Дар. Золото. Часть 2 (СИ) - Хмелевская Ольга - Страница 53

Саня посмотрел на него удивленно.

– О чем ещё пишут? – снова спокойно спросил оборотень.

Муфалим молча покрутил пальцем вилку на столе, а Саня опять уткнулся в газету и прочитал:

– Отозвана аккредитация у торговой и дипломатической миссий Северных островов. Официальным представителям, дипломатам, предписано покинуть Вессалиюв течение четырех суток. Объявлено эмбарго. Причина… Да какая разница, в общем.

Да. В общем, никакой.

Машка снова высказался:

– Видимо, эльфам не хватило золота двух казненных родов. Видимо, немного у этих родов было золота. Интересно, кто следующий?

– Скорее всего, Малиты и Роны – ответил ему архимаг. – Всех влиятельных под корень. Потом наверх вылезут те, кто проявил собачью преданность сильному, и шакалью подлость к слабому. Машал, вас это удивляет? Это всего лишь драка за жирные куски. Ничего более. Богатые пытаются стать еще богаче, а простому люду безразлично, кто следующий усядется на его спину. Простолюдины даже обрадуются, если наездников будет поменьше. Кстати, я думаю, что золото эльфы не получили, если вы о возвращении займа. Зачем возвращать ценный ресурс партнёру, когда собираешься с ним воевать. Тем более, что вероятность победы в такой войне у короля очень велика. Тем более, что не только в Дарае остались золотые рудники. Я подозреваю, у северных эльфов тоже кое-что имеется. Если Калин не смог взять Исандар, он будет стремиться на Острова. А для армии золото у него теперь появилось.

Я закрыл глаза. Да, я тоже приложил к этому… руку. Буквально. Нашел золото, которое у короля «появилось». Да, за это золото я попросил спокойствие своих родных. А получил?

Домой хочу.

– Но зачем, зачем? – Финна нервно гладила Пончика. – Неужели нельзя договориться? Война ничего кроме боли и ужаса не принесет! Ну почему вы, мужчины, так любите убивать друг друга?!

– Финна! – строго прервал ее Муфалим. – Тебе пора в оранжереи. Сегодня не тот день, когда можно опоздать во дворец и это не вызовет вопросов.

5

Я, помог Финне убрать со стола, вымыть посуду, вынести мусор к корзине на улице, взял веник и вместо нее начал подметать полы… Я бы и помыл эти клятые полы, лишь бы побыть с ней еще чуть-чуть. Но она, рассмеявшись, отобрала у меня орудие труда, сказала, чтобы я прекратил волноваться, что всё будет хорошо, что деда Муфалим сделал для нее серьги-артефакт, и они как два маленьких зеркала отражают чужие мысли. А мыслей вокруг много и ни один менталист не поймет, что за каша в твоей голове. И вообще, за неё переживать не нужно, она еще недельку поработает в королевском саду и уедет домой. А мне нужно беречь себя.

Я всё не мог отпустить ее ладошки, которые держал в своих, но Финна ласково коснулась губами моей щеки, и, вздохнув, уселась в двуколку. На глазах у «изумленной публики». А как еще назвать троих индивидуумов, которые пялились на нас с каким-то наглым исследовательским интересом?

Я давно заметил, что всё хорошее в этой жизни быстро заканчивается. А лучшее заканчивается еще быстрее. Милка, как назвали хитрую трехцветку, вполне довольная судьбой выкатила двуколку из дворика, и повезла Финну в направлении Королевской Резиденции.

Конечно, мы оставили и кобылу, и двухколесный транспорт архимагу, тем более, что он наотрез отказался от денег. Единственное, что он попросил, это дать ему «поработать» с нашими браслетами. А нам жалко, что ли?

6

Что сказать. Пока Муфалим возился с артефактами, Алабару и Сане влетело по самые уши. Словесно, разумеется. Вчера они рисковали. Глупо. Сказано было сидеть на дереве и ждать, значит, надо было сидеть на дереве и ждать.

Смутьяном оказался Алабар. Он не захотел коротать ночь на ветках. «Дракон не ворона!» – высказался перепончатый. Я задал логичный вопрос: какого тогда он соглашался там сидеть, при составлении общей диспозиции? Но крылатый привел убийственный аргумент: при последующем тщательном анализе составленной схемы, напрашивался вывод, что в тюремных апартаментах должен быть не только вход, но и выход. Подземный. Сложил два плюс два, и понял то же, что и я – подземный ход из тюрьмы ведет через тот самый фонтан. Значит, вероятность, что мы им воспользуемся, пятьдесят на пятьдесят. А вдруг что-то пойдет не так? Значит, нам может понадобиться помощь.

И помощнички пошли.

Как поздней ночью идти по улицам, полным разными патрулями, и не привлечь к себе внимание? Так же очень интересен вопрос, как не привлечь внимание той части лирийского общества, которая не обременена условностями в плане уважения к чужому имуществу?

Эти двое решили прикинуться иностранцами. Стянули вывешенный на просушку длиннющий отрез для чалмы, а заодно и джеллаб какого-то аларца, так вовремя поселившегося в соседней комнате. Было, конечно, у Сани подозрение, что «аларец» не совсем тот, за кого себя выдает, но его вещички оказались весьма кстати.

Короче, через полтора часа после нашего ухода, эти два ид…иностранца, свалили баулы в двуколку, прикрыли трактирным ковриком, и поехали. На экскурсию, н-да. Раза четыре их останавливали городовые. Но Саня, за свою бытность тюремным лекарем, нахватался у «пациентов» таких разнообразных приемов прикидываться лаптем, что городовые, чувствуя удовлетворение от собственного превосходства и предвкушая все последующие приключения туповатого купца, растолковывали ему, куда и как проехать, чтобы «получше» рассмотреть достопримечательности. Ага, в двенадцать ночи.

Алабару, для полноты выбранного образа, предписывалось демонстративно тянуться за мечами, изо всех сил делать тупой вид, и «подчиняться» первому же окрику «хозяина». По мнению Сани у него получалось плохо, поэтому приходилось подкреплять лояльность блюстителей порядка полновесным серебром. И, конечно, никак не могло обойтись без знакомства с ночными охотниками за чужими кошельками. Но тут, сами понимаете, комментарии излишни.

Когда же «иностранцы» доехали до злополучного дома с «магической» крысой на стене, пришлось два раза медленно обогнуть целый квартал, пока дракон не почувствовал ханура. Дальше все было просто. Эти двое древних «скоординировали местоположение», и двуколка поехала нам навстречу.

В процессе повествования об «экскурсии» в пересказе Сани, я еле сдерживал смех, зато Машка наоборот, почему-то становился всё мрачнее. Лекарь, наконец, закончил свое оправдательное эссе, но оборотень молчал, рассматривая из подвального окна суету спешивших мимо множества ног, колес и копыт.

– Купи свечей, – не поворачиваясь, вдруг посоветовал оборотень. – В первом же храме. Зажги и расставь по всем углам. И поблагодари Богиню за терпение и отличное чувство юмора. А то у меня на вас даже удивления не хватает.

7

Активировать третий Ключ в лавке Муфалима я не стал. Зараза долго и нудно пытался меня раскрутить на активацию «спящего красавца», как он ехидно обозвал украденный клинок, но я не знал, как отреагирует магический источник под домом на подобные превращения. Кроме того, не хотелось лишний раз задействовать свою магию. Муфалим, конечно мужик тертый, и в переносном и в прямом смысле, но рисковать я не мог: лишние знания, правильно – лишние визиты специалистов, очень своеобразно трактующих букву закона. А полное ментальное подчинение я видел.

Когда мы, уже собранные, стояли возле входных дверей, Муфалим шустро доковылял к нам из своей лаборатории, вытер дорожки пота с лица и тоном возмущенного учителя высказал:

– Как вам не стыдно, Райен! Неужели сложно было догадаться, что материал для такого артефакта, нужен качественный, а не то старьё, которое вы использовали. Он у вас выдержит еще пару раз и рассыплется. Уж будьте добры найти новый чепрак. Неокрашенный! И исправить всё, что вы тут наделали. Аккуратней с такими вещами надо!

Но вдруг остановился.

– А! Да. Я вам приготовил кое-что. Надевайте, – он раздал каждому из нас простенькие подвески. Кусочек дерева, с продетой в него вощеной нитью. – Мне не стоит, спрашивать вас, куда вы направитесь. Но в столице вам явно делать нечего. Уверен – в королевские казематы вы полезли не для спасения последнего Вальда. А вот немного помочь я могу. Как только вы покинете мою лавку, эти подвески создадут вокруг вас иллюзию. На короткое время, от силы на час-полтора, и только на солнце. Так что держитесь освещенной стороны улиц. Благодарить не нужно, я о себе беспокоюсь. Так что ступайте. Всего наилучшего.