Дар. Золото. Часть 3 (СИ) - Хмелевская Ольга - Страница 21

Ирби покосился на нас, хлюпнул носом – все-таки догнал его насморк – с тяжким вздохом сел на стул как положено, но лишь открыл рот, как беззвучно открылась высокая арочная дверь, и в библиотеку вошел старик. Шаркая и ковыряя клюкой дубовые половицы, он подслеповато огляделся, увидел нас троих, примостившихся на диване, и остановился.

Машка вскочил мгновенно. Так же стремительно оказался рядом со стариком, подхватил его под руки и подвел к креслу. Ирби тишком поднялся со стула в попытке скрыться за Машкиной спиной.

- Да вижу я тебя, бездельник! Вижу.

Вошедший начал кряхтя опускаться в кресло и вдруг, ловко перехватив клюку, с силой протянул Машку вдоль спины.

- За что!! - взвыл кошак, отскакивая.

- Хочешь сказать, не за что? Ну-ка, ну-ка, я послушаю опровержение! - старик, наконец, примостился в кресле. - Вчера я твоего родителя нашел. В винном погребе. В зюзю налакался.

- Удивил, - Машка потирал рукой ушибленную спину.

- Это он меня удивил. Начал мне втирать какую-то ахинею про гномов, про магов... Причем, ещё и по большому секрету, - для убедительности старик поднял вверх мосластый указательный палец, - Я бы не стал его бред слушать, но одно слово прозвучало. Росса. Не знаешь о таком?

- Слим не придуривайся. Кто, как не ты, мне историю клана рассказывал? На ночь, вместо колыбельной.

- Выходит, Данат не бредил, - пробормотал старик, - хорошо, что Илара запах спиртного на дух не переносит. Очень хорошо… Ладно, показывай гномёныша! Который из троих?

И как вам это понравится? Не знаю, как у вас, а у меня даже слов не оказалось! Одни слюни. Я что вам тут всем – выставочный экземпляр?! Нашли антиквариат, хвосты крысячие! А кошак стоял и зубы скалил.

Взгляд Ирби, тут же метнувшийся к нам троим, засветился восторгом ребенка, впервые попавшего в зоопарк. Он переводил глаза на каждого из нас с таким любопытством, что даже Алабар хохотнул. А Саня не упустил случая дракона поддеть.

- Уж на твоем месте я бы не хихикал. Он же не знает, кто тут из нас настоящая экзотика.

Само-собой, Ирби моментом заработал от Машки подзатыльник, с досадой отвернулся и опять уселся на стул, потянувшись ладошкой к хануру. Погладить.

Машка посерьезнел.

- Слим, я дал клятву равного.

Старик разглядывал оборотня долго. Я, было решил, что он уснул: старый человек, всё такое… Но нет, он в раздумье пожевал губами, пару раз постучал клюшкой по полу.

- Зачем?

- Я хочу возвращения. Того забытого времени, когда и метаморфы, и люди были равны. Когда храмы не печатали пасквилей о том, что мы абсолютное зло, и убийство любого из нас не считалось подвигом. Я хочу вернуть к нам уважение. Я хочу места под солнцем для себя и для… Ирби. Ты человек, но всю жизнь прожил с нами. Ты должен понимать, что вечно такие как я не смогут прятаться. Придется или воевать или сгинуть совсем.

Дедок молчал, слезящимся прищуром разглядывая кошака.

- Балбес, - наконец, припечатал он. И тяжело вздохнул. - На моей памяти, только одни волк давал эту клятву.

- И кто из наших такой же недалекий? - снова улыбнулся Машка.

- Я.

Оборотень смешно захлопал глазами.

- Но… - растерялся он, - ты же не…

- Я же. Прадед я твой. А вон тому шкоднику, - старик ткнул клюкой в сторону Ирби, - прапрадед. Варежку закрой, пятки застудишь. Ну, так как, будешь гнома показывать?

Машка медленно кивнул, с трудом переваривая новость. Глазки Ирби, и без того большие, распахнулись на пол-лица, а я… заскучал. Вот какое мне дело до родственных взаимоотношений разных метаморфов, впавших когда-то в немилость всех официальных религий? Я сюда просто передохнуть пришел. Что-то передых не получается.

- Но… почему… молчал? - кошак никак не мог прийти в себя. - Что происходит, Слим? Что в этом доме, к бесам, происходит? Почему мать и отец так себя ведут? Почему никто не искал Ирби в горах?!

- Потому что! Вопросов много, Машал, каждому свое время. Наберись терпения и не фырчи. А твоего сына искали. Но по части маскировки мелкий шкодник даже тебя превзошел. Талант, ети! Ну, так который из них гном? Он боится подойти, что ли? Не съем я его.

Машка опустил глаза и не глядя на меня попросил:

- Тишан, я тебя прошу, подойди, пожалуйста.

Ну, надо же! Кошак вежливым бывает. Завтра опять пойдет дождь. Нет, повалит снег. Но кобениться действительно не стоит. Я же не облезу, если подойду к немощному.

Очень внимательно меня осмотрев, этот немощный категорично заявил:

- И близко не похож. Глаза матери, да. Остальное не поймешь чье.

А вот отсюда поподробнее, пожалуйста. Он знал мою настоящую мать?

- Вы знали мою…

- Естественно. Я давал клятву твоему прадеду.

И задумался. И опять надолго.

Пришлось кхекнуть, в горле отчего-то запершило, да.

- Ты тут не кашляй. Раскашлялся он. Это мне торопиться надо, не сегодня-завтра за горизонт уйду. А ты стой и жди. Терпение в этом мире – великая добродетель. Так, обормоты, помогите-ка мне подняться, и пошли со мной. Покажу кое-что. А-а, белка-переросток! - он увидел ханура, прыгнувшего со стола на моё плечо. - Да знаю я, что это «страж», Машал. Лучше тебя знаю. Где ж ему быть как не с гномом.

Глава 9

1

В каждом уважающем себя старинном замке имеется подземелье. Говорят, в некоторых даже привидения водятся. По мне, так нет никаких привидений, потусторонних сущностей и тому подобных сказочных созданий: ими пугают малышню, чтобы она, повинуясь изыскательскому порыву в сочетании с абсолютным бесстрашием, не лезла куда не надо.

Судя по всему, «куда не надо» было именно здесь: в узком коридоре с несколькими, затянутыми сухой паутиной, дверьми и не зажигавшимися до сего дня, наверно лет …дцать, настенными светильниками, чадящими и воняющими сейчас неимоверно. Не иначе масло застоялось, а то и высохло. И пахло тут пауками и древностью.

Почему здесь было то самое «куда не надо»? Потому что кошаки, Машка и Ирби, глазели на зеленоватые, чуть тронутые мхом стены, так же как и мы – с интересом. И принюхивались. Не были они тут раньше, факт.

В защиту их любознательной кошачьей натуры, надо сказать, что они бы и не смогли сюда попасть. Вход в эту подземную каменную кишку был замаскирован монолитной кладкой, и рычаг, ее отодвигающий, нашла бы только такая любознательная натура как моя. В принципе, так и произошло.

Когда мы спустились по темно-серым ступеням витой лестницы на несколько длинных пролетов вниз и уперлись в тупик, Слим, тяжело дыша, повернулся ко мне.

- Откроешь?

Я пожал плечами: тоже мне, теорема Мерфа. Еще один проверяющий! После королевского централа мне такие дверцы на один зуб. Я даже руками не водил, элементарно осмотрел пространство. Как и ожидалось, рычаг был железным и располагался на уровень груди в скрытой стенной прорези. Не-ет, дергать я его не стал. Пальцем показал. Знаю я эти рычаги, проходили! То ямы под ногами открываются, то вода всё на своем пути смывает. Как-нибудь без меня.

Слим одобрительно фыркнул и нажал на рычаг сам.

Остановились мы напротив одной из дверей. Старик клюшкой пособирал паутину, сунул ржавый ключ в недовольно заскрипевший замок, толкнул зашатавшуюся в расхлябанных петлях деревянную створку, и вошли мы в небольшую каменную камору. Едва хватило места поместиться всем. Если считать и того, кто сидел на стуле, вырезанном из цельного куска дерева, скорее похожем на трон.

Сначала меня отшатнуло, потом передернуло. Сзади приглушенно охнул Ирби и обозначил намерение удрать по-тихому, но взял себя в руки и остался на месте. Старик только покосился в сторону пацана, жестом приказывая Машке закрыть дверь.

2

Что ж. Если говорить о первом впечатлении, то не очень. Череп лысый, глазницы пустые, нижняя челюсть отвисла, длинные косточки пальцев торчат из рукавов… Не ах, в общем. Зато черный кожаный камзол с позолотой и бисером. Такие же кюлоты, вправленные в высокие сапоги и пояс, инкрустированный драгоценными камнями. Сапфирами в основном. Все старинное, точнее старое, высушенное до состояния хрупкой бумаги – тронь, осыпется прахом. И оковы. Предплечья и голени втиснуты в добротные железные петли, пристегнутые к подлокотникам и ножкам «трона». Железный обруч на шее, вернее на шейных позвонках, притягивает череп к спинке, не давая ему упасть.