Клетка судьбы (СИ) - Дэвис Дженнифер - Страница 31

— Я всегда говорил Реме, что ты мне как брат.

Огонь трещал, сова ухала вдали.

— Думаю, мне тоже нужно рассказать историю, — сказала Аллисса, думая о побегах из замка, чтобы бороться с преступниками с Гревиком. Она взглянула на отца, надеясь, что он не слишком расстроится. Одно дело знать, что она убегала, другое — слышать детали. — Как-то раз мы с Гревиком преследовали двух воров, когда на нас напали пять человек. Мы, скорее всего, слишком сосредоточились на ворах и не замечали ничего вокруг. Они потребовали отдать деньги и оружие.

— Вы послушались? — спросил Дармик.

— Обязательно это спрашивать? — возмутилась она.

Он рассмеялся.

— Думаю, нет. И как вы выбрались из этой передряги?

— Я уронила монеты. Когда двое из них подошли, чтобы подобрать их, я напала. Гревик бился с тремя другими. Я вырубила своих и помогла ему. Они оказались на земле за пять минут. Мы с Гревиком были невредимыми. А потом мы оттащили мужчин стражам.

Одар рассмеялся.

— Я видел ее в действии. Одной ночью я ушел из замка с ней, и она билась с мужчиной в переулке, не проявляя страх. Я сказал Джарвику, что никогда такого не видел. Женщины во Френе не сражаются, — он провел руками по волосам. — Кстати о Джарвике, у нас тоже были опасные случаи.

Одар впервые решил заговорить о Джарвике с его смерти. До этого он рассказывал только о событиях, связанных с Шеленой, и что им нужно было сбежать из Рассека. Он не упоминал друга. Аллисса тепло улыбнулась ему, прося продолжить. Говорить о тех, кого потерял, было больно, но необходимо. Нельзя было позволять воспоминаниям угаснуть.

— Мы были в школе. Как-то раз мы решили пропустить уроки и отправились в местную деревню на приключения. Там мы пошли в паб, решив, что сольемся с толпой, и никто не узнает нас. Как только мы сели, женщины стали приставать к нам. Джарвик смеялся, его забавляло все это. Если учесть, что женщины думали, что он был кем-то важным, судя по его наряду.

Он снова провел руками по волосам.

— Я разозлился из-за того, что меня никто не узнал, и убежал из паба, столкнулся с тремя мужчинами, которые шли похищать принца. Они оттолкнули меня и бросились к Джарвику. Хотели попросить за него выкуп. Один закинул Джарвика себе на плечо, выбежал с ним из паба. Он сунул его в телегу, накрыл сеном и покатил Джарвика из деревни. Я не знал, бежать ли в школу за помощью. Тогда у нас точно возникли бы проблемы из-за побега. Я не мог пойти к местным властям, потому что они бы стали заниматься моей безопасностью, а не спасать Джарвика. И я решил спасти его самостоятельно. Я ведь умел владеть мечом, — он закрыл глаза и покачал головой, все еще улыбаясь. — Мужчины заперли телегу в амбаре и ушли составлять требования выкупа, оставив одного на страже. Я легко разобрался с ним, взломал замок и вошел в амбар. Джарвик уже выбирался из телеги, покрытый сеном. Мы смогли вернуться в школу без новых проблем. Джарвик поклялся, что при следующем нашем побеге он будет одет как крестьянин, а не придворный.

— У меня есть история, — сказал Натенек. — У нас с Савенеком хватает приключений. Как-то раз мы отправились в Ланданию, чтобы забраться на одну из гор.

— Ради веселья? — спросила Аллисса.

— Савенек любит лазать по горам, — ответил Натенек. — Мы были на половине пути туда, устроились на ночь. Обычно мы брали с собой минимум вещей и еды. В этот раз еды было больше, чем обычно. Той ночью медведь пришел к нам и порвал сумку Савенека, съел его еду. Мы проснулись, когда большой зверь сидел рядом с нами и ел. Слюни текли у него изо рта.

— Что вы сделали? — спросила Аллисса, пытаясь представить брата и Натенека в футе от медведя.

— Ничего. Мы оставались в спальных мешках, не смели двигаться. У меня был нож наготове, если медведь нападет. Но он все съел, встал и ушел.

Аллисса за все свои путешествия ни разу не видела медведя.

— Теперь ты, — сказал Натенек Кердану.

— Я? — ответил Кердан.

— Да, ты, — сказала Аллисса. — Все рассказали по истории. Остался только ты, — если только Хурит и Ларек не вернутся из дозора.

— У меня нет интересных историй.

— То есть ничего, что не кончается смертью и разрушениями, — буркнул Одар.

Кердан поджал губы.

— Ладно. Расскажу одно, — он сидел, не двигаясь, пока все вокруг смотрели на него. — Когда мне было тринадцать, я пошел в армию, — его голос гудел в тихой ночи. — Меня отправили в гарнизон возле дома. И я оказался в низшей по уровню группе, потому что мне не хватало скорости, и я плохо владел мечом.

— Правда? — сказала Аллисса. — Я не представляю тебя медленным или неуклюжим.

Уголки рта Кердана приподнялись.

— Я изображал, — ответил он. — Притворялся, что не знал, что делать, чтобы оказаться среди самых юных и неопытных ребят.

— Зачем? — спросил Натенек.

— Потому что хотел создать элитную группу солдат. И я хотел создать их с нуля. Я не хотел среди них плохие привычки или состязание. Я хотел людей, которых могу менять, тренировать, делать такими, как я хочу.

— Какими же? — спросил Натенек.

— Опасной силой, которую никто не может одолеть.

Аллисса слышала о его элитном отряде. Брукфель был из него.

— Ты создал эту группу в тринадцать?

— Да. И мы с тех пор были вместе. Мы основали братство.

Аллиссе казалось, что часть его была скрыта от нее. Он еще ни разу не говорил с ней об этой группе.

— Ты встречала и видела всех моих людей, — сказал Кердан. — Просто не знала, кем они были, когда видела их. Они всегда неподалеку. Я редко хожу без них.

Одар говорил ей, что элитный отряд Кердана был безжалостным. Он предпочел остаться с Сомой, убийцей, чем рисковать с Брукфелем.

— У твоего элитного отряда есть название? — спросила она. Они были как люди из пещеры? Пытали других? Радовались беспорядкам?

— Мы зовемся Охотниками, — не я зову их Охотниками, или люди зовут Охотниками, а мы зовемся Охотниками. Кердан был одним из них. И название говорило достаточно о том, какими они были.

— Люди знают о вас? — спросил Неко. — Или это тайная группа, которой ты управляешь?

— Нас знают, — ответил Кердан. — Но нами никто не управляет. Мы — жители Рассека. Мы боремся за Рассек.

— Где твои люди сейчас? — спросила Аллисса. — В лесу возле дома герцога? — они будут поддерживать там Кердана завтра? Это ее утешало.

— Как я и говорил, мои люди всегда близко.

Хурит и Ларек подошли к костру. Кердан и Натенек встали, собираясь в дозор.

— Я думал, со мной пойдет Неко? — сказал Натенек.

— Я вместо Неко, — сказал Кердан. — Если вы завтра идете со мной, мне нужно кое-что узнать заранее. Идемте, — он пошел прочь от костра.

Натенек улыбнулся.

— Он мне нравится.

* * *

Аллисса не переживала из-за плана. Не потому, что он был хорошим, а потому что она не играла в нем значительную роль.

Хурит, Ларек и Натенек готовились отправляться с семерыми из отряда Кердана, которые прибыли с заменами. Девушка была похожа на Аллиссу — те же каштановые волосы, тот же цвет глаз, схожий рост. Замена не была примечательной, наверное, потому Кердан ее выбрал. Вместо Одара был юный солдат возраста Одара с мускулистыми руками и короткими волосами. Его Кердан тоже выбрал хорошо.

— Прошу, будьте осторожны, — сказала Аллисса заменам. Когда ее заменяли в прошлый раз, все пошло не так, и тот, кого она любила, умер.

— Мы оба хорошо сражаемся, — сказал мужчина. — Не нужно переживать.

Кердан встал рядом с ней.

— Если повезет, я вернусь через пару часов с головой Жаны.

Он серьезно насчет головы? Он не смеялся, не намекал, что шутил. Ладно.

Она хотела сказать ему беречь себя, но сдержалась. В Рассеке так не переживали.

— Что? — спросил Кердан.

— Ничего.

— Ты выглядела так, словно хотела что-то сказать.

— В Рассеке есть традиция, когда прощаются с друзьями или любимыми, идущими воевать?

Он посмотрел на нее.

— Мне кажется, что я должна что-то сказать или сделать, — ответила она.