Не плачь, девчонка (СИ) - Норд Агнешка - Страница 117

— И не собираюсь, — буркнула я, ставя перед ведьмой чай. — Будете?

И вазочку с печеньем домашним подвинула. Старуха отказываться не стала, устроилась за столом. Я тоже села с новой чашкой кофе.

— О чем вы разговаривали?

— А это пусть сам тебе говорит, коли захочет. Не дело мне за его спиной секреты разные между вами плодить. И ты, девка, подумай хорошенько, прежде, чем парня допекать. Он и то старается для тебя, а ведь не просто ему сейчас, только магом стал, работу свою магловскую потерял, легко ли это? Себя вспомни на первых порах.

— Ну почему только? — возразила я, увидев в окно, как Тоби направляется к домику на дереве. — И его магии учили, не как меня.

— Ну и? Много он понял в магическом мире, куда его как щенка забросили, не спросясь? А он мужчина, и отец семейства, вот и ищет себя в новом мире, и поверь — это так, за пять минут, не найдёшь. Можно и навсегда чужаком остаться. По сути-то он никто, звать никак, рода своего нет, знакомств — ну, тут получше. Но одна семья — это мало. Ни рода за спиной нет, ни своего не создал. И то опасно, создаст род, дело невиданное — прознают сразу всякие, а оно вам надо? Хуже маглокровок ему сейчас, те хоть после школы уже определяются, что как. Кто побогаче, так дальше учиться идёт, победнее — прибьются куда, да будут на побегушках всю жизнь, хоть в том же аврорате, или Мунго. Коли есть склонность, и постараются, да повезёт ещё — то идут в подмастерья, или в чей-то род вольются. А то и обратно в магловский мир сбегут, но это редко, образования магловского нет, связи утрачены, магию не попользуешь. А у твоего альтернативы нет, в магловский мир идти ему не с чем, да и зачем, когда и жена, и сын — маги не из последних. В магическом страшно, тут и его Темнейшество, и Паук Хогвартский воду мутят, и страсти всяческие, не чета магловским. Ты про аврора-то ему правильно рассказала, он хоть знать будет. Только спокойствия ему это не прибавило. Так что будь помягче. Коли хочешь, чтобы защитник львом был, так и не жди, что дома он в хомячка превратится. Поняла ли?

Я вздохнула:

— Поняла вроде.

— Во-от! А то жалеешь, что дом без тебя обставлял. А что упыря отсюда, да нечисть всякую выкидывать пришлось, о том и не знаешь. Дом-то ваш не простой, магия подпитывает, источник до сих пор жив. Чувствуется рука сильной ведьмы. А пустовал, поди, лет десять без малого. Защита — защитой, а охотников на дармовщинку сыскалось немало. И пугать тебя не хотел. Ну всё, детка, зови Данко, недосуг мне тут с вами. И то, гости к вам идут, не надо мне светиться.

Я позвала домовика, и он исчез вместе с Пифией.

Слова её заставили меня задуматься, складно у неё всё выходит. А вот про гостей не поняла. Пока не услышала мелодичный звон за забором. Это пришёл Том Харди. Только он у самых ворот передал мужу корзинку, сказал что-то и сразу попрощался, а я даже из дома выйти не успела.

Тоби внёс в дом корзину, полную спелой малины, да такой крупной, какой в жизни не видела. Некоторые ягоды с абрикос размером.

— Пифия ушла? — муж подхватил одну ягоду и закинул в рот. — Суровая дама.

— Угу, — кивнула я, пробуя жёлтую малинку. И сразу забыв про наказы старушки язвительно добавила: — То-то ты на неё так глазел!

Тоби даже вторую ягоду до рта не донёс:

— Ну и что это значит? — и так смотрит, словно провоцирует — мол, давай, говори уж, раз начала. А потом я скажу.

— Пойду, переоденусь, — сказала я, — мы ведь к Дарси собирались. Вот и подарок им будет, так что хватит малину есть. И Северуса позови.

— Эль, я не понял…

Я быстро взбежала по лестнице, не дослушав мужа. И надо было мне его злить? Сама не знаю, зачем.

Пока собирались, Тоби посматривал на меня искоса, но при Данко и Северусе не стал больше ничего спрашивать.

При перемещении я хотела просто взять его за руку, но была притиснута к нему и сыну.

Жёлудь, высланный для этого случая с совиной почтой, перенёс нас в центр беседки, которая находилась в настоящем парке.

— Прибыли, — объявил Тоби, но поставить на землю нетерпеливого ребёнка не спешил.

Малыш сидел у него на шее и причитал:

— Ну пап, я быстро сбегаю, посмотрю. Дерек, наверное, уже приехал.

— И что? — отец был неумолим. — Кто тебя заставлял самовольно возвращаться с Данко домой?

— Ну я думал… Ну пап!

— Нет, Северус, ты не думал! А потому сиди и помалкивай, пока мы не увидим хозяев.

Я была тут впервые и крутила головой, рассматривая тенистые аллеи, разномастные цветочные клумбы, забавную детскую площадку с кучей лесенок, горок, разных качалок и с большой песочницей.

— Я хочу с ними! Мам, скажи папе.

— А это ты зря, — сказал Тобиас и перевернул ребёнка кверху ногами, визгу и писку было достаточно. Я думала, что Тоби его отпустит уже. Но жестокий отец снова водрузил Северуса на шею.

— С кем ты хочешь? — спросила я нахохлившегося сыночка.

Ребёнок с обиженной мордашкой ткнул пальцем в сторону. И я увидела за деревьями в низине небольшой стадион, покрытый толстым слоем белого песка. Оказалось — для квиддича, были и трибуны, стояли кольца высоко вверху, и там же как раз летали на мётлах Лиззи и ещё одна девочка.

— Сев, у них же взрослые мётлы, твоя так высоко летать не может.

— Пусть папа мне купит взрослую, — буркнул он. — Или дай мне свою.

— Папа тебе всыплет ремня, Северус Снейп, — благодушно ответил Тоби, — если только прикоснёшься к маминой метле. Хорошо понял, или продемонстрировать?

— Понял, — покладисто ответил ребёнок, скрестив руки на груди и глядя в сторону. Обиделся.

Мы уже дошли до каменного дома, увитого плющом или другим ползучим растением, с низким крыльцом из полукруглых каменных ступенек. В обе стороны от главного входа загибались внутрь два крыла здания, создавая неполное полукольцо. Этажей было всего два, но в центральной части имелась высокая башенка. А крыша крыльев тоже использовалась и была ограждена невысоким заборчиком. С одной стороны на крыше располагались столики с разного рода креслами и деревянными лежанками прямо под открытым небом. Крыша другого крыла использовалась как крытая оранжерея.

Нас вышли встречать Береника с Элен, и выскочил Дерек с радостным воплем:

— Север! Я тут!

Я обменялась весёлыми взглядами с подругами.

— Привет, дамы! — Тоби спустил сына на крыльцо и поцеловал обеим ручки. — Рад видеть, а куда вы дели своих мужчин?

— Мужчины скоро будут, — хихикнула Элен. — Вы пока посмотрите комнату, которую вам мама выделила, Тришка проводит.

Маленькая лопоухая домовёнка преданно посмотрела на Тоби:

— Тришка покажет комнату дорогим гостям хозяев!

— Пап, — раздался возглас Северуса, когда мы уже хотели зайти в дом.

Север стоял рядом с жалостливо смотрящим на него Дереком, который нетерпеливо подпрыгивал на месте. Сынок с мрачным вызовом смотрел на отца:

— Можно мне погулять с Дереком?

— Можно, — после паузы кивнул Тоби, — если мама не против.

— Конечно, бегите, мальчики, играйте, — поспешно сказала я. А то ребёнок уже с обидой смотрел на нас обоих. Детишек как ветром сдуло. — Ты чего, Тоби?

— Ничего ты не понимаешь, Эль, — ответила мне Береника. — Тоби всё правильно говорит. Джеф такой же. Зато Дерек при отце как шёлковый. Ладно, вы идите в комнату, оставьте там вещи и приходите на террасу. Поппи будет с минуты на минуту. И остальные тоже.

Тоби отобрал у меня совершенно нетяжёлую сумку, прихватил за руку и молча последовал за домовушкой на второй этаж.

Видимо не стоило мне его критиковать при девчонках. Куда ни плюнь, везде грабли раскиданы, а я с энтузиазмом, достойным лучшего применения, норовлю наступить на каждые. Какое-то попадалово просто, не иначе.

Комнатка нам досталась шикарная. Огромная зала с кроватью под балдахином в углу. И кровать немаленькая. Окна во всю стену, паркетный пол. В углу старинный трельяж с кучей баночек и коробочек для ухода за лицом и не только. Слева у камина три кресла и низкий столик, стена справа задрапирована гобеленом, под которым расположилась старинного вида кушетка с изогнутыми позолоченными ножками. Перед ней на круглом столике стояла широкая ваза с яблоками, персиками и виноградом.