Голос Тайра. Жертва порока (СИ) - Кандера Кристина - Страница 58

— Вы! — выкрикнула я, очень некрасиво ткнув пальцем прямо в грудь старшего следователя, и удовлетворенно заметила, как он слегка дернулся, точно бы боялся, что я сделаю в нем дырку. Ну-ну, может и не зря он боялся, сейчас я была способна еще и не на такое. — Да как вы смеете меня в чем-то подозревать и обвинять? Как у вас вообще хватило совести и наглости предъявлять мне какие бы то ни было претензии? Только потому, что я проделала за вас вашу же работу и имела неосторожность поделиться добытой информацией? И да, я с самого начала не делала тайны из того, кто мне рассказал о причастности лорда Прэтта к убийству леди Нейрос и если бы вы хоть на мгновение раскинули мозгами, то все поняли бы сами. Но нет, мы же — старший следователь по чего-то-там! Мы же аристократ с целой вереницей благородных предков! Куда нам, таким замечательным, опускаться до простых смертных! Для вас и таких как вы, все, кто не имеет древнего титула и громкой фамилии — недостойны даже того, чтобы рядом сидеть. Она же не люди! С ними можно обращаться, как с последними тварями, можно дать слово, наобещать кучу всего, чтобы за вас, таких чистеньких и благородных, сделали всю грязную работу, а потом сделать вид, что никакой договоренности и в помине не было! — я разошлась ни на шутку. Странно, после разговора с Малкольмом, вроде как немного успокоилась и даже перестала остро воспринимать утренние события и переживать, а теперь вот, снова сорвалась. Я кричала, тыкала Мартину в грудь пальцем с такой силой, словно и в самом деле собиралась проколупать в нем дырку. А когда он попытался перехватить мою руку, размахнулась и ударила его кулаком.

— Да поймите же вы, безголовая девчонка! — не выдержал Мартин. Стоит отдать ему должное. Он не пытался увернуться или отодвинуться, только с завидным упрямством перехватывал мои запястья, чтобы избежать избиения. — Тот, кто все это затеял, заметает следы. И если ему станет известно о вашем причастности… Да что я говорю, всем в столице уже известно о вашей причастности, после того, как вы написали ту статью! С вами может случиться то же самое, что произошло с Алардо!

— Да что вы? — я не собиралась сдаваться или успокаиваться. Но колотить Мартина по груди и плечам перестала, просто отошла от него на шаг, шумно выдохнула и сдула с лица прядь выбившихся из прически волос. — Еще скажите, что сегодняшнее выступление этих ваших… полисменов, — я вложила столько яда в последнее слово, что Мартин точно должен был им захлебнуться, — было именно для моей безопасности? Или то, как вы отобрали у меня дневник леди Нейрос, а потом просто выставили вон, точно ненужную дворняжку, тоже было продиктовано благородным порывом защитить невинную девицу? Да вы благодарны мне должны быть за то, что я почти всю вашу работу за вас сделала!

— Благодарен? — судя по стремительно темнеющим глазам старшего следователя, я его все же достала, вывела из себя и разозлила. И в другой раз мне бы поостеречься подливать масла в огонь, все ж таки, неконтролирующий себя некромант в звании Мастер — это страшно и опасно. Очень страшно и очень опасно. Я, конечно, надеялась, что старший следователь умеет держать себя в руках и в полной мере отдает себе отчет в том, что будет, если он не удержит силу и позволит ей вырваться на свободу, но полной уверенности в этом у меня не было. А при виде того, как Мартин прищуривается и как ходят желваки на его красивом лице, мне стоило бы замолчать и ретироваться. Желательно, подальше не только от него, но и от этого особняка. Но так поступил бы любой благоразумный человек, я же… ну это же я!

— Да! — выкрикнула прямо ему в лицо и еще раз ткнула кулаком в грудь. — Именно вы! Я разузнала то, о чем вы даже не догадывались. Принесла вам эти сведения на блюдечке. А что в результате? Вы меня обманули. Нагло воспользовались моей доверчивостью и просто грязно посмеялись на пару со своим отвратительным дружком-менталистом! Да после такого вы вообще недостойны называться мужчиной! Или древность рода в вашем случае перекрывает такое понятие как честь и достоинство?

— Что вы несете? — заорал Мартин, делая выпад и хватая меня за плечи. — Неужели не понимаете, что происходит? Кто-то избавляется от всех, кто, так или иначе, имеет отношение к убийствам и ваша жизнь под угрозой! А ваше сегодняшнее выступление в особняке Нейросов только подлило масла в огонь!

Наверное, Мартин думал, что если меня потрясти хорошенько, то его слова быстрее дойдут до моего понимания, потому что он встряхнул меня с такой силой, что у меня клацнули зубы и по закону подлости, я прикусила кончик языка. Сильно так прикусила, даже слезы на глазах выступили от боли, что еще сильнее всколыхнуло бушующий вулкан внутри меня. Я буквально кипела от ярости, перед глазами повисла красная пелена. Хотелось… на самом деле мне очень сильно хотелось крови, причем не моей, а вот этого конкретного мужчины, который не успокоился, и продолжил трясти меня за плечи, точно грушу.

Голова болталась, и это мешало сосредоточиться. Я попыталась было вырваться, но Мартин только сильнее сжал пальцы на моих плечах. Точно синяки останутся!

Я вырывалась. Молча. С достоинством оскорбленной добродетели. Пыхтела, правда, потому что, не получалось вывернуться.

— Рианна, — тихий голос Мартина заставил меня вздрогнуть еще сильнее. — Рианна, просто расскажите мне все и…

Нет. Он точно издевается. Я зло выдохнула и перестала дергаться. Устала, если честно. Просто устала с ним спорить, что-то доказывать. Сколько можно? Именно это я и собиралась сказать, когда подняла голову и посмотрела в лицо старшему следователю. Даже рот приоткрыла, а он… он… взял и самым наглым образом меня поцеловал.

Ураган… огненный смерч… торнадо… или все вместе обрушились на меня. Лавина ощущений, самых разных, самых неожиданных, просто захлестнула с головой. Я не помню больше ничего из того, что происходило, не представляю даже в какой момент, ответила на его поцелуй, когда успела прижаться к Мартину всем телом и обхватить его за шею. Чем я думала, когда прижимала его к себе и… упивалась ощущениями, которые рождал во мне этот поцелуй?

Когда-то давно, еще в детстве, я отыскала в библиотеке, оставшейся от отца, одну книгу. Странную книгу и в любое другое время, я бы ни за что не обратила на нее внимания и не заинтересовалась бы содержимым, но буквально за несколько дней до этого, матушка рассказывала мне, как они с отцом познакомились. Она говорила о своих чувствах к тому, кого уже не было на свете так, что у меня внутри все сжималось и перекручивалось и слезы набегали на глаза, а сердце трепетало так, словно бы это все происходило со мной и наяву.

Конечно же, матушка не вдавалась в подробности, все ж таки, она разговаривали с двенадцатилетней девчонкой, которой не положено было знать… больше необходимого, но… ее глаза светились такой любовью, какой я никогда не видела у нее ни до того вечера, ни после. Тогда-то она и сказала одну странную, непонятную маленькой мне вещь:

— Маги, Рианна, они немного не так чувствуют, как обычные люди. Они могут создавать семьи, могут заводить детей, но любить… любить, как мы, они не умеют. Для них, любовь — это нечто… необычное, сильное настолько, что заставляет терять себя, делать глупости и желать, чтобы любимый человек всегда был рядом. Маги любят лишь один раз в жизни, дорогая. И мне посчастливилось вызвать такую любовь у твоего отца.

Я не понимала этого ни тогда, ни позже, но матушкины слова почему-то запомнила, а потом нашла ту книгу. Называлась она, как это ни странно, совершенно неинтересно «Магия. Легенды и мифы о любви».

Именно там я и прочитала легенду о том, что для каждого мага существует его собственная половинка. Его любовь. И если магу посчастливится встретить ее, соединиться и вызвать ответное чувство, то ощущения от этого единства будут подобны сходу лавины и землетрясению, урагану и огненному шквалу. И чем сильнее маг, тем сильнее его привязанность и тем крепче любовь.

Это, конечно, достаточно вольный пересказ той легенды, сейчас я уже не смогла бы воспроизвести ее доподлинно, но… поцелуй Мартина заставил меня вспомнить ту историю и…