Дар. Золото. Часть 2 (СИ) - Хмелевская Ольга - Страница 52

«Я тогда еще плохо тебя слышал», - тут же отвертелся от ответственности клинок.

«Надеюсь, сейчас ты меня хорошо услышал?»

«Неплохо, в общем…» - почувствовав мою злость, Зараза притих.

Ушастому умнику я решил задать хорошую трепку как проснётся. Прочитать ему лекцию о глупости мелкого воровства.

Но вдруг подумалось: а я ночью, чем был занят? Ага, крупным. Но если сравнивать, то у Пончика кража-то помасштабнее нашей будет. Он не кого-нибудь, он короля лишил официального права на престол.

Хотя, если разобраться, и чеканы и клинок принадлежали вовсе не королю. Мне они принадлежат или не мне, еще не ясно, но не королевской династии точно. Правда, если судить… Так, опять меня понесло на умозаключения. Пора заканчивать со всякими там сомнениями и метаниями. Решение принято, выполнено и обжалованию не подлежит.

Ладно. Еще успею с Пончиком «поговорить». Вспомнить все его выходки, исчезновения, непослушание… И не только ему. Крылатому, с лекарем, тоже желательно мозги прочистить!

«Надо третьего будить!» - нахально подал «голос» Зараза. Почувствовал, что буря миновала, и опять полез с советами, - «С третьим нас вообще никто не возьмет! Слышь, полугном, я третьего хорошо знаю, он долго просыпаться будет – повозиться с ним придется».

Как он меня достал, а…

2

Из «палаты», как обозвал Муфалим комнату, где мы спали, я прошел во двор. В жилище архимага было предусмотрено несколько выходов, поэтому попал я не на улицу, а в закрытый от посторонних, сплошь в цветистых кустах, аккуратный дворик. Заодно проверил трехцветную паршивку, которую после ухода стражников Финна распрягла и завела под приспособленный для этих целей навес. Накинутую на морду сумку с зерном, лошадь опустошила и преспокойно спала, валяясь на дощатом настиле.

Финна.

Она действительно оказалась внучатой племянницей - девятой водой на киселе – Муфалиму. Приехала в Лирию на каникулы, и действительно подрабатывала в дворцовой цветочной оранжерее. Но меня это, сами понимаете, интересовало мало. Она была рядом. Ради этого я готов был простить Небесам все их выверты и сюрпризы.

На кухне она ловко орудовала сковородкой, готовя для нас тонюсенькие блинчики, улыбаясь поглядывала на мою растерянную и счастливую физиономию, а я сидел и думал, какая же все-таки Хозяйка… ладно, ругаться не будем. Высоконебесная дамочка, как специально, собирает вокруг меня всех, кто мне дорог, связывает их со мной накрепко, сплетает наши дороги и с интересом ждёт, как я буду разматывать запутанный ею клубок. Почему я такая неблагодарная… личность? Нет бы, спасибо сказать?

Да потому! Не ровен час, кто-то узнает, что мы здесь были. Что тогда произойдет с Финной? Вряд ли Муфалим сможет противостоять целой армии сытых ублюдков, натасканных унижать, обирать и убивать. Он хоть и архимаг, но одному против такой армии не выстоять никогда. Не верьте глупым балладам о великих бойцах, или бесстрашных магах, в одиночку выходивших победителями из кровавых битв или невидимых охот. Всё это вранье, плодящее мясо для войн и уродующее души тех, кто восхищенно берет в руки меч. Один в поле не воин.

Уходить надо. А я сидел и не мог справиться с шальным восторгом, только от того, что Финна просто рядом. Просто улыбается. Мне! Тихо и ласково, не скрывая своей радости. И молчит. А ей и не нужно ничего говорить. Я знаю.

3

«Ну, всё! Трындец! Теперь у нас любовь. Третий забыт, и о нем никто вспоминать не собирается».

Может, этого черного умника все-таки на сухпай?..

4

Через час, когда все собрались на завтрак в столовой архимаговского дома, и чинно расселись за узким и длинным столом, Пончик без зазрения совести уже сидел на коленях у Финны и, вызывая во мне безотчетную зависть, с величайшей осторожностью брал с ее пальчиков крохотные кусочки.

Муфалим, элегантно сморкавшийся в белоснежный носовой платок, сидел за другим концом стола (все-таки его непереносимость на Пончика состоялась), и с невозмутимым лицом пил из блюдца чай. Алабар с прямой спиной – нож в правой, вилка в левой, аккуратно макал нарезанные ломтики в варенье. Саня уткнулся в газету - архимаг позволял себе такую роскошь, как «Вессальские новости», а Машка, не стесняясь, пальцами скручивал из блинов аппетитные рулончики, насмешливо поглядывая на меня и Финну. Марат спал в «палате». Ему еще долго спать и он не увидит, как мы уйдем. Да, мы оставляем его на попечение архимагу. Да, бросаем на произвол судьбы. Но, насколько я его знаю, дураком он точно не был. И подставляться точно не будет. Жаль, что я не смогу расспросить, за какие такие преступления его кинули во дворцовую кутузку.

Но некоторую ясность неожиданно внесла Финна.

- При дворе, все кумушки судачат, – поделилась она с нами, - воздушники разрушили крепость где-то на границе. Наверно, поэтому Марата арестовали. И еще несколько магов.

- А он тут причем? - спросил я, - Он же некромант.

Все разом повернулись ко мне, а за столом повисла тишина. Пришлось объяснять:

– Марат, Финна и я… У нас троих неклассические способности. Поэтому в Академии…

- Вот оно что, -- вдруг задумчиво перебил меня Муфалим. – А я-то голову ломаю, что за Марат? А вы, стало быть, тот самый Тишан. Да, Финна рассказывала.

Он поставил блюдце на стол.

– Значит, Кадаш взял вас троих под свое крыло, но ничему толком не научил. И вы все трое сейчас здесь. Именно у меня. У опального архимага. Очень интересно, очень, – Муфалим побарабанил скрюченными пальцами по столу. – Как я понял из объяснений внучки, ваш однокурсник из рода, где на свет появлялись только воздушные маги. И судя по всему, он единственный, у кого иная способность. Но если мне не изменяет память, некроманты имеют, так называемую, полную радугу.

Я открыл рот, а Финна, как всегда при большом удивлении, захлопала ресницами.

– Что вы на меня уставились? Да, это так. Он таким родился. Но это не значит, что он всё умеет. Если я правильно понял, он ничего толком не умеет. И если я совсем правильно понял, то Кадаш постарался, чтобы не умел и дальше. Хотя, некромантии научить нельзя: либо тебе дано, либо нет. Учителю нужно просто разбудить дар и научить им пользоваться, а не забивать голову ученика околонаучной ахинеей.

– Но почему? – вдруг нахмурилась Финна, и по-женски непоследовательно воскликнула. – Ведь не все воздушные кланы пошли против короля! Семья Марата в Вессалине несколько столетий живет. И потом, Марат неделю назад был в Академии. И вдруг исчез. Я думала на каникулы к родным уехал.

– У него больше нет родных, – вдруг сказал Саня, не отрывая взгляда от газеты. – Графы Вальды? Казнены. За участие в мятеже. Позавчера. После закрытого суда. Тела предъявлены обществу в Вессалине, в усыпальнице для высокородных дворян. Всё имущество и владения рода перешли в собственность короны. Младший наследник, Марат Вальд, как пишут, пропал без вести неделю назад. Объявлен розыск. Они такие не одни. Также казнены Тимлесы. Все. Даже трехлетний наследник побочной ветви. Газета сегодняшняя.

Я вдруг понял выражение «как обухом по голове».

Мы замерли. Ошарашенно. Почти каждый здесь сидящий, был из дворянского рода. Пусть не очень влиятельного и не очень богатого, но все же мог похвастаться титулом и претендовать на место в аристократической иерархии Вессалии. Вот так, походя, выяснилось, что любые высокородные амбиции – просто сверкающая мишура. Декорации. Претендовать на что-либо может только сила. Она же придумывает законы. И доходчиво их разъясняет. Иногда очень доходчиво. Всем. Кроме себя.

– Кто-нибудь за них вступился? – глядя в пустую тарелку, подчеркнуто нейтрально поинтересовался Машка, – из непосредственных вассалов? Виконтов там, баронов… Тех, кто приносил им вассальную клятву. Не пишут? Или, из так называемых, имущественных подданных? Типа селян. Из тех, кого заставляют шапки ломать при проезде сиятельного кортежа. Бунта не было, нет? Смерть всемилостивейших якобы хозяев земель оказалась никому не неинтересной?