Искушение (СИ) - Комарова Инна Даниловна - Страница 21

Супруга пианиста поделилась со мной историей их знакомства, настаивая в разговоре на одной детали — в их встрече было что-то, не поддающееся объяснению, словно судьба выжидала много лет, и только найдя удобный момент или счастливый случай, свела молодых.

— Всё оказалось намного загадочнее, чем я представляла, — рассказывала Женя. — После концерта я закрылась в своей комнате, полагая, что в одиночестве проще разобраться в себе и найти объяснение своим чувствам. Меня будоражил один и тот же вопрос: «Где я раньше видела этого человека?»

Сколько я ни искала зацепку, буквально насилуя мозг, чтобы подобраться к разгадке, как назло, не находила. Расстроенная и разочарованная легла в постель. Родители звали меня к ужину, отвечала невпопад, что не голодна. Служанка справлялась о моём самочувствии — находила отговорки. Вы понимаете, меня душили слёзы, очень хотелось плакать от отчаяния, тогда я еще не знала, что это первые предвестники любви. Всю ночь напролёт ворочалась, и только к утру сон сморил меня. А вот во сне подсказка и подоспела. Я увидела себя маленькой девочкой, примерно лет пяти в нашей старинной усадьбе за городом. В руках у меня сачок, который смастерил наш садовник, и я резво бегала за бабочками, задорно смеясь. На мне розовое платьице на кокетке, сшитое няней, она у нас была знатной рукодельницей. Локоны прикрывала шляпка с высокими полями и бантом под подбородком. — Женя так явственно всё описывала, что мне не составило труда представить картину наяву.

— И вот сон подобрался к самому главному. По соседству с нашим имением жила семья графа Вениамина Карловича Ламанского. Семья большая — четверо детей. Я слышала в разговорах взрослых, что самый младший их сын старше меня на два года. Мальчик часто болел, на прогулки в сад выходил редко и только в сопровождении дяди. Они вели серьёзные беседы — так дядя развивал племянника, заодно готовя его к самостоятельной жизни несмотря на то, что мальчик от рождения был слеп. Мать будущего пианиста всячески противилась желанию брата выковать у племянника железный характер. Соседский сын вёл замкнутый образ жизни, и друзей у него было. Как-то раз случилось непредвиденное. Я, бегая за бабочками, сильно замахнулась и не удержала сачок в руках. Он, сделав в воздухе несколько забавных кульбитов, перелетел через ограду и плавно приземлился у соседей. Самое удивительное, что я ничуточки не расстроилась, приподнялась на носочках и вместо сачка в отверстии ограждения увидела младшего сына графа. Он живо разговаривал со слугой в ожидании дяди. Я позвала:

— Простите, пожалуйста, вас не затруднит? — Мальчик обернулся на голос, и тогда впервые мне удалось разглядеть его красивое лицо. Строгие черты и сосредоточенный взгляд создавали взрослость в детском личике. Огромные глаза смотрели в одну точку, ничего не выражая. Но не было в этом взгляде холодности или отрешённости, напротив, в них застыл вопрос. Маленький ротик и ямочка на щёчке делали сына графа невероятно обаятельным. Познакомившись с ним ближе, нашла, что он тонкий, мягкий, застенчивый и неразговорчивый мальчик.

— Кто вы? — спросил он.

— Меня зовут Женя. А вас?

— Виктор, — представился он, как взрослый. — Что вы здесь делаете?

— Разве вы не видите? Ловлю бабочек. Мой сачок перелетел к вам и упал вон там, под вашей яблоней. Такая незадача. Вы бы не могли подать мне его?

Озадаченный Виктор растерялся. Но нам повезло, в сад вернулся Архип. Услышав мою просьбу, он ответил:

— Сию минуту, барышня. — Быстрым шагом слуга миновал тропинку и под яблоней обнаружил мой сачок.

— Возьмите, пожалуйста, — сказал Архип, протягивая мне беглеца.

— Благодарю вас. Скажите, пожалуйста, можно поиграть с вашим мальчиком? — поинтересовалась я. Слуга обернулся в сторону сына графа, тот кивнул в знак согласия.

— Барышня, сделайте одолжение, подойдите к калитке, я вам открою.

— Благодарю вас, — радостно ответила я и побежала.

Мы встречались часто, играли вместе, подружились — нам было очень хорошо вдвоём, пока в один хмурый день слуга не объявил мне с прискорбием:

— Ваш друг уехал в город. Его преподаватель отказался приезжать сюда. Дорога дальняя, он занятой человек.

— А что, другого репетитора нанять нельзя было? — обиделась я и немало расстроилась. Мой вопрос застал слугу врасплох.

— Что вы, барышня? Он — светило. Профессор.

Больше я Виктора не видела. На этом сон прервался — так Всевышний подсказал мне, где я раньше встречалась с пианистом.

Открыв глаза, я точно знала, что найду Виктора и напомню ему о нашей детской дружбе. Мне всё удалось. Виктор с радостью возобновил наши отношения, нашёл в моём лице верного друга и помощницу. Постепенно наша дружба перешла в новую стадию — отношения стали доверительными, перерастая в более тесные. В них появился очень заметный и ощутимый штрих — трепет влюблённости. Однажды майским днём на прогулке Виктор, запинаясь, смущаясь и конфузясь, предложил мне выйти за него замуж. Это был самый счастливый день в моей жизни. С тех пор мы неразлучны, — завершила свой рассказ Женя.

Кто следующий?

У Софьи Гавриловны гостил сын её давней приятельницы — Ильинский Валентин Денисович.

Невзрачный, близорукий, робкий и молчаливый. Лицо не выражало ничего, кроме смущения и растерянности. Невысокого росточка, щупленький, выглядел неуверенно. Терялся рядом со мной. Не знал, как себя вести, о чём говорить. Его присутствие отвратительно сказывалось на моём состоянии. Приходилось развлекать Валентина, сопровождать везде. Гость всё-таки, ничего другого мне не оставалось, обязана была соблюдать правила приличия.

— Ты присмотрись к нему. Очень надёжный и серьёзный молодой человек. С отличием окончил университет, нынче пишет большой труд, хочет посвятить себя науке. Семья благополучная, зажиточная. Очень благородные люди. Такой человек на всю жизнь. — Софья Гавриловна настраивала меня на замужество.

— Тётушка, вы сватаете меня?

— Помилуй. Насильно выдавать не буду, ты знаешь мои принципы. По-матерински советую. Он молод, а сколько уже успел. С таким мужем будешь как за каменой стеной. И не избалованный. В случайных связях не замечен, увеселительными развлечениями не увлекается. Намерения серьёзные — хочет жениться.

— Но мы ведь не знаем друг друга.

— Валентин пробудет у нас дней десять, больше не может. Присмотрись к нему.

— Мне всё это так не нравится. Если мешаю вам, вернусь в имение, но без любви замуж не пойду. — Наставления тётушки вывели меня из терпения.

— Ну что ты такое выдумываешь? О тебе пекусь. Для девушки очень важно успешно выйти замуж.

— Без любви не пойду, — заупрямилась я.

Меня раздражало присутствие в доме Валентина. Он по пятам следовал за мной, навязывал своё общение. Я изнывала, считала дни и минуты, когда гость уедет. Княгиня видела моё состояние, на эту тему разговор не заводила. Но напоследок сказала Валентину:

— Матушке передавай поклон от меня. Здоровья ей и долгих лет. А ты не забывай дорогу к нам.

— Теперь только летом отпустят, — ответил ухажёр, обиженно поглядывая на меня.

— Время летит быстро. Приезжай, ты здесь желанный гость.

— Спасибо, Софья Гавриловна, вам и Нине за радушный приём.

Последние слова подняли во мне волну негодования, от его лицемерия не выдержала и сбежала к себе. Но, поднимаясь по лестнице, услышала:

— Зачем беспокоить девушку? Вижу, она не расположена ко мне. — Я ошиблась, он оказался умнее, чем мне показалось поначалу.

«И слава Богу, что всё понял и уехал с миром», — успокоилась я.

Ярмарка

Ранним воскресным утром после службы в храме приехал Прохор Петрович. Я ещё толком не отошла от сильных впечатлений, полученных на концерте, а тут…

— Дорогие дамы, собирайтесь, сегодня вас ожидает чудо чудное, диво дивное, — заявил он с порога.

— Прохор Петрович, друг мой, что вы еще придумали? — неохотно ответила тётушка. Она плохо спала ночью, не отдохнула, и поэтому её настроение нельзя было назвать боевым.