Охотница: Лунная лихорадка (СИ) - Ли Ната - Страница 31

— Захватить нас как пленников будет твоей последней фатальной ошибкой, Менельдир, — процедил сквозь зубы Эрик.

— Не пленников, а дорогих гостей! — возразил эльф, и заигравшая на чувственных губах улыбка абсолютно преобразила его лицо. — Стража, проводите их в гостевые покои. И отныне прошу считать их почетными гостями Темного королевства!

Дейдре невольно выдохнула — ее накрыла волна огромного облегчения, но Эрик, кажется, не разделял подобных чувств и нахмурился еще сильнее. Воины вывели их из тронного зала, но в какой-то момент на очередной развилке дворца разделились, и оборотня повели в узкий коридор направо, а ее саму — налево. Девушка растерянно обернулась, на прощание встретившись с решительным ободряющим взглядом оборотня, в котором читалось открытое обещание скорой встречи. Очевидно, только поэтому мужчина так спокойно переносил их расставание в эту секунду.

Поредевший эльфийский конвой привел Дейдре в просторные роскошные покои, а затем так же бесшумно отбыл, оставив в одиночестве обживаться на новом месте. Дверь, конечно же, заперли за собой на замок, что немного не вязалось с оглашенным статусом не пленницы, а почетной гостьи. Девушка с благоговением провела ладонью по цветочным узорам на стенах и невольно залюбовалась великолепной кроватью и элегантным женским трюмо. Здесь же чуть в стороне располагалась большая белоснежная ванная, услужливо наполненная водой почти до краев. В иных обстоятельствах Менельдира можно бы было даже назвать гостеприимным и радушным хозяином. Впрочем, они сами по незнанию нарушили границы чужого королевства… Интересно, что за наказание король Темных эльфов ей придумал, если бы не столь своевременное появление незнакомки в тронном зале?

Охотница приблизилась к зеркалу и с долей брезгливости несколько минут рассматривала собственное отражение: светлые волосы на голове сбились в бесформенное кодло, лишь отдаленно напоминающее привычные косы, камзол, кажется, и вовсе пережил свое последнее бурное приключение. И вот в этом самом виде она решилась соблазнить на берегу реки давно пресытившегося телесными удовольствиями черного короля?

Дейдре провела дрожащими пальцами по потрескавшимся губам, которые до сих пор саднило от жарких воспоминаний. Нет, так дело не пойдет. Она принялась с остервенением стягивать с себя грязную одежду и распутывать колтуны на голове. Пусть Менельдир и не признал в ней эльфийскую кровь, позориться и дальше среди сородичей она не намеревалась. Девушка разделась донага и осторожно опустилась в теплую ванную, где вытянулась и с облегчением позволила себе немного расслабиться. Прямо в эту минуту непосредственно ее жизни и здоровью ничего не угрожало, а что касается всего остального — другие проблемы могли подождать. Эльфийка несколько раз хорошо промыла волосы, и только затем откинула голову, блаженно прикрыв глаза. Наверняка Эрику как королю оказали прием еще помпезнее… Вот только почему мысли об этом оборотне лезли в ее голову даже в настолько осоловелом состоянии? Из неги ее выдернул мужской бархатный голос, неожиданно раздавшийся совсем поблизости:

— Приятно видеть, что мое гостеприимство пришлось тебе по вкусу.

Охотница распахнула глаза, увидев в нескольких шагах от ванной Менельдира, и резко ушла под воду. Правда, уже через секунду она вынырнула обратно на поверхность, стыдливо прижав колени к своей груди, чтобы хоть как-то скрыть свою наготу.

— Что вы себе позволяете?! — в сердцах возмутилась девушка. Но больше всего ее волновал сейчас другой вопрос: как ему удалось проникнуть в комнату настолько бесшумно? Впрочем, эльф проигнорировал ее отповедь, невозмутимо продолжив свой светский разговор:

— Почему ты скрываешь свое происхождение? Им нужно гордиться, а не прятать от других, словно нечто постыдное.

Менельдир шагнул вперед и, едва касаясь, провел указательным пальцем по кончику ее заостренного уха.

— Они прекрасны, — завороженно пробормотал мужчина, как будто впервые увидев обычное свидетельство эльфийской физиологии. — Согласно сводкам моей шпионской сети, которым я привык доверять, славный род Светлых вымер еще двадцать лет назад. Встреча с тобой обернулась настоящим сюрпризом, Исилиэль.

— Откуда вы знаете мое имя? — пораженно выдохнула эльфийка. Поразительные голубые глаза против воли гипнотизировали, и она не смогла отвести от них зачарованного взгляда.

— Разве есть нужда скрывать подобную красоту? Вряд ли среди эльфийского народа существует тот, кто ни разу бы не слышал о твоем отце, прославленном Тироне. Ваш род трагически вымер, поэтому, Исилиэль, я нарекаю тебя истинной принцессой, последней из Светлых и хранительницей их почти погасшей в этом бренном мире магической искры.

Дейдре не понимала насмехается над ней Менельдир или говорит всерьез, но обстоятельства ситуации не могли не смущать.

— Вы знакомы с моим отцом?

Сердце девушки забилось быстрее от одной мысли о подобной возможности. В конце концов, в их иерархии он занимал не последнюю должность советника короля.

— Не просто знаком, — расплывчато ответил эльф. — Но об этом позднее. Не хочу тебя смущать своим присутствием долее, поэтому расскажу обо всем подробнее чуть позже за ужином, который, я надеюсь, ты со мной согласишься разделить.

Менельдир стремительно вышел из комнаты, предоставив на прощание возможность полюбоваться своим дивным роскошным одеянием и со спины. Несмотря на то, что эльф был ниже Эрика практически на полголовы, незримая аура властности и привычка повелевать заставляли его выглядеть при этом не менее значимо. Дейдре задумчиво покачала головой, ни капли не сомневаясь в том, что только что стала свидетельницей тщательно разыгранного спектакля. А вот истинные мотивы Менельдира в ее отношении не помешало бы узнать в обозримом будущем: уж слишком пространную речь она только что услышала. О какой магии велась речь? Она не обладала никакими иными способностями, кроме тех, какими полагалось владеть посвященной Охотнице.

Девушка быстро вылезла из ванной, решив не испытывать судьбу: мало ли кто ещё из обитателей дворца перенял бесцеремонные привычки своего правителя. На кровати ее ожидало прекрасное струящееся платье нежнейшего сиреневого оттенка, достойное самой настоящей принцессы. Но кто его принес сюда? Неужели Менельдир? Или же кто-то из его прислуги? Охотница не знала, какой вариант задел бы ее эго больше.

Удивительно, но платье идеально село по ее фигуре, как будто специально было сшито по индивидуальным меркам. Дейдре распустила мокрые волосы, решив повторить незамысловатую укладку с бала. Она едва успела закончить прическу, когда ее внимание привлек посторонний звук со стороны окна: как будто небольшой камень ударился о стекло. Девушка резко распахнула окно, готовая увидеть внизу кого угодно, кроме Эрика. Не тратя ни единой лишней секунды драгоценного времени, оборотень ловко взобрался по отвесной стене наверх, используя многочисленные выступы мудреной дизайнерской лепнины в качестве зацепов для своих когтей.

— Ты сумасшедший, — воскликнула девушка, не в силах побороть улыбку. Мужчина стремительно привлек ее в свои объятия и, нагнувшись, крепко поцеловал. Тонкая девичья рука запуталась в густой черной шевелюре, потому как их приветствие порядком затянулось. С трудом подавив неуместную вспышку желания, Дейдре отстранилась первой.

— Что ты здесь делаешь? Тебя не заперли, как меня?

— Только попробовали бы, — самодовольно хмыкнул Эрик. — Я бы пришел еще раньше, но начальник стражи устроил мне настоящий допрос. Неслыханная дерзость. Впрочем, какая разница, если мы уходим отсюда прямо сейчас.

Оборотень взял ее за руку, увлекая обратно к окну, но эльфийка мягко высвободилась.

— Нет, я хочу остаться.

— Зачем? — на лицо черного короля мгновенно набежала туча. — Менельдир тебе угрожал? Этот засранец пожалеет…

— Нет, я сама хочу здесь задержаться ненадолго.

Дейдре осеклась, не в силах раскрыть так просто столь тщательно оберегаемую долгие годы тайну. Вряд ли бы в их отношениях с Эриком это откровение изменило хоть что-то, но по какой-то необъяснимой причине она не смогла заставить себя произнести и слова.