно приходно-расходные книги. Тут много пустой информации, вроде характеристики урожая и рождаемость скота, но, как кажется, есть и интересные с точки зрения истории сведения или же совсем непонятная белеберда — вот, например, «празднование 85-го скилла — всеобщее гуляние, выходной — три избранных от деревни». Вот это, посмотрите, да…, а, здесь — для деревни наступила тяжелая пора, смертность как в ней, так и в окрестности сильно увеличилась, на каждой странице есть расходы на похороны… А вот тут посмотрите…