Дар. Золото. Часть 3 (СИ) - Хмелевская Ольга - Страница 77

Глава 28

1

Вода в озере была похожа на цельный красный кристалл, налитый и застывший в глубокой чаше. Освещенная лучами полуденного солнца, проникавшими на несколько локтей вглубь, она изредка словно выталкивала со дна красные сгустки, тяжело поднимавшиеся к поверхности, и бесконечная озерная гладь казалась багряной кровью, мерно пульсирующей, оставляющей чувство чего-то живого и дышащего. Сердца, бьющегося в такт дыхания мира.

- Его поэтому называют Сердьце Ульгара?

С высоты птичьего полета водная чаша действительно напоминала ярко-красное, слегка вытянутое с одного края, сердце, но Дох, которому я задал вопрос, сказал совсем другое.

- Тишан, мне бы не хотелось возвращаться ночью. Тем более, что на обратном пути нам нужно заглянуть в Лиассу.

Это были первые слова дракона за полдня.

Мы поднялись в небо с шакарского стойбища, когда звезды еще мерцали на посеревшем небосводе. Перекусили овечьим сыром, пшеничными лепешками, квашенным молоком и попрощались с домом Ласхо.

Проводы были недолгими, без напутствий и речей, правда, опиравшийся в этот раз на крючковатую палку шаман, спросил, хочу ли я услышать, что меня ждет. Ну, хотя бы в общих чертах. И услышав в ответ: «На фига? Я ж если узнаю, обязательно сотворю что-нибудь наперекор. Злостно и сознательно», улыбнулся. И неожиданно погладил меня по голове. Прям, как дитя неразумное. Даже ошарашенный Пончик чуть не свалился с плеча от избытка чувств.

- Ты, прав, юный творец. Времени не существует. То, что было - исчезло, то, что будет – еще не произошло. Прошедшее всего лишь наша память. Память делает нас, а мы делаем наше будущее, у которого тысячи дорог. Все, что я вижу, лишь возможности тех, кто передо мной. И всё, что я умею – это думать. Я тоже делаю свое будущее.

- Выходит, то, что вы рассказали эльфам…

- То, что я говорил северянину, его выбор. Уже свершившийся. А значит…

- …несуществующий. И может… поменяться?

- Да, юный маг! Дороги судеб множественны. На каждой из них есть перекрестки, повороты, тупики, остановки. Глупый шагает по той, которая первая попалась под ноги. Умный ищет удобную. Сильный – короткую. Слабый идет туда, куда позовут. Лишь знающий встает на нехоженые узкие тропы, и прокладывает свою собственную, - шаман помолчал. - Я не увижу тебя больше. И потому хочу поблагодарить. За выбор.

Он вдруг согнулся в поклоне, постоял, выпрямился, и поковылял прочь.

Н-да-а… Круто начался день…

Доху он «погадать» не предлагал, поскольку Правитель был хмур и еле цедил слова, стараясь сохранять видимость вежливости. Вчерашние посиделки не добавили радости и так измотанному стремительными событиями дракону, потому обошлось всеобъемлющим «Хей!», мы помахали друг другу ручкой и разошлись-разлетелись в разные стороны.

Сейчас Дох сидел в тенечке какого-то странного сухого дерева, на вид будто выточенного из металла, в рощице, узенькой лентой окружавшей озеро и наблюдал. За мной.

А я тоже сидел. И смотрел. Когда я сюда попаду еще раз неведомо, а запомнить такую необычную, диковинную красоту хочется. Вот и смотрел.

Гнездо я активировал. Не без сюрпризов оказалось, само-собой: внутри каменной сферы лежал скелет. Да, нормальный такой скелетик, с черепом и косточками (все на месте, всё при нём), но я не некромант, разговаривать с подобными друзьями не умею. Выносить его из гнезда я не стал – при активации кости сгорят, что будет достойным погребением – и занялся делом.

Сначала вернул к жизни Тартума. Это пятого так зовут. Зачем? Чтобы Зараза перестал ныть. А заодно, чтобы все три клинка набрали себе энергии, когда потоки магии соберутся и активируют это место. Слушать приветственную тираду моего черного умника не стал, только попросил не увлекаться. Дабы не мешали.

Потом… Да о чем тут рассказывать? Всё как обычно: вот сложенный песчаником купол, почти занесенный красноватым песком, вот я, весь из себя такой уверенный, и вот три часа потраченных на активацию. Нет, меня конечно порадовало, что руки уже не так трясутся после интенсивной замены «структуры вещества». Уже не падаю в обморок и научился пополнять магический резерв на ходу. Но все-равно устал. Даже изумрудный фонтан энергии, брызнувший из кокона и сжегший всё что было внутри сферической постройки, восполнил потраченные силы не так как хотелось бы. Словом, приполз я к берегу отдышаться, наорал на Пончика, (потому что лезет за мной в самое пекло, бесстрашный наш), и выдул чуть ли не всю баклагу воды, поднесенную мне девчонкой-шакаркой. Она мне и глиняную чашечку в руки сунула, заботливая. Я не стал паясничать, что, мол, в баклаге горлышко узкое, в рот поместится – положила и положила. И сел по аларски у самой кромки диковинного чуда. Смотреть. И потихоньку набирать тот самый магический резерв из всего, что увижу. Зачем, если все-равно сидеть у дракона на спине? А затем, что давно не дававшие о себе знать душевные кошки вдруг заскребли коготочками по моей, ставшей очень недоверчивой, душе.

- Почему здесь так пусто? - спросил не оборачиваясь, зная, что Дох меня услышит, - никого нет… тихо…

Дракон молчал довольно долго.

- Ты не… чувствуешь?

Пожал плечами: что я должен сейчас чувствовать?

- Нам, в Академии, объясняли, что пустыня, окружающая Сердце, ядовита. Только шакары и могут жить в таких условиях, да и то, лишь на окраинах. Но это говорят люди. Я хочу услышать то, что знает дракон.

И даже угадать не пытался, почему он опять молчит. Скажет, куда он денется.

- Яда здесь нет. Иначе твои предки не поставили бы у озера гнездо. Здесь дуют песчаные ветры. Такие, что всё живое объедает до костей. Песчинки летят так быстро, что выбивают плоть. И даже дерево за считанные мгновения становиться похожим на изъеденный жуками остов. Цвет у этих ветров ярко-желтый, как песок. Когда желтые бури дуют на восток, кораблям не стоит даже пытаться выходить в море.

- А как же шакары?

- Ты видел на их телах коричневые разводы? Когда начинается сезон ветров, эти разводы утолщаются и кожа покрывается чешуей. Очень крепкой. Но они все равно стараются в это время уйти за камни. Из-за животных, кочующих вместе с ними.

- Странно. Тогда почему нам рассказывают небылицы?

- Ты действительно не чувствуешь? В воде?

Ну, допустим, тут и чувствовать нечего. Понятно, что вода в озере необычная. По ощущениям, она очень вязкая, тягучая и что-то в ней есть. Знакомое, но непонятное. Пожал плечами:

- В ней что-то тяжелое…

И вдруг дошло.

- Золото?.. Растворенное золото?! Но… как?!!

- Ты же умеешь нагревать воду?

- Да любой воздушник умеет! Подождите… вы хотите сказать…

Я буквально подпрыгнул с места. И подскочил к баулу. За той самой глиняной чашечкой. Ай, да девонька! Знала, выходит!

Зачерпнув совсем чуть-чуть красно-бурой жидкости, поставил чашку на прибрежный песочек и уселся перед ней на коленки. Будем надеяться, что моих сил хватит.

Итак, нагреваем. Сильнее, еще сильнее, совсем сильно. Нет, конечно, не до кипения. До кипения у меня сейчас не получилось. Хотя, здесь и так жарко. Вон, в чашечке воды уже нет. В ней просто остался какой-то красный налет. И белёсые крупинки. Ну, еще чуть-чуть зеленоватой побежалости. Ну, и что? Такой же налет под ногами, у воды. В чем подвох?

- Я бы тебе помог, но здесь у меня огня нет.

Это Правитель так издевается? Ладно, у меня огонь есть. Правда, я им всего один раз пользовался, но ведь знаю как надо. Значит, поехали потихонечку-полегонечку. Сначала надо попробовать долбануть пульсарчиком вон то деревце. Для разминки. А то я еще не знаю сколько вложить силы для такой маленькой чашки. И-и…

Солидный сгусток огня врезался в ветки дерева и с металлическим звяком отскочил. Да не куда-нибудь! Отзеркалил точно мне под ноги! Я только и успел подпрыгнуть вверх бешенным зайцем. Ну, хоть дракона повеселил.

Говорил же себе: потихоньку. Ладно, еще раз. Потихоньку! Направляем в чашечку-у-у… Горячо-же-е-е! А-а, б… лин.