Пятьсот пять (СИ) - Крутень Мария - Страница 12

Вот незадача!

— …. переодену, и отправимся в контору. И решим насчет Зендальтса, это уже не первый раз, когда он покрывает подобное безобразие. Я человек терпеливый, но то, что моими словами пренебрегают, игнорировать не намерен, — с каждым словом голос отца звучал все ближе, пока не раскрылась дверь гардероба, и он не оказался совсем близко. Ласси вжалась в стену, прикрываясь отцовским парадным сюртуком и очень сильно надеясь, что тот отцу для устрашения лорда Зендальтса не понадобится.

— Это должно усилить недовольство Его Величества, — в ответ раздался голос отцовского секретаря, ровный и пресный, словно тот рассуждал о погоде.

— Одного Зендальтса, пожалуй, недостаточно, Рэнд, — отозвался лорд Бердайн, ограничиваясь светло-серым твидом, который предпочитал, игнорируя моду. Лас едва удержалась от вздоха облегчения. Все ее внимание было поглощено действиями отца, поэтому в его слова она не особенно вслушивалась. — Важно управиться за пару недель, времени, жаль, мало. В любом случае, ты сразу же поедешь в Сарс. Мне совсем не нравится…. — последние слова тот уже произнес после того, как закрыл дверь и одновременно с эти послышались удаляющиеся шаги, приглушившие дальнейший разговор.

Из того, что невольно удалось подслушать, Ласси, к своему сожалению, не поняла почти нечего. Кроме того, что отец отправлял своего секретаря в Сарс. В этой северной провинции у отца было поместье, в котором девушка не бывала со смерти матери и которое почти не помнила. Что там могло понадобиться Драгору, она не представляла, но тот факт, что секретарь уезжал далеко (и хорошо бы надолго!) не мог не радовать. И причем здесь Его Величество? Чем тот недоволен? Об этом она узнает, решила Лас. Не от отца, разумеется, а от бабушки.

Однако на следующее утро она о подслушанном разговоре между отцом и его секретарем не вспомнила, благо ни того, ни другого в столовой не наблюдалось, когда девушка спустилась к завтраку, а когда добралась до приюта, и вовсе позабыла. Все здание гудело как улей, как очень обеспокоенный и несчастный улей.

— Твой Энди пропал! — бросила ей пробегавшая мимо парадного холла Онни, преподавательница рисования и лепки, мечтательница с вечно перепачканным краской и глиняной крошкой огромным передником, вот только сейчас ее лицо было омрачено страхом и паникой.

— Как? Когда? — Ласси замерла, не сразу осознав сказанное. — Энди? Как это могло случиться?!

— Не знаю! — взмахнула руками Онни, едва не плача. — Дом закрыт. А там решетка. Обыскиваем по второму разу. Я в подвал, — с этими словами девушка умчалась, а Лас бросилась вверх по лестнице.

Эллис обнаружилась не в своем кабинете, а в тигровой спальне — вместо номеров детским спальням дали имена животных — где вместе с пятью другими мальчиками обитал пропавший Энди. Глава пансиона перебирала вещи из принадлежавшей мальчику тумбочки, а на его кровати и той, что по соседству, с самым сосредоточенным выражением на лицах сидели остальные обитатели комнаты. На тумбочке в две стопки были сложены рубашки, свитера, штаны, а на оставшееся пространство Эллис выкладывала камешки, монетки, стеклышки, пучок перьев, спичечные коробки с жуками и прочую мальчишечью мелочевку. Вошедшую Ласси она заметила, но от своего занятия не отвлеклась.

— Этот? — спросила она у ребят, доставая гладкий неправильной формы плоский камешек с дыркой посредине.

— Точно! Этот! Энди не мог без него уйти! — перебивая друг друга, выкрикнули мальчики.

— Спасибо ребята, — кивнула Эллис и, знаком попросив Лас не задавать вопросов, сложила вещи обратно в тумбочку.

— Он ведь найдется, правда? — спросил сидевший чуть поодаль от остальных Марти. Он сидел, подтянув колени к подбородку и обхватив себя руками и, казалось, переживал больше всех. Ведь он сам только пару дней назад нашелся после того, как неизвестно каким образом пропал.

«Мы им обещали, что приняли все меры, и ничего подобного больше ни с кем не случиться» — мысль эта уколола сильно, до боли. Лас с Эллис переглянулись.

— Обязательно! — почти хором они ответили Марти. — Я убеждена, он точно где-то спрятался! — добавила Ласси настолько уверенно, что ни у кого не должно было возникнуть и подозрения в том, что это не так. — Я прямо сейчас пойду и найду его! — заверила она детей и под их доверчивыми взглядами покинула комнату.

— Мы уже все обыскали, — Эллис догнала ее в коридоре. — Пошли по второму кругу.

— Что говорят твои охранники?

— Магический контур не нарушен.

— Когда обнаружили, что он пропал?

— За завтраком. Встают все по-разному, сама знаешь, там, кто в уборной, кто на кухне помогает, кто книгу дочитывает, и только на завтрак все собираются вместе.

— А ребята, что сказали? — Лас кивнула на комнату, которую они только что покинули.

— Что Энди первым встал. Вроде как в уборную. И с тех пор больше не видели. Соседи тоже.

— Так подожди, — Ласси даже остановилась. — Значит, он сразу, как был, в пижаме…..

— А ведь точно, Лас! — Эллис тоже остановилась и даже по лбу себя ладонью шлепнула. — Как я об этом раньше не подумала?! Не мог он в пижаме уйти!

— Если его не увели, — тихо ответила той подруга.

— Увели? Кто?

— Это и надо узнать, Элли! — Лас была сама потрясена тем, что только что осознала. — Ведь и Марти тоже не помнит, как покинул дом. Он и не собирался. Нужно собрать всех!

— Ты думаешь….

— Не знаю, я сама еще не знаю, но если мы в этом не разберемся, то так и не узнаем.

Собрать всех удалось далеко не сразу. Здание приюта было не очень большим по меркам Лас. Ей доводилось бывать в особняках и большей площади, не говоря уж о Королевской канцелярии и самом дворце. Однако три этажа, на которых располагались шестнадцать спален, дюжина классных комнат, полдюжины детских, столовая, кухня, гимнастический и танцевальные залы, не говоря уже о кабинетах и кладовых, чердак с архивом и подвал с припасами требовали почти час, чтобы все помещения обойти. Постоянно в приюте вместе с воспитанниками проживали девять девушек и еще столько же были приходящими как Ласси. То часть из них собиралась в одной из классных комнат, отчитываясь об отрицательных результатах розысков, затем одни убегали, чтобы найти остальных, другие, чтобы присмотреть за детьми, то снова собирались, чтобы не досчитаться нескольких и снова разбегались на поиски друг друга. В результате, все-таки удалось выяснить, что не хватает Марики, а еще спустя некоторое время, что ту уже давно никто не видел. С самого утра.

К полудню, когда здание обыскали вдоль и поперек, включая все шкафы и темные углы, стало уже фактом, что пропали двое — семилетний мальчик и девушка из работниц. Марика проживала в самом приюте, она не была ни классной дамой, ни преподавательницей, большую часть своего времени помогала Фанни по хозяйству — помыть, прибрать, отвезти вещи в прачечную — и за тот месяц, что она работала в приюте, как-то сложилось, что Марика стала исполнять роль консьержки. Все привыкли, что она вставала раньше всех и открывала двери приюта. Было ли случайным ее исчезновение или нет? Похитили ли ее вместе с мальчиком, или она стала причиной его похищения? Вопросы, вопросы. А главное, кто и зачем похитил ребенка? Ласси и в самом деле надеялась, что арест управляющего Вильдула решит этот вопрос, а оказалось, что это не так. То ли у того были сообщники, которые, несмотря на арест, продолжили грязное дело, то ли Вильдул говорил правду, когда утверждал, что не причастен к похищениям.

Эллис позвала жандармов, те опросили соседей, но жилых домов непосредственно по соседству не было, а в банк напротив и лавки по обе стороны работники либо явились позже похищения, либо не заметили, так как были заняты своими собственными делами. Марику тоже отыскать не удалось. По тому адресу, что она оставила, устраиваясь на работу в приют, о такой девушке не знали.

— Поверить не могу, — Эллис старалась держаться, но для нее, как и для всех остальных, эта новость стала ударом.

— А придется, — жандармскому сержанту было не до сантиментов. — Проверяли бы лучше, госпожа Макверт, вы своих работниц.