Коми народные сказки - Плесовский Федор Васильевич - Страница 21

— А не накормишь ли меня?

— Я никому не дам ни крошки.

— А ты разве не знаешь меня? Я ведь сам господь, как же ты мне не дашь?

— Ну, если б господь был, так бы не мучал меня. Год в поте лица я работал и один обед заработал. Даже тебе не дам.

И не дал. Дальше зашагал. Немного прошел, и смерть ему идет навстречу. Попросила ее накормить. Испугался мужик, расстелил скатерть и накормил ее. Смерть и говорит:

— Благодарю, мужик. Что же я тебе хорошего сделаю? Как отплачу? Вот что, мужик, давай будем заодно жить. Я тебе помощницей буду, станем людей лечить. Я самых богатых заставлю болеть. А ты приходи и смотри: если я сижу у ног — берись лечить, а если у головы сижу — не берись, умрет.

Обрадовался мужик, согласился.

Вот вернулся домой. Пообедал, семью накормил, и от годового заработка ничего не осталось — все поели домашние.

А в избе у мужика заночевал богатый купец. Дочь его заболела. Сутки, вторые и третьи прошли, она все хворает. Мужик вспомнил о словах смерти.

— Погоди, — говорит купцу, — схожу посмотрю на больную, может, и вылечу твою дочь.

Приехал мужик в дом к купцу. Видит — смерть у ног больной сидит. Мужик и говорит:

— Нет, хозяин, ее никто не сможет вылечить. Очень уж тяжело она болеет. Но я попробую, может, и подлечу.

Заплакал купец.

— Если сможешь, ничего не пожалею. Давай, попробуй, добрый человек, полечи, может, и поправится моя дочь!

Мужик велел истопить баню и приготовить десять ведер щелоку.

— Я, — говорит мужик, — лекарства дома сделаю и приду.

А сам по дороге собрал травы, заварил как чай и разлил по бутылкам.

Вернулся он к купцу с лекарствами. Больную дочь свели в баню. Мужик попарил ее, натер травами, напоил лекарствами. И случилось чудо: девушку под руку увели в баню, а обратно она на своих ногах вернулась, выздоровела. Ушла от нее смерть. Купец стал спрашивать, сколько нужно за лечение.

А мужик отвечает:

— Давай, чего не жалко, и хватит.

Купец дал муки три мешка, жита, разное варево. Дочь-то ему дороже, чем мешок муки, дочь-то он сильно любил.

Вернулся мужик домой, привез жита и вареного мяса. Вся семья довольна. Вскоре у другого купца сын заболел.

Купец пришел к мужику и зовет его посмотреть на больного. Согласился мужик. Глядит, а смерть опять у ног. Лекарь говорит: возьмусь, мол, может что и выйдет. Лекарства-то еще есть немного того, что я из целебной травы сделал.

Опять велел затопить баню. Вымыл, выпарил, дал больному лекарства. И поправился сын купца — смерть ушла от него.

Купец за лечение щедро заплатил мужику. Слава о нем везде пошла. Мужик стал богатеть. Деньги у него появились, дом построил. Хорошо зажил. Его все зовут.

Где смерть у изголовья, там он лечить отказывается.

— Этот, — говорит, — умрет, грейте теплую воду, чтобы обмыть.

Он уходит, а больной и, правда, умирает. А других вылечивает.

Старшему брату завидно стало: как это его брат-батрак разбогател.

Решил он прикинуться больным. Любопытно ему, что скажет брат, сможет ли отличить больного от здорового.

И богач сказался больным. Позвали лекаря-мужика.

Пришел мужик-лекарь и видит: сидит смерть у изголовья богача. Отвечает мужик:

— Не могу я его вылечить. Лучше, невестка, согрей теплую воду, чтоб обмыть брата.

Только вышел лекарь, вскочил с постели богач и расхохотался:

— Немного же мой братец в лечении понимает! Обманывает добрых людей. Судить надо его за это!

Проговорил богач эти слова и грудью о косяк вдруг стукнулся, хлопнулся на пол и умер.

Жена заплакала, позвала лекаря-мужика. Да он ничем помочь не мог.

И до сих пор лекарь-мужик живет на свете и больных лечит.

ДВА БРАТА

В одной деревне стояли рядом избы, где жили два брата. Старший бездетный был, жадный, хитрый, он целовальником стал — владельцем кабака — и разбогател, а у младшего, простого и доброго человека, подрастало девять дочерей, но жил он бедно-пребедно.

Говорит бедняку его жена:

— Иди, милый, на заработки, а то есть нечего. Послушался бедняк и пошел на заработки. А денег на дорогу взял с собой всего четвертак. Проходил он мимо кабака и подумал: зайду-ка я к целовальнику-брату, он меня угостит. Зашел бедняк и просит:

— Эй, братец-целовальник, угости вином.

— А много ли у тебя денег, братец!

— Четвертак, — говорит.

— На четвертак, не взыщи, не дам вина, — отвечал богатый брат.

Делать нечего, вышел бедняк из кабака трезвый и зашагал дальше. Добрался до предлинного моста, что висел высоко над бурной рекой. А мост ветхий, от ветра шатается. На старом настиле уже и досок нет. Одни жерди остались. Страшно через мост перебираться. Бедняк хотел было вернуться, да слышит, ворон ему каркает:

— Кар-р, иди через мост, тогда счастье найдешь!

Бедняку так хотелось счастья, что с трудом, но перебрался он по жердям через мост. Только перебрался, вышел к нему горбатый старик, стал просить:

— Переведи меня по мосту на тот берег. Сам-то я не перейду по скользким жердям.

Долго просил старик, бедняк все отказывался, но потом пожалел старого горбуна, перевел его через мост на другой берег. Там старик принялся расспрашивать бедняка:

— Куда, милок, путь держишь?

— Иду на заработки. Дома есть нечего.

— Ты постой, я дам тебе барана.

Старик зашел под мост, вывел барана, не простого, а с золотой шерстью.

— На, — говорит старик бедняку. — Веди барана домой, поставь на стол и прикажи: «Ой, барашек мой, встряхни ты шерстинки, что огни!» Барашек встряхнется, с каждой шерстинки посыплются золотые червонцы.

Взял бедняк золотого барашка и вернулся в деревню. У самой околицы увидел зеленую елку. Залез бедняк под раскидистые ветки и подумал: «Сейчас попробуем здесь!» И быстро проговорил:

— Ой, барашек мой, встряхни ты шерстинки, что огни!

Барашек встряхнулся, с каждой шерстинки посыпались золотые монеты. Бедняк очень обрадовался и подумал: дай-ка, зайду к брату-целовальнику. Теперь угостит он меня дорогим вином, есть у меня теперь чем заплатить.

Зашел мужик в кабак, стал хвастаться перед братом.

— Я, — говорит, — теперь богаче тебя!

Целовальник, конечно, не верит, а бедняк взял барашка, поставил на стойку и приказал:

— Ой, барашек мой, встряхни ты шерстинки, что огни!

Барашек встряхнулся, с каждой шерстинки по золотой монете упало. Целовальник обрадовался, собрал все золото и как следует напоил бедняка красным и зеленым вином. Тот опьянел и заснул. Правда, барашка-то он поблизости от себя держал. Но целовальник, пока бедняк спал, подменил золотого барашка на простого, только шерсть этого барашка выкрасил в желтый цвет.

Наутро проснулся бедный брат, взял барашка, домой побрел. Пришел к себе в избу и говорит:

— Ну, дочки, жена, садитесь за стол, посмотрите, какое я диво принес.

Поставил барашка на стол и крикнул:

— Ой, барашек мой, встряхни ты шерстинки, что огни!

Барашек не встряхнулся и никаких денег с шерстинок не посыпалось. Жена рассердилась на мужа, стала ругать его и начала опять посылать на заработки.

— Ты иди, а мы, — говорит, — барашка зарежем и съедим.

А бедняк не понимает, куда девался его баран. Думает, не мог же родной брат подменить барана! Нечего делать. Мужик опять отправился на заработки. Шел, шел, опять дошел до того же длинного-предлинного моста над бурной рекой. С трудом перебрался на другой берег, а там опять старик просит перевести его через мост. Перевел его бедняк и на берегу начал жаловаться:

— У меня ничего не вышло с барашком.

Старик его утешает:

— Не горюй. Я дам тебе волшебную скатерть, которая тебя накормит и напоит.

Зашел он под мост, принес скатерть, дал ее бедняку.

— Как только расстелишь эту скатерть, скажи такие слова: