Голос Тайра. Жертва порока (СИ) - Кандера Кристина - Страница 91

Сглотнув слезы и отогнав навязчивое желание бросить все и отправиться домой, я полезла исследовать сейф дальше. Кроме драгоценностей и того проклятого мешочка с ритуальными камнями, из которых, кстати, остался только один, там были еще бумаги, несколько потрепанных записных книжек, какие-то письма. И вот они-то и заставили меня окончательно потерять самообладание.

Нет, сразу-то, когда я разворачивала первый листок, увенчанный сверху гербом Императорского банка, я даже не подозревала о том, что именно там увижу. И не сразу поняла, что означают ровные ряды циферок, имена какие-то… Пожала плечами и развернула следующий листок и следующий… Ничего необычного и ничего понятного. Выписки по счетам, записи о перечислении денежных сумм с одного счета на другой. Суммы… мда… суммы внушительные, что наводило на мысль о чем-то незаконном. Только и всего.

Но я, как племянница своего дяди, понимала, что не все честные предприниматели, ведут себя именно что честно, когда дело касается налогов. Нет, ну а что? Кому хочется отдавать кровно нажитые денежки налоговой службе? Правильно, никому. И как по мне, то особого преступления во всем этом нет.

Нет, если вот так посмотреть, то Императорская служба контроля за налоговыми отчислениями, конечно же, будет в восторге, если ей предоставить эти документы и доказать факт уклонения лорда Нейроса от обязательных налоговых выплат, в этом-то сомневаться не приходится. Налоговики, они же все как один фанатики и за каждую копейку, подлежащую уплаты в бюджет государства, готовы душу из тела вынуть. Но я-то ко всему этому отношения особого не имею совершенно.

Пожала плечами и задумалась, что будет, если я напишу статью о том, что, что лорд Нейрос-старший, тот самый, который вице-канцлер, укрывается от уплаты налогов и ведет двойную бухгалтерию? Подумала еще и решила, что сенсация мне обеспечена определенно, но… Мутно все это. Вот честно, мутно и неинтересно. Для меня, по крайней мере. А вот дяде стоит шепнуть о находке, он точно за нее уцепится.

Правую руку чуть покалывало. Не глядя, потерла запястье, оттянула манжет чуть дальше и вытащила из сейфа одну из записных книжек, в черном потертом переплете. Сразу я подумала, что это список клиентов леди Ариэллы. Но когда среди имен известных лордов, мне попалось имя леди Анриетты Сандовал, я нахмурилась.

О нравах в высшем свете, я знала уже не понаслышке, учитывая тот же дневник леди Милош. Но… странно. На самом деле странно.

Я продолжала листать записную книжку, вчитывалась в имена, пытаясь запомнить как можно больше из них, а потом…

Всего несколько строк. Одна запись и меня накрыло пониманием, что именно я держу в руках.

Список.

Имена, звания, титулы… а рядом цифры, которые могли означать только одно — суммы выплат. И еще кое-что, от чего у меня по спине мурашки побежали. Снова. Мерзкое ощущение, стоит признать.

Я даже на миг пожалела о том, что вообще ввязалась во все это. Это же… это же не просто имена были, это доказательства того, что древний и славный род Нейросов, тот самый аристократический род, судить и выносить приговор членам которого имеет право только сам император, имеет отношение к сектантам. И даже не просто имеет, а возглавляет Темное движение. Мне стало дурно. Дыхание перехватило, а сердце застучало с такой скоростью, что казалось, еще немного и оно просто выскочит из груди.

Теперь мне многое стало понятно. Почти все, если честно. Я больше не удивлялась тому, что лорд Нейрос позволил своей дочери получить лицензию лераны, платил ей, отпустил на все четыре стороны. Конечно, учитывая то, что вчера мне рассказал лорд Прэтт о самой Ариэлле, даже не сомневаюсь в том, что она не стеснялась использовать имеющиеся у нее сведения для давления на родного отца.

А вице-канцлер?

Меня передернуло, когда я вспомнила острый, пронизывающий насквозь, взгляд Нейроса-старшего. Он знал? Был замешен во всем этом?

И пришло понимание — был и знал. Не мог не знать, ведь по словам того же Мартина, старый лорд знал обо всем, что происходило в его семье и не только в семье. Даже Прэтт говорил, что у старого лорда все схвачено и пусть он уже не является канцлером, но все еще имеет достаточно влияния.

— Мамочки, — всхлипнула я, дрожащими руками сворачивая бумаги и пытаясь запихнуть их в ридикюль. — За что мне это? Вот за что? Я же всего лишь хотела написать статью. Только и всего.

И уж точно не желала узнавать такие тайны. Нет и нет.

Пальцы дрожали, бумаги в ридикюль не помещались, и я занервничала еще больше. Сейчас мне очень хотелось оказаться как можно дальше от всех этих тайн, от Нейросов и сектантов.

— Ай! — вскрикнула я, выронив несколько листов, когда правую руку что-то обожгло. — Что за?…

Опустила глаза и почувствовала, как кровь стынет в жилах. Или не кровь? Вены на правой руке вздулись. Тьма, словно живая, перекатывалась под кожей.

Меня трясло. Справившись наконец с бумагами, я захлопнула сейф, словно во сне, проверила, чтобы он был заперт и нетерпеливо нажала на звонок, давая знать банковскому служащему, что закончила. А потом нетерпеливо притопывала подле двери, в ожидании, когда же она откроется, и меня выпустят отсюда.

Почти не помню, как выбралась из банка, поймала солан. И только оказавшись в салоне, чуть пришла в себя, попыталась натянуть рукав платья пониже, чтобы скрыть вздувшиеся черные вены на руке. Всю дорогу нервно подпрыгивала, лихорадочно разглядывая мелькавшие за окном улицы. Внутри все дрожало, точно бы кто-то натянул невидимые струны, и они вот-вот грозились лопнуть. Мне все время казалось, что за мной следят. Я беспрерывно оглядывалась назад, пытаясь рассмотреть в потоке соланов того, кто следует за нами по пятам. Страшно было. Очень страшно.

В полицейское управление я буквально ворвалась, каждую минуту ожидая нападения со спины, и ридикюль, в который я запихала бумаги из сейфа, казалось, становился все тяжелее и тяжелее.

Шум, царящий в общем зале управления, на миг меня оглушил, заставляя замереть на месте. Сердце колотилось быстро-быстро, ладошки вспотели, правая рука так и вовсе онемела.

— Добрый день, мисс Сольер!

— Рады снова видеть вас!

— Здравствуйте, мисс Сольер!

Со всех сторон раздавались приветственные выкрики. Со мной здоровались, проходящие мимо следователи, полисмены в форме и этот факт заставил чуть успокоиться.

Я прикрыла глаза, сделала несколько глубоких вдохов, улыбнулась одной из своих фирменных улыбок. Сейчас, как никогда кстати, вспомнились поучения маменьки о том, что приличные барышни никогда и никуда не спешат. Они ходят медленно, величественно кивают встреченным знакомым. Ну и я тоже… стала ступать медленно, расточать улыбки направо и налево, приветственно кивать обитателям полицейского управления, изо всех сил сдерживая желание подхватить юбки и рвануть вверх по лестнице к кабинету старшего следователя.

Мартина я заметила, когда преодолела уже половину лестницы. Лорд Алан был не один. Стоя на самой верхней ступеньке, он о чем-то беседовал с каким-то мужчиной, повернувшись к нему лицом. Впрочем, мне было все равно. Правая рука уже почти полностью онемела, бумаги, спрятанные в ридикюле, мне самой казались неподъемным грузом, и больше всего сейчас мне хотелось поскорее избавиться от них.

Ступать как благовоспитанная барышня тоже сил не осталось и последние ступеньки я преодолела уже бегом. Поравнялась с Мартом, оскалилась в сторону его собеседника, кстати, совершенно незнакомого мне мужчины средних лет в черном костюме, и, не теряя времени, ухватила собственно самого господина старшего следователя за руку.

На лице Мартина расцвело удивление, затем недоумение, а потом все это сменилось подозрительным прищуром. Будь у меня чуть больше времени, я бы даже возгордилась тому, какое впечатление произвожу, но сейчас было не до того.

Я выдохнула, повернулась к его собеседнику, улыбнулась самой своей приветственной улыбкой, и проворковала:

— Доброе утро, надеюсь, вы не будете против, если я украду его у вас, — ну а потом, чтобы никто не успел ничего мне противопоставить, потащила Мартина по коридору в направлении его кабинета.