Искушение (СИ) - Комарова Инна Даниловна - Страница 20

— А как же ваши знакомые? У вас ведь были пассии? — намекнула княгиня.

— А у кого их нет на день, на два или месяц? Больше не выдерживал. И что вы сравниваете? Сейчас всё другое. Я влюблён, как страстный юнец. Как же это прекрасно — любить! Что стоит наша жизнь без любви?

— Ба, да вы, оказывается, романтик! С вашими словами не поспоришь. Мир стоит на любви. Не могу сопротивляться более, подчиняюсь, с вами трудно не согласиться. И всё же Нина так юна. Ей нужно время окрепнуть, повзрослеть. Поймите, еще свежие раны. Её преследует желание отомстить убийце родных, меня это пугает. Я очень за неё волнуюсь. Сгоряча, не приведи Господь, чего доброго, наделает глупостей, потом попробуй доказать, что она отстаивала честь и достоинство семьи. Нет, ей нынче не до замужества.

— Софья Гавриловна, не переживайте вы так. Подожду.

Я замерла в прихожей, боясь пошевельнуться. А в голове проскочили слова Барона из сна, я всё не могла совместить сон с событиями наяву.

«Кот называл моего будущего мужа Прохором Петровичем, я помню. Трудно в это поверить, значит, этот человек будет моим мужем?! Не может быть. — Оцепенение сковало всё тело. — Куда бежать?» — Я на цыпочках прошла в конец прихожей, повернула и по коридору добралась в кухню. Мне нужно было где-то перевести дух.

— Барышня проголодались? Сию минуту подам вам ужин, — захлопотала Даша.

— Спасибо, ты права, я голодна, с самого утра ничего не ела. Рано ушли с братцем, вот только вернулась.

— Сейчас, сейчас. Всё еще горячее. Кухарка только сняла с печи кисло-сладкое жаркое с черносливом и фасолью. Будете?

— С удовольствием. И ломтик хлебушка, пожалуйста.

— Уже даю.

С этого дня Прохор Петрович стал опекать нас, зачастил к тётушке и всегда приезжал с маленькими, но очень милыми подарками. Софья Гавриловна корила его:

— Разбалуете вы нас, потом сами не рады будете.

— О чём вы говорите? Такая мелочь, знак внимания, и не более того.

А однажды с порога заявил:

— Милые дамы! Собирайтесь, едем слушать пианиста. Восторг гарантирую! Бывал на его концертах, получил истинное удовольствие.

— Музыка… это то, без чего жить не могу. Бегу переодеваться, — обрадовалась я. Софья Гавриловна посмотрела на меня скептически и сказала:

— Не знаю, что предпринять, не планировала сегодня выезжать.

— Тётушка, пожалуйста. Я без вас не поеду, — закапризничала я, как маленькая.

— Ну что с вами будешь делать, едем. Разве могу отказать тебе? Ждите меня, пошла собираться.

— Вот и правильно, — воодушевился Прохор Петрович. — Жду в карете, — и ушёл.

Незабываемый вечер

Мы вошли в зал и сразу же направились к своим местам. Невольно заметила: публика собралась отличная от той, которая приезжала в оперу. Туда ездили больше по привычке, как мой папенька говаривал: «Покрасоваться».

На этот раз всё было иначе. Концерт ещё не начался, но слушатели пребывали в едином настрое, люди с волнением ожидали встречи с музыкантом. Говорили только об этом. Ни у кого не появилось желания сплетничать либо обсуждать чьи-то туалеты. У меня мелькнула мысль: «В зале собрались меломаны — истинные ценители великой музыки». — Я не ошиблась.

И вот занавес открылся, на сцену вышли двое: пианист и молодая женщина, которая его сопровождала. Она держала его за руку, подвела к роялю, усадила, что-то шепнула на ухо, отошла и присела на стул недалеко от музыканта. Прохор Петрович нагнулся ко мне и тихонько предупредил:

— Нина Андреевна, пианист слеп, супруга его везде сопровождает.

Я поразилась тому, что услышала, повернулась к собеседнику, от удивления широко распахнув глаза, и не нашла, что ответить. Прохор Петрович приложил указательный палец к губам, делая знак, что сейчас разговаривать нежелательно. Лицо женщины притянуло меня. Тонкие черты подсказывали происхождение, очень нежная, кроткая и грациозная. Супруга музыканта по возрасту была не намного старше меня. Нужно было видеть: она дышала с пианистом в унисон. По её губам я прочитала — женщина дублировала движения пианиста и знала наперёд последующие. Супруга в любой момент была готова подсказать ему. Позднее, когда нас представят друг другу, я узнаю, что зовут её Евгения. Музыканта — Виктор Ламанский. Они два года женаты.

Пианист исполнял разноплановые и разножанровые произведения, среди которых я легко различила более характерные штрихи, свойственные этюдам или же пьесам. Из них выделялись танцевальные — как вальсы, мазурки, менуэты, полонезы, ноктюрны. Его длинные тонкие пальцы летали по клавиатуре, едва касаясь. Он творил. Это было волшебно. Божественные звуки окутывали и пленяли. Виктор напоил меня красотой музыкальных шедевров. Этот кудесник видел подушечками пальцев: кисти рук скользили по роялю и легонько касались клавиш. В том, как ловко, азартно и филигранно выпевали его пальцы неподражаемость и уникальность музыкальной фразы, было что-то сверхъестественное. Он создавал нюансировку волшебно, такого я не слышала никогда ранее. Его музыка дышала. Взлёты и угасания, наделённые яркими живыми образами, передавались слушателям, рисуя картины: пасторальные вперемежку с городскими. Переливы волн и шум летящего ветра, шелест листвы в лесу в полдень и аромат полевых трав — всё было осязаемо.

Его музыка разговаривала со слушателями вполне понятным языком — влюблённого в неё романтика. О. Это было неповторимое зрелище и незабываемое впечатление. Его душа пела и транслировала в зал истинное наслаждение — любовь в каждом жесте и звуке. Слепой пианист творил на глазах у слушателей.

В зале воцарилась тишина. Мне показалось, что люди боялись дышать, чтобы не помешать гению и чародею околдовывать их. Он долго играл на бис, в конце исполнил посвящение. Зал стоя аплодировал великому творцу. На сцену из лож посыпались цветы, отовсюду беспрестанно доносились выкрики: «Браво!» Это был триумф великого музыканта и победа сильного человека. Он сумел так зарядить зал своей любовью к музыке, что люди не желали расходиться и расставаться с ним. А неутомимый музыкант бисировал, щедро даря слушателям радость и удивительные эмоции. Благодаря им любители и меломаны невидимой нитью соприкасались с прекрасным и вечным.

Петербург в ту ночь не спал. Он упивался звуками, льющимися из зала на улицу. Они достигли Невы, пробежались по гребешкам волн, создавая игривое настроение. Град Петра I гордился своим потомством — гениальными мастерами, подарившими миру выдающихся музыкантов-исполнителей.

Мы возвращались домой. Я, преисполненная добрыми чувствами, то и дело благодарила Прохора Петровича за подаренное наслаждение.

— Признательна бесконечно. Вам удалось невозможное — пробудили во мне жизненные силы и великолепные чувства.

— Счастлив, что сумел. — Он повернулся в пол-оборота, нагнулся и поцеловал мне руку. Приподнял голову, и я увидела в его глазах столько света и тепла, столько ласки, что вся сжалась от смущения, не зная, как себя вести. Тётушка, приложив к губам руку, тихонько позёвывала, было видно, она утомилась на концерте.

Судьба

Я нашла историю знакомства Жени и Виктора очень увлекательной и эмоциональной. Впервые девушка увидела своего будущего мужа на концерте.

Дело было так. Её родители по приглашению антрепренёра музыканта собирались на благотворительный концерт. Приехал брат отца — Никодим и, не раздеваясь, начал поторапливать родителей.

— Данила, мы опоздаем. Концерт благотворительный, перед началом зрелища устроители проведут сбор средств для малоимущих семей.

— Я в курсе, — ответил отец Жени.

— Ах да, и на нужды детской лечебницы — таково было желание музыканта, — подчеркнул Никодим. — А почему я не вижу Женю?

— Она у себя.

— Вы что же, не берёте её с собой? Считаю, девочке стоит послушать этот концерт, музыкант отличный.

— Я как-то об этом не подумал, — сконфузился отец.

— Зря. Думать надо. Девочка растёт, формируются её взгляды, мировоззрение, интересы, вкусы. А ты… не подумал. Зови её, поедет с нами. — Так Женя впервые увидела Виктора. Он только вышел на сцену и буквально с первых минут притянул девушку к себе. Она еще не слышала его исполнения, не знала, какой он человек. Но флюиды его естества донеслись к ней, захватили в плен, и она, не осознавая, что случилось, попала под влияние его чар. Женя в изнеможении дожидалась, когда устроители завершат сбор средств и музыкант заиграет.