Дар. Золото. Часть 3 (СИ) - Хмелевская Ольга - Страница 65

- Слышь, эскулап. А ты как в темноте видишь? - вдруг шепотом спросил Машка. К его стыду, этот вопрос пришел в голову только сейчас, - или ты теперь не только словами усыплять умеешь, но и ночное зрение у тебя есть?

Саня покачал головой.

- Я микстуру выпил. Она до предела зрачки расширяет, и добавляет восприятие к свету. Правда, потом на час-два ослепну.

- Надо же, до чего наука дошла, - тихо восхитился кот и мягко прошелся к пустому оконному проему.

Вдруг, он резко шагнул назад. И присел.

- Ты чего? - насторожился Саня.

- Черныш нервничает. Вообще-то он давно это делает, но здесь у окна конкретно что-то не то, - Машка сидел на корточках и вглядывался в темноту. - В окне, или рядом, слабый магический поток. Чужой и упорядоченный, как он говорит.

Саня осторожно подобрался к оборотню.

- На улице запахи поменялись, - оборотень к чему-то принюхался. - Люди. Кто-то из них пользуется резким… и редким благовонием. Дорогим… Сань, это за нами. Трое, а возможно и больше. И они не двигаются. Ждут, когда мы сами выползем?

Лекарь помолчал, подумал.

- Блин. Наверно, я сигнальную сеть порвал, когда в окно влез. Я не заметил. Я же не артефактор. И что теперь делать?

- Ты быстро бегаешь?

- Не замерял.

- А надо было. Скорость полета огневого пульсара проверяется на своей шкуре только один раз. Первый и последний.

- А ты уверен, что это маги?

- Ну, один там точно есть. Раз почуяли они эту самую сетку. И это явно не лекарь. Только вот почему они ждут? Или не знают, кто сеть потревожил? Может животное какое-нибудь, так чего зря лазить по этому хламу.

- Получается, этот лазарет охраняется, - пробормотал Саня себе под нос, - и не просто так, а магически.

Машка его не слушал, он соображал:

- Так. Черныш нас прикроет, но след мы оставим. Поэтому надо бежать не только быстро, но и далеко. Готов?

Саня молчал. Как он мог быть готов? Он лекарь, а не…

- А зачем лазарет так охраняется? - вопрос у него в голове возник неожиданно и тут же слетел с языка. - Постоянная сигнальная сеть, закрепленные за ней охранники. Наверняка маги… Это ж какая трата денег? Что тут охранять? Битое стекло?

- Сань, тебя другие вопросы не интересуют? Как в живых остаться, например?

Но лекарь внимательно оглядывал помещение. Даже на потолок посмотрел.

- Идем. Нам в покойницкую надо, - и сразу развернулся из бывшей лаборатории, прихватив баул с собранным инструментарием. Ну как же бросить такое добро?

- Мне так точно не надо, - проворчал оборотень, но за лекарем потащился, - чего ты там забыл? И вообще, я не видел никакой…

- Она на первом этаже у запасного выхода. Мы в ней уже были. Мне там кое-что почудилось. Странное что-то.

Саня двигался уверенно и быстро, словно ходил тут тысячи раз.

- И как это нам поможет выбраться? - шипел кот сзади, но лекарь молчал, и коту это совсем не нравилось. Не любил он магов, одни неприятности от них. Некоторые, правда, нормальные, но в основном…

Чудом сохранившуюся дверь в просторное помещение Саня затворил поломанной ножкой от стула, как только они с оборотнем оказались внутри. Здесь не было окон. Черно-белые кафельные плитки пола давно потрескались, грязные стены были испещрены похабными рисунками, среди деревянного хлама, казалось, ничего ценного не было.

- Дай кинжал.

Сказано было так, что лэр Рас на Саню только удивленно глянул, но все же протянул клинок.

Ни слова не говоря, лекарь подошел к одному из столов, попинал ножки, пару мгновений простоял с закрытыми глазами и резко воткнул кинжал в старое дерево.

Пространство вокруг поплыло.

Оно будто смывало реальность, не оставляя в холодной комнате даже застоявшегося запаха времени. Исчезали, растворяясь в пыльном воздухе поломанные каталки, тумбочки, этажерки. Стиралась грязная штукатурка со стен, и вскоре посередине покойницкой остался только единственный стол с воткнутым кинжалом.

- Это что? Иллюзия? - шепотом спросил кот.

- Нет, Маш. Это как раз настоящее. Иллюзия была раньше. Все эти деревяшки и хлам – всего лишь фокус. Обман.

- Зачем?

- Пока не знаю.

Над столом возникло голубоватое свечение. Ровное, сильное. Оно мощно растекалось по темной комнате, и Саня подслеповато заморгал, потер глаза, сощурился, но, как и Машка, удивленно уставился на происходящее.

В голубой мерцающей дымке, появилось тело, и воткнутый в него гномий кинжал ярко засветился узорными разводами.

Человек был обнажен. На его теле отчетливо проступали сине-фиолетовые трупные пятна, черные гематомы на запястьях и щиколотках, несколько жутких резаных ран, и кровь, словно только что вытекшая из них. Обычное, ничем не примечательное лицо исказила посмертная маска боли и ярости. Только кожа на плечах и предплечьях странного красного оттенка, в таких же ярко-красных татуировках. Вернее, в письменах.

Лекарь зашевелил губами, и Машка с содроганием понял, что лекарь пытается их читать. Он еще и рассматривает этот труп?! Точно больной!

Вдруг тело дернулось.

Саня попятился.

Машка отпрыгнул назад и прилип к стене. Не сумев справиться с холодным ужасом, он мгновенно выхватил спрятанные дротики. Но человек остался неподвижен, лишь из груди потек ярко-красный полупрозрачный дым.

Затаив и так сбившееся дыхание, они смотрели, как легкое марево поднимается в темноту, складывается в буквы и вот уже над столом рубиновым огнем сверкают слова:

«Люди!

Вам даровано всё: сила, любовь, красота.

Но вы убиваете.

Вы ищете оружие для убийства, а нужно для спасения.

Вы легко забираете жизнь, а можете ли вы ее вернуть?

Я убит вами здесь. Не железом, не словом – невидимым чудовищем. Оно создано вами.

Оно проникает в кровь и жилы, плоть и кость, и сжирает изнутри.

Мелкое, злобное, неуправляемое. Похожее на вас.

Вы создали его не для меня. Я случайность.

Вы хотите остаться одни на этой земле. Вы хотите избавиться от всех непохожих на вас.

Но что будет тогда, когда только вы и останетесь? Ваша злоба повернется вспять. Невидимое чудовище измениться быстро, и умирать начнете вы сами.

Я вижу, так будет. Я знаю, так уже было.

Кто вы такие, чтобы равнять себя с Даром?

Остановитесь.

Я – посредник».

Буквы изменились. Теперь это был дарайский алфавит. И снова он сложился в предложения. На аларском. На эльфийском. На гномьем… Снова на вессальском.

Труп светился, как будто плавал в темноте, а над ним вновь и вновь загорались одни и те же слова на разных языках.

- …посредник?.. - побелевшими губами прошептал Саня, - …они убили… посредника? О, Небо…

Оборотня у стены бил озноб.

- Что это?

Лекарь не отвечал.

Наконец, он, пересилив себя, подошел к столу, осторожно вынул из досок тут же погасший кинжал, попытался тронуть пальцами тело человека. Но ладонь прошла насквозь, опустившись на деревянную поверхность.

- Это жертва… Возможно, одна из первых…

Он неотрывно всматривался в лицо человека, сжав зубы и пытаясь унять задрожавшие пальцы.

- Сюда, в этот лазарет, доставляли больных. Но, кажется, здесь знали о настоящей причине болезни. Может быть, тоже занимались… как бы так… выведением новых болезней. Если я правильно понял, так называемая местная «чума» была предназначена вам. Метаморфам. Это же ваш город. Но что-то пошло не так, и начали болеть люди. Он просто попал под раздачу.

- Просто?

- Да, Маш. Просто. Это сохранить жизнь непросто. А убить, раз плюнуть, сам знаешь. Но кто откажется от оружия, которое за несколько дней выкосит целый город? Приходи потом на все готовое.

- Так болезнь останется!

- Нет. Её никто не будет создавать устойчивой. На свою голову что ли? Смысла нет. Она и здесь повеселилась и мирно почила.

Машка сделал над собой усилие и отлип от стены. Призрак так и висел над столом.